Свет в наших душах

      Обед с матерью Драко в её же кабинете проходил донельзя натянуто. Словно это лишь сцена из дурацкого фильма, где все только и ждут, когда режиссёр крикнет «Стоп! Снято!» и отпустит по домам. Но, к сожалению, это не съёмочная площадка, а реальная жизнь, и никто не знал, когда это закончится. Оставалось только ждать и терпеть. Хоть Драко и Гермиона изо всех сил старались выглядеть как парочка влюблённых, было ясно, что Нарцисса смотрела на все их старания с подозрением. Долгие годы неприязни так просто никуда не деть, даже ради благородной цели, и это понимали все присутствующие. Так что весь вечер Гермиона старалась быть вежливой и милой, Драко старался не отпускать гаденьких шуточек, а Нарцисса игнорировала довольно вялые актёрские способности обоих. — Так всё же как вы начали встречаться? — задала банальный для любой пары вопрос мадам Малфой. Ей даже нравилось наблюдать за тем, как Гермиона нервно перебирает складки своего платья, а у Драко в панике бегают глаза после подобных вопросов. Но виду она не подавала и спокойно ела чудесный торт, с интересом ожидая, что же придумают «голубки». — Эээ... миссис Малфой, не поймите неправильно... Просто всё так внезапно получилось...Что сразу и не вспомнить... — Мама, что за вопрос?! Любая ведьма мечтает стать моей девушкой. Я просто выбрал первую попавш... — девушке явно не понравилась её роль в этой истории, от чего она легонько (хотя Драко так бы не сказал) пнула слизеринца, притом настолько аккуратно, насколько это было возможно, чтобы не привлекать лишнего внимания. — Кхм, да шучу я. Мне на самом деле очень повезло с Грейн... с Гермионой. Она такая чуткая и милая! — гриффиндорка решила проигнорировать нотки сарказма в его голосе и лишь мило улыбнулась в ответ. — На самом деле, мадам, всё сложилось довольно забавно, и я с радостью расскажу вам обо всём, только в другой раз. Ведь сейчас нам уже пора возвращаться в свои спальни, иначе могут быть проблемы. Всё же это нарушение правил и серьёзное! — в Гермионе проснулась отличница, что, несомненно, могло бы спасти их обоих от столь неудобного вопроса, если бы не одно «но». — Ну что вы, уже и правда слишком поздно, вы не успеете. Оставайтесь здесь! Мне была выделена дополнительная комната, пусть там всего одна кровать, но я уверена, что для вас это не проблема. Так что вы сможете рассказать мне эту чудную историю со всеми подробностями, — с фальшивой улыбкой произнесла Нарцисса и, взяв девушку под локти, направилась с нею в сторону упомянутой комнаты.       Гермиона раскрыла было рот, чтобы возразить или банально напомнить, что миссис Малфой может проводить их, ведь как-никак она теперь профессор, но смолкла под ледяным взглядом хозяйки кабинета, не терпящим возражений. — Я понимаю, что это противоречит всем школьным правилам, — продолжила Нарцисса сладким голосом, — но я думаю, что это станет нашим маленьким секретом… — женщина остановилась и посмотрела на бледную девушку, явно довольная её замешательством. Да, у миссис Малфой не на шутку разыгралось желание измучить расспросами бедную гриффиндорку, а в глазах во всю горели огоньки любопытства. Ведь так интересно, как долго она ещё сможет выкручиваться и дойдёт ли до того, что девушка во всем сознается?       Тем временем глаза Грейнджер в панике бегали по ковру, а руки предательски тряслись, словно ей на экзамене попался вопрос, на который она не знала ответа. «Что делать?», «Нужно срочно что-то придумать!», «Возьми себя в руки!» — мысли так метались в голове девушки. Но вдруг Гермиона резко ощутила руку Малфоя на своём плече. Он словно просил её не переживать. Она могла поклясться, что слышит насмешливое «То есть прочитать пол школьной библиотеки за три месяца ты смогла, а придумать красивую историю для моей матери, которая почти с радостью поверит любому твоему слову, тебе слабо?». Хоть было и удивительно то, что наш дорогой чистокровный прикоснулся по своей воле к грязнокровке. Из-за подобных мыслей лёгкая усмешка тронула её губы, и девушка наконец-то смогла взять эмоции под контроль. Пусть сердце и колотилось, как бешеное, но уже чисто от ощущения тепла руки Малфоя на своём плече, а не от страха быть уличённой во лжи его же матерью. — Миссис Малфой, простите, что пауза так затянулась. Просто я всё ещё не могу поверить, что это не сон, — с этими словами она положила свою руку поверх слизеринской на своём плече. — На самом деле вся это ситуация словно сама собой разумеющееся, будто так и должно быть. Уж слишком быстро мы превратились из врагов в двух любящих людей. А что касается подробностей, то, если мне не изменяет память, это было около двух недель назад. Я как всегда засиделась допоздна в библиотеке и была не в состоянии даже встать на ноги, не то, чтобы дойти до комнаты. Но в силу своей упорности я всё же сделала шага три или четыре и упала без чувств, чудом не ударившись ни обо что головой. Очнулась я уже в медпункте. Рядом сидел Малф... Драко и читал «Малое собрание: Лечебные травы, и чем они опасны». — Хэх, никогда не забуду её недоумевающий взгляд, — прервал Малфой, желая внести свою лепту в их псевдоисторию. — Словно то, что я умею читать, было чем-то неожиданным. — Вовсе нет. Я удивилась тому, что ты не разучился читать что-то кроме газет, — после этой фразы двое рассмеялись совершенно искренне, что заставило Нарциссу улыбнуться им в ответ. — В общем я была крайне удивлена, а когда он заметил, что я пришла в себя, взял с меня обещание, что я лягу спать вовремя. «Хоть мне и плевать на твое здоровье, Грейнджер, если с тобой что-то случится — это обязательно повесят на меня, да и мать голову оторвёт. Так что будь добра — ляг спать вовремя и не забывай есть», — на самом деле оригинал реплики Малфоя был таким, но это Гермиона решила опустить, как ненужные подробности. — В общем, — продолжала девушка, — я так и не сдержала обещания и, когда на следующий день я снова упала в обморок на уроке, Драко стал контролировать каждый мой шаг. Пару раз даже насильно укладывал спать (при помощи «Остолбеней!», но это всего лишь мелкие детали, о которых Гермиона решила смолчать). И меня так тронула его искренняя забота обо мне... Так что мы и сами не заметили, как стали проводить много времени вместе, — Гермиона постаралась искренне улыбнуться.       Тем временем Драко, строя из себя влюбленного парня, все ещё стоял сзади и обнимал Грейнджер, положив подбородок на плечо. И хоть им обоим было это противно — объятия и вся эта «приторность», но оба понимали, что это необходимо для поддержания легенды.       Уже было довольно поздно, так что ничего не оставалось, кроме как разойтись по своим комнатам. Но как оказалось, Нарцисса не пошутила. Хотя ребята до последнего отказывались в это поверить. Драко и Гермионе была предложена одна и та же комната. А гриффиндорка уже размечталась, что всё обойдется и их проводят в свои спальни, или хотя бы, что Малфой будет спать со своей мамой. Да и сам парень обрадовался бы этому больше, чем перспективе снова провести ночь под одним одеялом с грязнокровкой. Ведь он и так вынужден был проводить вместе с ней довольно много времени. А слабые замечания по этому поводу от Грейнджер сразу напоролись на камень непонимания Нарциссы. Мол что в этом такого, вы же пара, тем более никто об этом не узнает, и всё в этом же духе.       Пока в одном помещении царила атмосфера лёгкого напряжения, в комнате Рона будто взорвалась атомная бомба... Нет, дорогой читатель, автор не сошёл с ума и прекрасно помнит о том, что Гермиона и Драко бросили все силы на поиски пропавшего Рона, а его родственники безутешны. А тут Джини навещает его в его же комнате. Просто вы не знаете всех подробностей этого слегка запутанного дела. — Что значит Герми пошла на ужин к Малфоям? Джинни, как?! Как так?! Я думал она порядочная ведьма... А как же я, как же... «мы»? — голос парня слегка дрожал от злости и разочарования. Но вдруг он переменился в лице, словно только заметил сестру, сидящую напротив. — О, привет Джинни! Я и не заметил, как ты вошла. Что нового? — вовсю улыбаясь, спросил Рон. «Надеюсь, мы сможем как-то исправить его провалы в памяти», — подумала девушка и ответила, что всё отлично. На этот раз на вопросы по поводу Гермионы она отвечала именно то, что хотел услышать братец от неё. А именно то, что у неё все хорошо и что она сильно скучает. И так раз двадцать по кругу, пока её не сменила матушка, а сама она не отправилась назад в школу в сопровождении знакомой отца — ведьмы из Министерства.       Вот так и прошёл вечер двух подруг накануне события, которое заставило их миры всколыхнуться: Гарри очнулся. Но об этом чуть позже.       А пока вернёмся в кабинет миссис Малфой, где во всю бушевали эмоции. И пусть Нарцисса и даже члены семьи на картинах уже давным-давно крепко спали, «юные влюблённые» никак не могли успокоиться. Всё дело в том, что снова делить одну постель никто из них не желал, ровно, как и спать на полу или же в кресле. — Почему бы тебе не наколдовать свою кровать? И желательно подальше! — прошипел Драко после того, как упал на пол, пытаясь лечь как можно дальше от гриффиндорки. — Да потому моё заклинание «Джеминио» очень нестабильно и в любой момент копия может испариться. Не знаю, как ты, а я совсем не хочу проснуться посреди ночи от падения, — прошипела в ответ Гермиона, сидя на другом конце кровати и читая книгу, подсвечивая её палочкой. — А ещё самая умная ведьма столетия! Всегда знал, что ты всего лишь книжный червь! — Драко встал на ноги и развернулся по направлению к балкону. Но ему тут же в голову прилетела книжка. — Ты что себе позволяешь! Не забывай, Грейнджер, что я нужен тебе для того, чтоб найти этого оборванца Уизли! — не на шутку разозлился Малфой. Он схватил палочку с прикроватной тумбочки и направил на Гермиону. И та рефлекторно в ответ направила свою палочку на слизеринца. — Не забывай, что тебе это так же необходимо! Ведь ты первый подозреваемый в похищении Рона, если всё это дело всплывёт на поверхность! И если ты не прекратишь вести себя, как Пожиратель Смерти и наглый дворянин, я с лёгкостью упеку тебя в Азкабан! — выпалила на одном дыхании девушка. — Ты не посмеешь! — Малфой вплотную приблизился к Грейнджер и приставил палочку к её горлу.       Эти двое вполне могли бы ссориться всю ночь, если бы их не прервал крик почтовой совы. Чёрная птица влетела в комнату сквозь распахнутые балконные двери, кинула письмо на кровать и улетела обратно в ночную мглу. — Что за... — нахмурился Малфой. Тем временем Гермиона взяла в руки письмо, с ужасом понимая, что подчерк этот она уже видела.... В письмах, что получала от Похитителя. В этот раз на листке было аккуратно выведено следующее послание, которое она прочитала вслух:

«Доброй ночи, дорогая мисс Грейнджер! Я совсем не против, что Вы решили обратиться за помощью к своему школьном приятелю. Хоть и слегка огорчён тем, что Вы считали его мной. Ну разве может быть способным этот плэйбой на похищение? Да и для всего прочего, вроде нашей с Вами игры, у него мозгов не хватит. Всё же я настоятельно рекомендую в дальнейшем воздержаться от разглашения этой истории. Если хоть кто-то ещё узнает, то мне придётся навестить и его и ваших родителей. Думаю, Вы не забыли, что в первом письме я настоятельно просил вообще не совать свой миленький носик в это дело. Ну а сейчас я, видя ваш энтузиазм, решил изменить своё решение. Теперь я даже хочу, чтобы Вы распутали этот клубок сами, на что у Вас есть целый месяц. По истечению которого мы наконец-то с Вами увидимся, и я смогу похитить Ваше сердце. И тут уж Вам решать — в переносном это или буквальном смысле... С наилучшими пожеланиями, Ваш тайный поклонник, Похититель».

— Так ты действительно подозревала меня? Так поэтому ты пришла?! — сорвался на крик Драко, как только Гермиона закончила читать письмо. — То есть все твои слова про то, что ты увидела во мне что-то благородное и хорошее, лишь ложь? — Перестань орать! — повысила голос гриффиндорка, после чего продолжила шёпотом, — ты Драко Люциус Малфой, бывший Пожиратель Смерти, человек, который изводил меня и Рона все семь лет учёбы. Так с чего бы мне тебя не подозревать? — на это слизеринец лишь гневно раздувал ноздри, крепко сжимая палочку в руке. — А теперь прекрати истерику, будь добр. На кону жизнь человека, а может и не только Рона, — строго сказала Грейнджер, а сама прокручивала в голове фразу из письма — «…с Вами увидимся, и я смогу похитить Ваше сердце. И тут уж Вам решать — в переносном это или буквальном смысле...». От этих слов девушка дрожала всем телом. И пусть её медленно окутывала паника, она всё же продолжила: — Если ты не забыл, то всё это могут легко повесить на тебя, а также на твою мать. Так что у нас есть месяц до моей смерти и до воссоединения семьи Малфоев в Азкабане. Повисло молчание. Драко обдумывал сказанное Гермионой, а та изо всех сил пыталась взять себя в руки. Но как на зло память начала подкидывать жуткие воспоминания, вроде тех, где над ней издевалась Беллатриса. — Давай договоримся так, Грейнджер. Ты позаботишься о том, чтобы меня и мою мать не отправили в тюрьму. А я сделаю всё возможное, чтобы твоя жизнь не оказалась под угрозой. Идёт? — Драко протянул ей руку. Его голос звучал вполне спокойно, словно он вовсе не орал на всё поместье пару минут назад. Гермиона протянула руку в ответ, чтобы скрепить договор рукопожатием. Но Малфой резко дёрнул её на себя и крепко обнял. Та все ещё продолжала дрожать от страха, а секунду спустя уже вовсю рыдала, дав волю эмоциям. Слизеринец в свою очередь всё так же крепко прижимал её к себе и нежно гладил по непослушным кудрям.       «Плевать, что мы враждуем с самой первой встречи и что она подозревала меня в похищении. Я не позволю кому-то угрожать её жизни безнаказанно! В конце концов только я имею право доводить её до такого состояния!», — пронеслось в голове Малфоя перед тем, как они оба отправились спать.