Гирлянда

— Дик, что это? — Гирлянда, — Грейсон гордо сложил руки на груди. — Я понял. Зачем? — Чтоб было красиво, — Дик искренне удивился. Чего это Джейсону гирлянда не понравилась? — У меня настроение. — Сейчас март, — Джейсон смотрел то на это чудо природы, то на его творение. На стене красовалась ёлочка из гирлянды с разноцветными огоньками. Новогоднее настроение в марте? Дик, серьёзно? — Ну, хочешь, мы её по-другому повесим? Джейсон только пожал плечами.

***

Джейсон, открыв глаза, ничего не увидел. Лишь чувствовал, как что-то впивается в запястья. Он попробовал дернуть — не получилось, но рядом послышалось тихое шуршание, а потом постель прогнулась, и над ухом раздался бархатный голос Дика. — Будешь дёргаться — все испортишь. — Я даже не знаю, что и сказать, — Джейсон подставил шею под поцелуи. — Ничего не говори. Дик хрипло рассмеялся. Он накрыл губы Джейсона своими. Джейсон шумно дышал носом, но и этого воздуха ему не хватало. Голова кружилась от предвкушения. Говорят, у слепых все остальные чувства обостряются. Джейсон впервые так ясно почувствовал, как приятно пахнет Дик. Без всяких примесей вроде одеколона, бензина, копоти и пота Дик пах очень по-домашнему. Был мягкий и очень уютный. И к этому уюту примешивалась такая любовь и такая страсть, что Джейсону крышу сносило, стоило Дику лишь приблизиться. Его губы блуждали по лицу Тодда, исцеловывая щеки, переносицу, лоб. Дик спустился ниже, обратно к шее, к тонкой коже за ухом. Царапнул зубами и тут же прошёлся языком по укушенному месту. Будь его руки свободны, Джейсон бы знал, как перетянуть инициативу на себя, но сейчас ему позволялось только наслаждаться. Дик спускался ниже, задирая футболку Джейсона и оголяя его разгоряченное тело. Огладив бока, Дик отодвинулся, нарочно проехавшись задницей по ощутимому сквозь домашние штаны Джейсона стояку и вырвав откровенный стон. Тодду стоило лишь представить, как пошло изгибается Дик, сидя у него на бедрах, чтобы дыхание, которое Джейсон старательно выравнивал, вновь сбилось. Дика Джейсон почти не слышал: он то тихо вздохнет, то едва слышно ухмыльнется, но звука, способного заглушить прерывистое хриплое дыхание Джейсона не издаст. Дик меж тем сполз еще ниже. Он слез с кровати (Джейсон почувствовал, как выровнялся матрас) и стянул с Тодда штаны. Ох, черт. То, как Грейсон касался ног парня, заставило последнего сильнее сжать кулаки. Дик коснулся губами под коленом, ведя дорожку поцелуев выше. Вдруг остановился и впился в ногу зубами — болезненно, но терпимо. Однако, не будучи готовым к таким действиям Дика, Джейсон со стоном дернулся, закусив губу. Он напрягся всем телом, а в голове его мелькнула мысль о том, что ничего страшного, если он позволит себе немного расслабиться и повздыхать от наслаждения, не случится, но гордость строго пригрозила пальцем, а Дик все не прекращал его мучить; Джейсон оказался на распутье, его потряхивало, накрывало волнами удовольствия, и противиться этому он не мог. Джейсон не был большим фанатом прелюдий, и Дик его просто выводил из себя. Отличающийся особой выдержкой, он готов был сквозь землю провалиться: еще несколько минут, и он бы кончил. Дик губами прошелся по коже, добравшись до резинки белья, подцепил ее зубами и стащил, оставляя Джейсона обнаженным. — Я уж думал, ты никогда не закончишь, — Джейсон даже не приподнимал голову. Было бесполезно, хотя он и мог снять с себя повязку, хорошенько повозившись головой о подушку. Дик вмиг навис над лицом Джейсона. Тодд чувствовал его дыхание на своей щеке. — Ти-и-ше, — шепот будоражил. И Джейсон замолк. Никогда не думал, что будет подчиняться кому-то в постели, но закрыл рот и не издал ни звука. Но все до того момента, как Дик плотно обхватил его член губами. Джейсон хотел задохнуться уже наконец. Дик, гад, дразнил его и вертел, как хотел, но не давал приблизиться к долгожданной разрядке. — Дик, — он хрипел, — пожалуйста. — Ты так просишь? — Черт возьми, да. Дай мне уже кончить. Дика, казалось, это веселило. Но, потакая просьбе Джейсона, обхватил стояк ладонью, все еще усмехаясь, задвигал рукой, пока Джейсона не накрыло оргазмом. Он тяжело дышал и соображал плохо. До него донесся шум воды в душе, и Джейсон устало подумал, что, во-первых, Дик — тот еще засранец, а во-вторых, это было потрясно. Он, прикрыв глаза, готов был начать падать в сон прямо так, но вернувшийся Дик, коснувшись губами его губ, снял с глаз повязку. Он скосил взгляд на руки. Запястья были перетянуты снятой со стены гирляндой. Он тихо хмыкнул и, посмотрев на Дика, распутывающего то, что он наворотил, потом перевел взгляд обратно на потолок и, улыбаясь, прохрипел: — Ты бесподобен. Дик лишь улыбнулся и подмигнул.