Он смог

"Сердце вот-вот выскочит. Она скоро придет. Черт, что я ей скажу? Что я дурак? Самый настоящий. А вдруг она не станет меня даже слушать? Кто я теперь для нее? Правильно, никто." В квартиру №707 позвонили. Парень на дрожащих ногах подошел к двери. Взялся за ручку, остановился. Страх. Этот ужасный страх сковал его тело. "Какой же я идиот!" — пронеслось в голове. — Алло, Син-тян?... — услышал он за дверью ее голос и шаги. "НЕТ!!! Ни за что!!". Он смог. Да, он переборол себя и открыл эту чертову дверь. — Нана! — крикнул он ей в след. Она остановилась. Глаза наполнились слезами. Конечно, конечно она узнала этот голос. Но... Но ведь ей сказали, что его здесь нет. Наврали. Наверное, к лучшему... — Н... Нобу? — на всякий случай спросила она дрожащим от волнения голосом. Он набрался смелости и подошел к ней. — Да, это я. — сказал он тихо. — Пожалуйста выслушай меня. Прости меня если еще можешь. Прошу прости. Да, я был дураком, идиотом, кретином. Я не смог сразу действовать тогда. Просто все произошло слишком быстро. Прости меня, если сможешь. Я люблю тебя. Умоляю, не оставайся с ним. Ты же знаешь, что он тебя не любит... До этих слов она молчала и тихо слушала периодически всхлипывая. Но когда он сказал про то, что Такуми ее не любит в ней что-то взорвалось, и она не удержалась от вопроса: — С чего ты взял, что он меня любит меньше чем ты? — С того что я сейчас здесь с тобой. И я всё-таки смог перебороть себя. Я смог измениться ради тебя потому что я действительно не могу без тебя и готов ради твоего счастья на все. Слезы полились ручьем из ее глаз. Сердце Нобу сжалось с невыносимой силой. — Не плачь. Прошу. Только не плачь. Мне больно чувствовать, что ты плачешь из-за меня. — Нобу, я так запуталась... Я так устала от всего этого... И вообще, — она отошла немного от него, — я не хотела тебя видеть, потому что мне было стыдно посмотреть тебе в глаза. Мне казалось, что теперь ты меня презираешь и ненавидишь... Он улыбнулся. — Моя любовь к тебе не такая слабая, чтобы я тебя смог презирать. — Но... — попыталась что-то возразить она. — Нет, никаких но. Я же сказал, что люблю тебя больше всех на свете. И если честно... я думал, ты не хочешь меня видеть, потому что ненавидишь меня. Поэтому и прошу прощения. Я, конечно, его не заслуживаю, но все же... Он был готов упасть перед ней на колени, чтобы она его простила. Сердце билось в безумном ритме, а колени как раз подкашивались. — Я думаю тебе не за что извиняться. А мне не за что тебя прощать. А вот ты должен меня простить за все... За всю ту боль, что я тебе причинила... — Но ее не было! — перебил он. — В любом случае виноват один я. — Нет. — Тихо сказала она. — Наверно это бесполезно... Каждый сейчас будет настаивать на своем. Давай забудем об этом всем? Пожалуйста, будь со мной и я сделаю все, что будет в моих силах, что бы ты и твой ребенок были счастливы. — Он упал на колени. — Мне неважно чей это ребенок. Я хочу лишь одного, что бы ты была счастлива. И что бы счастлив был он. С кем тебе лучше, решать, конечно же тебе. Но... Ты сделаешь меня самым счастливым человеком, если выберешь меня. Я буду растить твоего ребенка и приму его как своего. Если нужно будет, я уйду из группы... — Нет!!! Группой ты не должен жертвовать это точно! Я не дам никому убить мечту Наны! — А твоя мечта?! Нана разве ты мечтала о том, что бы жить с человеком, который тебя не любит, только из-за денег?! — Но я-то его люблю! — закричала она. — А меня? — он не мог этого не сказать. Не получив в ответ ничего кроме всхлипов он выдавил из себя: "ясно" и пошел прочь. Она увидела это и поняла что если не остановит его сейчас-то больше никогда не будет такой счастливой как в ту ночь, когда было полнолуние... — Нет! Стой! — закричала она, потом тихо добавила — Прошу... Обними меня. Он остановился, развернулся, подошел к ней и обнял с такой нежностью что она, вспомнив как ее обычно обнимает Такуми, поняла кого она по-настоящему любит. И вдруг ей стали абсолютно не важны лекции Дзюн-тян о том, что логичнее выйти за Такуми, потому что с ним ребенок будет обеспечен. Она верила Нобу и точно знала, что с ним в любом случае будет счастлива. Он взял ее за руку и они вместе пошли к Нане, Ясу и Шин-тяну на брег реки что бы насладиться фейрвеками. Вокалистка Blast не была удивлена, увидев их вместе. Она просто улыбнулась Нане и своим мыслям. На следующий день Хачи пришлось выслушать долгую лекцию Дзюнко о том, как глупо было уходить от Такуми и, что у них с Нобу нет будущего. Нане пришлось обратиться к ней за помощью, потому что она была единственной, кто мог пройти в квартиру к Такуми и забрать оттуда ее личные вещи, так как сама она боялась попадаться ему на глаза. После долгих уговоров Наны и пары слов ... Дзюн-тян согласилась пойти туда и сказать обо всем Такуми. Тем временем Нобу говорил с менеджером группы о своей возможно предстоящей свадьбе или хотя бы о предоставлении ему и Нане квартиры. — Ты сдурел? — возмущался менеджер. — Вы только начинаете свой восход на Олимп славы и тут же все женитесь да замуж выскакиваете? О чем ты думаешь? Я не дам тебе жениться на ней! — Да как вы не можете понять!? Она беременна от меня! Я не могу бросить ее в такой тяжелый час! Хотя бы предоставьте нам квартиру как собираетесь сделать после свадьбы Наны и Рена. Они еще долго кричали друг на друга, но в итоге, когда в разговор вмешалась Нана Осаки, разбуженная их криками, все встало на свои места и менеджер согласился предоставить Нобу отдельные апартаменты. Он, было, хотел поставить определенные условия, но грозный взгляд его любимой вокалистки его вовремя остановил. Вернемся к Нане и Дзюнко... — Стоп. А почему он не срывает телефон и не звонит тебе каждые две минуты с расспросами, где ты? — Я сказала ему, что останусь ночевать в квартире № 707. Он думает, что я там. Так что его, скорее всего, сейчас дома нет. Как раз лучшее время, что бы тебе сходить и забрать всё. — Ой, что то не нравится мне эта затея... Давай лучше я с тобой пойду просто? А то вдруг меня за воровку примут?! — Нет. Я не хочу туда возвращаться. — Нет, ты пойдешь туда. Сама же сказала что там его, скорее всего, нет. — А вдруг он все же там? — Тогда я тебя прикрою. — А-а-а... Ну почему Кёске-сан уже ушел?.. он бы смог тебя убедить не брать меня с собой... — Заныла Хачи. — Так все. Не ной. Собрались и пошли! И они отправились домой к Такуми. Дорога была не близкой, но добрались они на удивление быстро. Они поднялись в квартиру и, как только зашли, у Наны появилось плохо предчувствие. — Здесь что-то не так... — тихо сказала она Дзюнко. — Да с чего ты взяла? Пошли собирать всё. Начнем со спальни. Они вошли в спальню и... Нане стало плохо. В их постели был Такуми и не один. С ним была девушка лет 18, явно фанатка. Они так самозабвенно предавались акту любви, что абсолютно не заметили стоящих у входа девушек. Нану затошнило, голова кружилась, живот безумно болел. Дзюнко увела ее немного в сторону и захлопнула дверь в спальню. Она помогла добраться ей до дивана и усадила ее на него. — Скорую... -Тихо сказала Нана. Дзюн быстро схватила телефон, набрала номер, немного поговорила и сказала, что врачи уже едут. В этот момент из комнаты вышел ничего не подозревающий Такуми и увидев Нану в согнутом состоянии как бы сильно перепугался и подбежал к ней, сел перед ней на колени, стал что-то говорить, но Дзюнко волевым движением оттолкнула его от нее и сказала: — Не прикасайся к ней, животное! Он пытался пролепетать какие-то извинения. Клялся, что этого больше не повториться. Много врал. Он еще не знал, зачем Нана к нему пришла и почему с Дзюнко и почему она сейчас не в квартире 707. Знал бы он все это, он бы не стал так унижаться. Приехала «Скорая помощь» и увезла Хачи в больницу. Дзюн уехала с ней. Они оставили ему письмо, которое Нана написала еще, когда сидела у подруги. Вот это письмо: "Дорогой Такуми. Нобу поменял свое решение. Я поменяла свое. Моей мечтой всегда был красивый сад, в котором я буду по-настоящему счастлива. Да, ты предоставил мне сад. Но счастье в нем было фальшивым. А счастье для меня главней. Не держи на меня зла. Нана." — Кто это был? — спросила девушка, стоящая в проеме между гостиной и спальней завернутая в одну простыню. — Да так... Не важно. — Сказал Такуми и, смяв листок, выкинул его в мусорку. В это время Нане Комацу делали операцию в одной из больниц Токио. У дверей операционной собрались все члены группы Бласт, Дзюн-тян и, пришедший поддержать ее, Кёске. Всех трясло от страха. Особенно Нобу. Вдруг вышел врач и все тут же налетели на него. — Как она, Доктор? — слышался один и тот же вопрос. — Состояние госпожи Комацу приходит в норму. Но у меня грустная новость... Видимо из-за нервного срыва у нее произошел выкидыш. Ребенка больше нет. Подробнее после полного обследования. Нобу был растерян. Он не знал что делать. Сейчас от него ничего не зависело. Он упал на колени и из глаз его полились слезы. Нана Осаки была не меньше растеряна. Она подошла к нему положила руку ему на плечо и сказала: — Держись. Ты сильный, я знаю.