Награда или наказание?

Мы снова идем по этому жуткому коридору. — Этот коридор мне скоро в страшных снах сниться будет, — говорю я тихо, потому что на большее не способна. Макс всего лишь улыбнулся, но ничего не ответил. Я всматривалась в его до жути красивое лицо, разглядывая его глаза, нос, губы, щеки, брови… мне нравилось в нем все, но больше всего меня привлекало в нем что-то таинственное, опасное, пугающее, невиданное еще для меня. Я собиралась выяснить, что же он скрывает. Вдруг мы остановились, Макс достал с кармана ключи и открыл металлическую дверь с табличкой: «Зона исследований». — Оригинально. Не просто лаборатория или что-то в этом духе, а зона исследований! Мне нравится, — я говорила с ним так, будто мы давние друзья и гуляем по заброшенной больнице, но уж точно не так, как вампир, которого охотник ведет в лабораторию. Я всегда отличалась ото всех. Всегда была странной, наверное, поэтому такая обстановка меня ничуть не пугает… — Скажи, круто звучит? Да, мне тоже нравится, — с этими словами он посадил меня на кушетку, а сам отправился к огромной морозильной камере, — ну что, какую кровь предпочитаешь? Первую, вторую, третью, четвертую? Положительную или отрицательную? — Ммм… дайка подумать. А давай первую отрицательную. Универсальный донор, — я сидела на кушетке и вовсю улыбалась ему, как будто мы сидим в ресторане и выбираем блюдо между тем, что подороже и тем, что подешевле, но побольше. — Хороший выбор, но увы, тебе подходит лишь вампирская кровь, а у нее нет никаких разновидностей. Держи, — он протягивает мне ледяной, только взятый из морозилки, пакет с кровью. Я взяла его в руки. Глаза наполнились слезами и, секунду спустя, покатились вниз, стекая по щекам и капая на мои ледяные руки, в которых я держу пакет с вампирской кровью. — Эээй, ты чего? — Макс подошел ко мне и немного наклонился, чтобы наши лица были на уровне друг друга. — Я.я. я обычная пятнадцатилетняя школьница! Понимаешь? В данный момент я должна гулять с друзьями, развлекаться, да в крайнем случае сидеть дома с депрессией от того, что у меня нет парня или, что меня посыпало, не важно. Понимаешь, я должна жить как обычный подросток, у которого еще не закончился переходный возраст, но все равно хочется выглядеть взрослой. Но знаешь, что я делаю вместо этого? — я подорвалась с кушетки и стала бродить по комнате, рыдающей в истерике, — да, именно. Я стою сейчас в какой-то чертовой лаборатории, а в руках у меня пакет с кровью. Ладно если бы я просто проходила курсы в мед колледж. Нет! Мне нужно выпить эту кровь! Выпить, чтобы выжить! При этом, кровь даже не человеческая, это кровь какого-то вампира. Да к черту эту кровь, — я швырнула пакет с кровью на пол. Я совершенно уже себя не контролировала, такое чувство, что это уже не я, — к черту кровь! Перед тобой стоит не школьница! Перед тобой стоит… в-вампир. Вампир! Меня начало всю трясти, я все время что-то говорила, сама не зная, что. Слезы катились градом, стала задыхаться. Макс пытался меня успокоить. Сначала пытался обнять, потом схватил меня за плечи и принялся трясти меня, чтобы я пришла в себя, но все было без толку… — Эй! Посмотри на меня! Слышишь?! Успокойся! Сейчас же успокойся! — орет Макс. — Нет! Ты не понимаешь. Кому я такая нужна? А? кому? Зачем нужно чудовище? Зачем? — Мне ты нужна, мне! Ты нужна мне! Слышишь?! Нужна мне. Дуреха моя, — с этими словами он обнял меня крепко-крепко. Я, немного успокоившись, отстранилась и посмотрела ему в глаза. Мои слезы не переставали литься, но в моих глазах отчетливо была видна мимолетная искорка надежды. Он осторожно убрал прядь моих волос, которые выпали из пучка, и провел пальцами по щеке. Макс никогда не был так нежен со мной. В его глазах я смогла рассмотреть беспокойство за меня. Всегда равнодушный и черствый парень смотрел на меня с интересом, разглядывал веснушки. Я не удержалась, и первая потянулась к его губам. Макс не ожидал такой инициативы, но в ту же секунду ответил мне взаимностью. Наши губы сплелись вместе, я чувствовала тепло. Вдруг он резко и очень крепко прижал меня к себе. Я не смогла сопротивляться. Это был мой первый поцелуй, такой волшебный и неожиданный. Хоть это и происходило посреди лаборатории, с пакетом немного вытекшей крови на полу, с моим, по сути, «врагом», но я не хотела больше думать об этом. Мы немного отстранились друг от друга. Макс вытер мои слезы и взял за руку. Тут же он потянулся к морозильнику за новым пакетом с кровью. Дал мне его в руки и сказал: — Прости, но, если ты не выпьешь, будет еще хуже. Он говорил мягким и спокойным голосом. Ненароком я осознала, что каким-то образом слушаюсь его. Макс помог открыть пакет, а сам отошел и стал сзади меня. Я почувствовала запах крови… все мои мышцы в теле напряглись, все начало гореть огнем. Это ощущение мне было уже знакомо. Меня лихорадочно начало трусить от боли. Макс обнял меня за талию и прошептал: — Пей. Я потянула кровавый пакет к своему рту, немного надавила, кровь постепенно наполнила мой рот, глоток. Боль утихла, она сменилась наслаждением и сильной жаждой. Еще один глоток и еще, и еще… прошло несколько секунд и пакет пуст, но жажда не стихла. Все стало еще хуже. Грудная клетка стала печь огнем, с каждой секундой боль усиливается. — Макс! Я хочу еще! Макс! Мне больно! — Тише-тише, спокойно, потерпи, прошу потерпи, умоляю…прости. Ты должна научиться сдерживать жажду, — с этими словами он за долю секунды повалил меня на кушетку и привязал ремнями, — прости… — Макс, нет! Макс, что ты…. Ааааа! Больно! Мне очень больно… — но Макс продолжил сидеть рядом, держа меня за руку и повторяя только эти слова: «прости, так надо». Я брыкалась от боли и отчаянно пыталась выбраться. Я не понимала, что и почему происходит, но одно я знала точно — ничего хорошего из этого не выйдет. В моей голове очень тихо слышался мамин голос, она пела колыбельную. Да, такое происходит часто, когда мне плохо, наверное, это потому, что мама часто пела мне ее в детстве, а я очень хорошо это запомнила. Я почувствовала, что совершенно устала бороться. Я попыталась расслабиться, но боль не утихала. Я расслабилась и, будто отдалась полностью этой боли. Все это время я слышала мамину колыбельную. Мне стало легче. Боль утихла. Я была абсолютно беспомощна. Макс, заметив, что я успокоилась, встал и осторожно наклонился ко мне. Он смотрел мне в глаза, а я ему. Макс бережно и нежно начал протирать выступивший пот у меня на лбу, лежавшим рядом полотенцем. Немного наклонился к моим губам, с желанием поцеловать. Наши губы вот-вот соприкоснутся и сплетутся в очередном поцелуе. Я резко отвернула голову, давая понять, что лучше меня сейчас не трогать. Продолжение следует…