Награда или наказание?

Находясь перед входом в заброшенную библиотеку, я немного помедлила. Даже не знаю, что меня так влекло туда. Еще немного подумав, я все же прислонила руки к двери или стене, даже не знаю, как это назвать. Проход был открыт, и я поспешно вошла. На удивление, мои последующие действия были быстрыми, и делала я их не задумываясь. Наладив освещение, я принялась разгребать кучи книг, стряхивать пыль. Кажется, будто я искала что-то определенное, но нет. На самом деле, я не знала, что ищу. Через неопределенное время: В руках я держала большой альбом с очень старыми фотографиями. Руки тряслись. Сердце колотилось, как бешеное. На фотографиях я узнала свою маму, а рядом с ней, абсолютно на каждой фотографии, стоял Максим. Я была в панике. На всех фотографиях была указана дата и краткое описание ниже. На первой фотографии: «1829 год — Подписание договора об мире благородных вампиров с охотниками». Второй: «1830 год — Празднование рождения первых охотников и вампиров». Фотографии были датированы, не пропуская почти ни одного года. Мне страшно. Как это так. Это же моя мама? Но как? 1800 года…. Что это значит? Я почувствовала, что ко мне кто-то приближается. Это макс. Развернувшись, я не удержала в руках альбом, и он с грохотом повалился на пол. Максим заметно нервничал. — Что все это значит? Кто это возможно? Почему на этих фото моя мама и….и ты? — от злости, страха и непонимания мой голос дрожал, как и я вся. — Почему ты молчишь? Отвечай сейчас же!!! — Ты не должна здесь находиться, у меня будут проблемы из-за тебя. — Что??? Что ты, черт возьми, несешь? А знаешь, наверное, ты прав, у тебя действительно будут проблемы. Но мне начхать! Ты объяснишь мне, что здесь происходит. Сейчас же! — Ты не должна была это узнать таким образом…. Но что ж придется все объяснить. — Уж постарайся! — Твоя мама наследница престола. Одна из первородных благородных вампиров. Я думаю историю своей семьи тебе лучше расскажет она сама. Я один из первородных охотников, был приставлен к твоей маме, можно сказать, как телохранитель, так это сейчас называется. Мы с твоей мамой были очень хорошими друзьями. Твоя мама прекрасная девушка. То есть уже женщина. Она всегда была волевой, с сильным и независимым характером. У нее был возлюбленный — охотник, но, когда ее родители запретили связать их узы, обосновав это тем, что никто и никогда не позволит вампиру породниться с охотником, несмотря на всеобщее перемирие, они с ним сбежали, что послужило началу сильнейшей войны в истории вампиров и охотников. Официально она закончилась спустя несколько десятилетий в 1900 году, но на самом деле все знают, что она продолжается и по сей день. И насколько мне известно, твоего отца убили, так как он пожертвовал собой, чтобы твоя мать, беременная тобой, снова смогла сбежать от еще охотящихся за ней стражей-вампиров. — Что? Ты… моя мама. Господи, что за бред? Ты и моя мама были друзьями? Сколько же тебе лет? А моей маме? — Наверное ты спрашиваешь о нашем физиологическом возрасте. Если так, то мне 21. Охотники останавливаются в физиологическом развитии в 21 год, в отличии от вампиров. У них это происходит в 16. По этому принципу можно сказать, что я старше твоей мамы, но на самом деле она старше меня на одно столетие. Она родилась в 17 веке, а я…. — Стоп. Все. Хватит! Я не могу больше это слушать. Это слишком! Ноги подкашиваются, я перестаю себя контролировать. Все вокруг кружится. Голова болит. — Почему мама никогда мне ничего такого не рассказывала? Она даже сказки на ночь мне не рассказывала. Абсолютно ничего, что может напомнить мне всю эту ересь, нет в моей памяти. — Этого я правда не знаю. — Вот именно, мама не рассказывала мне сказки, она только пела мне одну и ту же колыбельную. Я заметила, что мы оба молчим уже достаточно долго, и меня вдруг осенило: — Неужели, ты знал все с самого начала? Как ты мог… — Нет! Я не знал, честно. Я догадывался, что ты имеешь отношение к первородным, но я и подумать не мог, что ты наследница…. Ты…. Я понял совсем недавно и то сомневался, но сейчас уже нечего сомневаться. У меня оборвались слёзы. — Я никак не могу в это поверить. Мне… Мне нужно срочно домой! — Ань, я даже не представляю, что ты сейчас чувствуешь, но… — Вот именно ты не представляешь. Что я сейчас чувствую? Я чувствую себя обманутой самыми близки, самыми дорогими! Мне страшно! Я злюсь! Я не могу это признать, но… Макс резко обнял меня, и я затихла. Затихла, а потом не смогла сдержать слез. — Макс, мне и вправду страшно… — заикаясь горю я, всхлипывая и вытирая слезы. — Я понимаю. Он смотрел мне в глаза. Эти глаза такие красивые. Каждый раз, смотря в них, я тону. Его бездонные карие глаза. Я хочу смотреть в них всегда, ведь так я всегда успокаиваюсь, я чувствую тепло и нежность. Тут же взгляд упал на его губы, но мимолетно. Сейчас я снова смотрю ему в глаза. Неосознанно приближаюсь. Губы все ближе и ближе, и вот они совсем близко. Соприкоснулись. Мы снова сплелись в сладком поцелуе. Тепло. Волнительно. Я чувствую его сердце и дыхание. Я не хочу останавливаться, и он, похоже, тоже. Прижал меня к себе еще сильнее. Макс резко отстранился и оттолкнул меня. Всего мгновение и его нет… «Что? Почему?» — пронеслось у меня в голове. Продолжение следует…