Высокое напряжение

«Твою мать!» — Локи зажмурился, отворачивая голову. Тёплые пальцы коснулись лица. — Не меняй положения, а то я не нарисую! — сосредоточенно, но мягко сказал Тор. Локи открыл глаза. Тор взял его за подбородок, возвращая голову парня в предыдущее положение. Локи сидел, приоткрыв рот от удивления. Левая рука Тора лежала на его шее, а большой палец гладил скулу. Пальцы казались огненно-горячими. При всём при этом, другой рукой блондин умудрялся рисовать, совершенно не обращая внимания на реакцию брата. — Что. Ты. Делаешь? — отрывисто проговорил брюнет, наблюдая, как рука Тора переместилась и теперь гладила его по щеке. — Ты же помнишь, — не отрываясь от своей деятельности сказал Тор, — что я кинестетик. — Кто~о? — протянул Локи, кривя губы. Нет, тёмный маг прекрасно знал значение этого слова. Но какое отношение это имело к малосообразительному блондину? — Кинестетик, — беззлобно повторил Тор. — Я воспринимаю мир через прикосновения, — его рука продолжала обводить контур лица парня. Локи не удержался и усмехнулся. «Только разве что посредством своих кулаков». — Я сказал что-то смешное? — искренне удивился Тор останавливаясь и поднимая брови. — Да нет, что ты, — парень пытался выровнять голос, но получалось с трудом. Плечи его сотрясались от беззвучного хохота, который тот не в силах был побороть. Тор прищурился и, подавшись вперёд, схватил брата, затыкая ему рот. Широкая ладонь закрывала половину лица. — Сиди смирно, — серьёзно сказал он, снова возвращая голову Локи в нужное положение. В серых глазах мага мелькнул страх. «С Тором явно что-то не то. Эта смесь агрессии и нежности… Да что происходит вообще? Какая муха его укусила? Да нет, тут не муха… Тут как минимум слон! Интересно, а слоны кусаются?» Но более он не решался противостоять блондину или насмехаться над ним. Это было чревато. Вместо этого, Локи наблюдал за движениями Тора, перебирающего его волосы, воскрешая в памяти детские уроки рисования. Одинсон всегда трогал руками натюрморты, да и не только их! Тор трогал вообще всё! Стены, драпировки, поверхности, ткани, его. «А ведь Тор и правда кинестетик!» — с каким-то ужасом подумал Локи. И ему даже стало немного стыдно за свои насмешки. Но этот процесс рисования через лапанье всё равно казался диким. Сам Локи был визуалом, избегающим физических контактов. Поэтому ему было сложно понять Тора. «Как же хорошо, что он рисует портрет, а не в полный рост…» Тор поднёс ладонь к глазам Локи, заставив того вернуться в реальность и рефлекторно отшатнуться. — Похлопай глазами, — попросил Тор. Локи сделал это без всякой просьбы. — Ага… «Неужели Тор прикосновением оценил длину моих ресниц? Это же, блять, невозможно!» И тут Локи понял, что Тор более его не трогает. Действительно. Брат застыл с приподнятой рукой в нерешительности. Взгляд блондина был устремлён на его очень тонкие влажные губы. Локи был поражён замешательством брата, так бесцеремонно лапавшего его до этого. Тор медленно поднял глаза, как бы спрашивая разрешения. — Давай уже, — выдохнул Локи. Тор нервно сглотнул, поднося руку и очерчивая пальцами форму. В последний момент магу показалось, что по руке Тора что-то быстро пробежало. А потом он почувствовал короткий, но болезненный удар. — Тор! — Локи отшатнулся назад, прижимая руку к губам. — Какого чёрта? Тор широко распахнул глаза, ошарашенно глядя на свои ладони. — Не знаю… П-прости, Лок-ки, я… — речь его была отрывиста, а на лице смешались удивление и испуг. — Какого чёрта… — Локи понизил голос, наблюдая, как по ладоням и пальцам Громовержца бегают искры. — Я. Не. Знаю, — Тор говорил так, как будто каждое слово давалось ему с трудом. Белых разрядов становилось всё больше. Они мельчали в размерах, бегая быстрее и быстрее, собирались на ладонях, образуя голубоватое пятно. — Ааа! — Тор вскрикнул, резко встал, опрокинув табурет. Планшет с его колен упал на пол. Карандаши разлетелись по полу. Пятна на руках неравномерно расползались в рандомных направлениях, стремительно увеличиваясь в размерах. Тор отчаянно тёр кожу, пытаясь избавиться от них. Но тщетно. Перламутровая синева захватывала его тело. Тор кричал. А парализованный от происходящего Локи сидел на кушетке, подтянув колени к груди, и испуганно наблюдал за происходящим. Тор никогда ему особо не нравился, но то, что с ним происходило, нравилось ему ещё меньше. Тор запрокинул голову назад. Каждый сантиметр его кожи, каждый волос на теле приобрёл синий цвет. Лампочки в стенах с хлопками взрывались. Осколки красного стекла, вперемешку с искрами падали на пол. — Локи. Я. Не могу. Противиться~я э~этому~у… — выдавливал из себя Тор. А потом резко опустил голову и уставился на брата. — Прости. Локи, — проговорил он. А потом Тора снова скрутило, поднимая над землёй. Вены на его шее и руках вздулись до невероятных размеров. Тор кричал. Синева заполонила всё тело Одинсона. А глаза заволокло белой пеленой. И всё смолкло.