Отражение

«4minute — Crazy»

POV Автор На улице шёл дождь. В палату зашла медсестра, чтобы проверить состояние престарелой женщины, но была шокирована. На полу, недалеко от кровати, лежала девушка, она была без сознания. Медсестра мигом вышла из палаты и позвала доктора. Увидев, недавно осмотренную девушку, доктор был в смятении, но понял, что это простой обморок. Лису перенесли в её палату. А престарелая женщина, которая была так взволнована от происходящего, уснула благодаря успокоительному.

***

POV Пранприя Помню, что упала в обморок, и всё. Передо мной машина, слишком сильно помятая, значит, случилась авария. Смотрю по сторонам и замечаю черноволосого парня, который плачет и держит девушку, очень странно, но она напоминает меня, подхожу ближе и вижу, что это действительно я… Боже, нет, этого просто не может быть! Или всё же может?.. Этот псих в чёрном пальто сказал, что моё тело в коме, неужели это и правда так?! Пытаюсь дотронуться до себя, но не могу, словно некая невидимая стена не даёт мне этого сделать. Я снова пытаюсь, но всё тщетно… Слышу звуки сирены и вижу скорую помощь, у меня есть надежда, ведь они должны спасти меня! Резко меня перекидывает куда-то, и я вижу другую картину: операционная, вокруг много людей в синих халатах, они в ужасном смятении, врач в особом напряжении, замечаю пот на его лице, который медсестра старается быстрее убрать. Осматриваюсь, зачем я здесь? Это как-то связано со мной? Погодите, а кого оперируют? Подхожу ещё ближе, но вновь невидимая стена не даёт подойти ближе, чем на метр, и я замечаю каштановые волосы, пухлые губы и родинку на шее, это я? Всматриваюсь и понимаю, да, это я… Внезапно непонятная хрень начинает пищать и показывает прямую линию, что? Медсестры кричат: — Остановка сердца! И меня словно холодной водой облили, нет, так не должно быть, неужели этот придурок-жнец, или как его там, соврал мне?! Все в каком-то поникшем состоянии и уже ничего не предпринимают, так не должно быть, вы же работаете в больнице и обязаны спасать жизнь людей, вам нельзя сдаваться, нельзя! Кричу, но понимаю, что этим я ничего не смогу сделать… Вдруг резко один врач, а их здесь два, берёт моё сердце в руки и начинает делать с ним непонятные вещи, и это приводит меня в ужас, но во мне рождается надежда. Но это не дает никакой пользы. Всё же я верю и кричу от всего сердца: «Я хочу жить!» — и падаю на пол. Резко эта штука начинает показывать разные скачки, а не просто прямую линию, и я чувствую какое-то облегчение! Внезапно синий дым обволакивает меня, и всё исчезает передо мной, но я успеваю услышать: «Она жива!», и с облегчением делаю вздох. Я жива!.. Ощущаю, что я лежу на кровати, или на чём-то прямом и твёрдом. Хочу открыть глаза, но мне удаётся сделать это лишь через минут пять после тщетных попыток. Белый потолок. Резкий свет ослепляет меня, и я начинаю жмуриться. Херовый свет! Теперь от него мои глаза ужасно болят! Но всё же снова открываю их и принимаю позу сидя, замечаю около своей кровати три пары глаз, боже… опять эти олухи! Хочу побыстрее прогнать нахрен этих придурков, но вспоминаю слова психа-шизофреника вестника смерти, и так далее. Всё же мне придётся играть роль этой девушки? Ни-за-что. Никогда. Но это вернёт меня в моё тело, по словам жнеца… Стоит ли мне ему верить? Всё же у меня нет иного пути. Осматриваю три фигуры, которых я успела возненавидеть до боли костей. Ладно, я сыграю в эту роль, если это вернёт меня в моё тело! Придётся быть с ними чуток милей, они не должны узнать, что это не Лалиса, а я, Пранприя. Вспоминаю, что этот шизик ещё что-то там мямлил про какое-то задание, блять. Ну разве нельзя без этого? И при всём, задание какое-то хреновое и непонятное. Ну ладно-ладно, постараюсь и с ним справиться! Резко замечаю, что что-то подозрительно сильно задумалась, чем удивила рядом сидящих. Быстрее прихожу в себя и пытаюсь мило улыбнуться, но выходит это у меня как-то фигово, даю сотку, что улыбка, как у крокодила, никогда не умела улыбаться мило, как делали это другие девушки, да и зачем мне это?.. Вдруг эта женщина, мать Лалисы, начинает разговаривать со мной. — Лалиса, дорогая, прости, возможно я была с тобой слишком дерзкой, но и ты тоже была какая-то не такая! Скажи, с тобой всё в порядке? — с неким волнением спрашивает она. Ну да, не такая, не ваша дочь. — М-ма…мадам, я была в некоторой растерянности. Суть в том, что я ничего не помню, — отвечаю я ей, да чего врать-то, я и правда ничего не знаю про эту девушку и её жизнь. — Не…не помнишь? — кричит она и чуть было не падает в обморок. Мужчина быстрее кричит и зовёт помощь, через минуту в палату заходит доктор. Он осматривает её, и дает ей понюхать нашатырный спирт. Женщина приходит в сознание, а доктор спрашивает причину этого обморока. — Моя дочь говорит, что ниче. не… — Не может договорить женщина и, прижавшись к мужу, начинает рыдать, ох, какая же беда. Закатываю глаза, это замечает недалеко стоящая обезьяна и начинает смеяться. Смейся-смейся, до тебя тоже дойдём, дурь-то я из тебя выбью, петушок. — Что не.? — спрашивает снова доктор. — Я ничего не помню, — говорю я как-то равнодушно, из-за чего эта мадам начинает реветь ещё сильнее. Мда… мамаша нашлась. Как бить свою дочь, то легко, а как сказала, что не помню эту дуру, так и реветь в три ведра. Не понимаю… — Хм… вполне возможный феномен. Я предполагал, что такое тоже может быть, всё-таки вы пережили некий стресс, — задумчиво приговаривает доктор. — Какой еще стресс? — удивлённо спрашиваю я. И правда, какой ещё стресс… Последний стресс у меня был из-за разбитого байка, на который я копила почти год, вот тогда был такой стресс, что ночами спать не могла. — У вас психическое расстройство, оно привело вас к суиц… — Резко останавливается доктор. — К суициду, — заканчивает начатое Чонгук, вроде так зовут этого придурка. — Ох, спасибо, сама бы никак не догадалась! — пытаюсь пошутить, но вижу, что не к месту. Все делают вид, что не услышали данные слова, ну и слава Богу. — Она сможет вернуть свои воспоминания? — спрашивает мадама, после того, как приходит в более и менее нормальное состояние. Было бы, что возвращать… — Конечно! Я выпишу ей таблетки — и уже через месяц она всё вспомнит. Но хочу предупредить вас, что воспоминания могут быть искажены или частично потеряны, так что не удивляйтесь, если она не вспомнит некоторые моменты. И ещё… постарайтесь, чтобы она не испытывала стресс, ведь это может помешать возврату её памяти. Мне пора! — говорит доктор. — Спасибо! Как же я рада! — восклицает женщина. — А, ещё одно! Чуть было не забыл, — смеясь, добавляет он, — уже завтра вы можете забрать пациентку домой! — с этими словами мужчина выходит из палаты. Опять я осталась с этими людьми в одной комнате, так ещё завтра мне придётся быть с ними целый день, и так каждый день… ужас!!! Женщина подходит ко мне и сильно обнимает, боже, как же не комфортно, но как-то приятно (?) Хм… думаю, это связано с тем, что мне в последнее время не хватало тёплых обнимашек, которые я получала от Сон. Вспоминаю своих друзей, семью, банду — и мурашки пробегаются по всему телу, неужели я больше их не увижу? Нет, я постараюсь вернуться! Так что мне придётся пройти через все преграды. Обнимаю её в ответ, всё-таки она мать, её можно понять! Женщина отстраняется от меня и улыбается, но от её улыбки веет каким-то холодом, возможно, мне кажется, она ведь всё такая же чужая для меня. — Лалиса, доченька, мы с твоим отцом сходим в магазин и купим твои любимые продукты, а ты пока что познакомься со своим будущим мужем. Именно он спас тебя от смерти! Мы пойдем! — говорит она и уходит с псевдо-отцом. Мы с олухом остаемся одни. Спас? Хм… ставлю сотку, что он и есть причина суицида бедной девушки, конечно, если бы меня сватали с таким эгоистичным дебилом, то я тоже бы суициднулась. — Думаешь, развести меня? Хм, не получится. Если даже они и доверчивые дебилы, то я нет. Хорошо всё продумала, потеряла память? Думаешь, куплюсь? Чёрта с два. Ты ведь сделала это, чтобы не выходить за меня? Но запомни, ты уже моя, и убежать ты не сможешь, — говорит этот самодовольный чепушило и смотрит с звериным оскалом. Мда, нет слов. — Ты, из семейства зайцевых, заткни пасть, это во-первых. Во-вторых, такого идиота и правда хрен забудешь, со своей болтовнёй весь плешь, сука, проешь. И в-третьих, твоё — это мусорка за гаражами, а я сама своя, так что выкуси, — отвечаю я этому придурку. Вижу, что он удивлен, но быстро приходит к своему «я мудак» состоянию. — А ты изменилась, была кроткой и меланхоличной, даже слово боялась против сказать, а теперь так заиграла, интересно! Но ты всё равно выйдешь за меня, таких сук, как ты, стоит укрощать. Думаешь, покончив с собой, смогла бы убежать от замужества со мной, нихрена. Ты нужна мне лишь для того, чтобы занять место дедушки, не больше. Если бы не это, я бы и не посмотрел в твою сторону, уродина, — говорит он с неким азартом. Нравится людей обижать? Я тебя ещё как обижу, плакать будешь, сукин сын. — Ты закончил? — говорю я и зеваю. — Если да, то пошёл вон. Дверь там. На его лице появляются следы злости, бедняжку обидели. Он резко подходит ко мне и хватает меня за руки. Пытаюсь отцепить этого рака-отшельника, но он сильный, да и тело этой девушки какое-то слабое, вот дерьмо. Этот петух прижимает меня лицом к стене и заламывает мои руки за спину. Не могу шевелиться. Вот же, блин, попала. — Милая, еще одно лишнее слово — и я накажу тебя, разве ты не помнишь нашу прошлую ночь? Я ведь не пожалею и свяжу тебя точно также, — ехидно говорит он мне. Я в шоке. Какая, блять, прошлая ночь? Они, что спали? Охуеть… или всё же он её изнасиловал, что больше похоже на правду. Но талант драться не пропьешь, так что я ещё помню, как выйти из такой ситуации. Со всей силой наступаю на его ногу — он отстраняется. Пользуюсь моментом и бью его по лицу. Этот мудак держится за нос, опять по больному ударила, замечательно. Но он лишь смеётся. — Не ожидал, что с потерей памятью можно выучить боевые приёмы, да и когда успела? — спрашивает он, но ответа не ждёт и делает удар ногой по моим, я падаю. Он быстро садится на меня верхом. Вот тяжелая зараза. — Но одолеть меня ты не сможешь, хоть на боевые кружки ходи! — Да, такого кабана хрен победишь, но умом-то невозможно, не поймёшь, милый! — язвлю я и пытаюсь его скинуть, но не получается. На мои слова этот мудак реагирует бурно, как же мне нравится его недовольная рожа! — Я тебе ведь сказал, одно слово — и я возьму тебя прямо тут, — говорит Чонгук дебил-олух-надоеда и смотрит прямо мне в глаза. От его слов моё, а точнее, не моё, тело содрогается, и меня начинает трясти. Ужас… Но я овладеваю им, и привожу себя в порядок. Что он с ней сделал, если даже тело так реагирует? Извращенец хренов. — Иди нахуй, чмо. Как же я тебя ненавижу! Иди лучше к проституткам и отстань от меня! — кричу я, но он меня и правда бесит. — Я тебя предупреждал, — отвечает он и целует меня прямо в губы. Вот сука. Пытаюсь ударить его, но он сжал своим захватом и их. Он не просто целует, а пытается протолкнуть свой язык прямо в мой рот. Не допущу. Сжимаю зубы, и они словно стена, не подпускают его. Он целует всё сильнее. Ощущаю, что ещё немного, — и оборона прорвется. Решаюсь на отважный шаг и позволяю ему сделать французский поцелуй. Это мой план, возможно, это ослабит его захват, и я смогу освободиться. Но он не отпускает, а наоборот, еще сильнее впечатывает меня в пол своим массивным телом. Вот же дерьмо. Придётся идти на крайние меры. Просовываю свой язык в его рот. Наши языки сплетаются. Этот извращенец сильнее и со всей страстью целует меня. Резко он отстраняется. Между нами остается слюна. Ненавижу! Чонгук смотрит прямо в мои глаза, и я вижу искры страсти в них, стоит быстрее закончить с этим, а то меня возьмут прямо здесь и сейчас. Но не успеваю я обдумать что-либо, как вдруг он решает продолжить наше «увлекательное» и «познавательное» занятие, учитывая то, что это мой первый поцелуй. И вообще я не думала, что буду с кем-то целоваться, тем более с таким петухом. Чонгук входит в азарт, и я чувствую, как кмх, кмх, его «дружок» уже упирается в моё бедро. Весело. Ещё этот запах горького шоколада действует на меня, как афродизиак, и моя «омежья» сущность уже отдалась этому мерзкому типу. Он отпускает мои руки и начинает прокрадываться под мою пижаму, хотя я потихоньку схожу с ума от его запаха, но всё же контролирую себя и, пользуясь моментом, скидываю его. После чего быстрее выбегаю из палаты. Мне надо быстрее валить от этого мерзкого извращенца.

***

POV Автор Светловолосая женщина и мужчина стоят в очереди около кассы и ведут разговор. — Милая, как ужасно, что Лиса потеряла память, ты и правда переживала за неё? — спрашивает мужчина. — Дорогой, она взрослая девушка и не нуждается в жалости, её будет жаль лишь в том случае, если Чонгук откажется брать её в жены, да и потеря памяти сыграет нам на руку, до этого она билась и ревела, что даже под прицелом не выйдет за него, а сейчас всё изменится и мы наконец-то сможем спровадить её из нашего дома, не вечно же ей жить у нас! — смеясь, говорит дамочка. Мужчина в растерянности, он ожидал более мягкого ответа, но знал нрав своей второй жены, которая свою падчерицу терпеть не могла и быстрее хотела сослать её замуж. Но он надеялся на то, что она со временем смягчится и будет более приветливой с его дочерью. — А как же то, что ты разревелась в больнице и узнавала у доктора, как вернуть ей память? — с долей надеждой спрашивает мужчина, но она разбивается в дребезги от ответа его жены. — Хах, это? Так там же Чонгук стоял, негоже вести себя, как стерва, со своей падчерицей. А узнавала, чтобы предотвратить это. Если она вспомнит, что по моей вине они переспали, то нам конец. Так что и ты держи рот на замке, а то не сможешь завладеть частью акций своего зятя, — ответила она и стала складывать продукты на кассу. Мужчина был в негодовании, но всё так же молчал, как делал это с самой их свадьбы.

***

Чонгук сидел на кровати Лисы и думал, много думал. Он пришёл к такому выводу, что девушка кардинально изменилась, стала более жёсткой, но ему это понравилось, и он решил поиграть с ней ещё дольше. До этого случая, шатен хотел бросить её сразу же после получения наследства, но сейчас он желал получить всё удовольствие от её растерзания. Он трогал свои губы и хищно улыбался, ему нравилось новое ощущение, которое зародилось от действий девушки. И он поставил цель: завоевать её сердце, а потом бросить, как жалкую куклу. Хотя эта задача была изначально уже продумана, но теперь она имела другой окрас. Чонгук хотел не только поиграть, но и унизить Лалису. И он верил, что с лёгкостью с этим справится. Пранприя шла по коридору и была погружена в свои мысли. Она думала, что явно сошла с ума, если позволила этому мерзавцу поцеловать себя и понимала, в какой сложной ситуации она была, но для неё это не служило оправданием. Она хотела стереть память и очистить себе рот от микробов этого ублюдка. Вдруг Прия услышала голос в своей голове: «Возвращайся в палату, скоро вернутся твои родители, ты должна не дать им заподозрить неладное и согласится на свадьбу, у тебя нет другого выхода!» — твердил он, на что сначала она наотрез отказывалась соглашаться, но, вспомнив свою семью, дала своё согласие, хотя это далось ей очень сложно. Она понимала, что попала в настоящий ад, и ей придётся плясать под дудочку чёртового жнеца, чтобы достигнуть своей цели и вернутся в своё тело. Через минуту она уже шла обратно, успев всех обматерить и послать, куда подальше. Вдруг Пранприя увидела недалеко от палаты силуэт родителей девушки и быстрее побежала к своей палате. Они были близки и, переглядываясь, разговаривали, вследствие чего не замечали девушку. Она быстрее вбежала в палату и чуть не сбила Чонгука, который стоял около двери и собирался уже выходить. К счастью, он успел поймать её в свои объятия и устоять на ногах от такого сильного столкновения. Прия была слегка в шоке, но уже хотела оттолкнуть его, но Чонгук приобнял её сильнее. Девушка была озадачена. «Почему он обнимает её, если ненавидит?» — думала она, но услышала позади себя ахания и догадалась, что это её «родители». В её голову пришло озарение, этот эгоист не так прост и, наверное, сделал это, исходя из своих помыслов. Это её раздражало, и ей хотелось уже избить этого гада, но она вспомнила, что делать этого ей лучше не стоит и поэтому решила, что если он играет свою роль, чтобы получить там какое-то место, то и она сыграет свою. Блондинка обняла парня, а потом отстранилась. Увидев своих родителей, она сделала вид, что смутилась, это получилось у неё слишком хорошо, что даже рядом стоящий парень был смущен и шокирован. Это обрадовало женщину и она «сияла». — Мы вам не помешали? — спросила женщина и странно посмотрела на молодых людей. — Нет-нет, м… мама, это было случайно! — ответила девушка. Играть роль ей нравилось, но звать её своей матерью Прия не желала, но ей пришлось. — Просто я уже хотел уходить, а она не хотела меня отпускать, — вмешался шатен. За эти слова девушка хотела сжечь его, но приходилось сдерживаться. — Если это так, то нам не стоит мешать молодым, — сказала женщина и посмотрела на своего мужа. — Как раз мы хотели уходить, позвонили с работы, нужно срочно приехать, так что мы вас покинем, надеюсь вы не обидитесь! — Нет, не обидимся! — сказали они одновременно и переглянулись. Женщина положила пакеты на тумбочку и, попрощавшись с Лалисой и Чонгуком, вместе с мужем вышла из палаты. POV Пранприя Наконец-то они ушли! Уф… Теперь осталось спровадить этого олуха. Он смотрит на меня и ухмыляется. Как же я ненавижу его ухмылку, его глаза, а самое главное — его самого. Всё бы вытерпела, но точно не его. И как же сложно, наверное, было Лалисе с этим чудовищем! Прожигаю его взглядом, хочу чтобы он вообще исчез, но, к сожалению, этого не происходит. — Хм, не ожидал этого от тебя, неужели, наша девочка влюбилась в меня? Или всё же у тебя есть другая цель? Скажи на милость, я выслушаю, — говорит мне этот петух. Цель есть, но тебе я её уж точно не озвучу. — Не ожидал? А я думала, что ты уже успел привыкнуть. Влюбиться? Ты рехнулся? Жалко мне не удалось умереть, ты был прав, ведь если бы я сдохла, то смогла бы избежать такой участи, как свадьба с таким козлом, ну, наверное, это небесная карма, только вот вопрос: за какие грехи? Просто, если мои родители хотят, чтобы я вышла за тебя, то я выйду. Только вот у меня есть условия, и если ты их не выполнишь, то никакой свадьбы не получишь, значит и никакого места, про которое ты там что-то мямлил. Усек? — говорю я как-то равнодушно. Вижу, как каждое слово играет на его нервах. Здесь марионетка не я, милый, а ты. Только я вот в руках одного гота, который играется и лезет в мою голову. — Да, мне стоит привыкнуть, что теперь ты сумасшедшая, но это мне нравится, хочу прижать тебя к стенке, чтобы заткнуть твой злой язык. И правда, не рехнулся ли я, если решил, что ты достойна влюбиться в меня, тебе лучше сразу умереть после нашего развода, так, для вида. Решила идти по приказу родителей? Не смеши меня, сначала ты даже слова их слышать не хотела, а теперь вдруг примерной стала. Да, и засунь свои условии в свою жопу. Думаешь, если дедушка тебя защищает, то всем под твою дудку плясать? А что же он не помог тебе, когда я изнасиловал тебя? А когда в школе тебя гнобили? Он спас тебя? Опять же нет. У тебя никого нет. Наверное ты и правда ничего не помнишь, если даже этих гнойных родителей решила простить за то, что они продали тебя мне. Ой, прости, ты, наверное, и этого не помнишь. Подумай на этот счет. И еще, ты всё равно выйдешь за меня, у тебя не будет выбора. Или я, или другие гиены, которые хотят занять этот пост, а я скажу честно, они намного хуже, чем я, моя щедрость может ещё пощадить тебя, а они сразу втопчат тебя в грязь. Выходя за меня, ты получишь выгоду. Подумай хорошенько, — говорит он и выходит из палаты. Что это было? Неужели, всё, что он сейчас сказал, — правда? Значит, эта девушка умерла не только из-за него, а от херовой жизни? Я всегда считала, что жизнь богатых людей — рай, а оказывается, нет. Его слова потрясли меня. Но в частности он был прав, у меня нет иного пути, лишь как выйти за его «светлость». Прошло много часов. Я лежала в своей кровати и много думала. Думала, думала, а потом плакала, много плакала… Мне не хотелось жить этой жизнью, в этом теле, вместе с этими людьми… и люди ли они вообще. Хочу убежать от всей этой херни, хочу вернуться к своей семье! Может удастся сбежать в Таиланд и вернуться к моей прежней жизни?! Но скорее всего нет, они примут меня за дуру или сумасшедшую…погодите-ка, если я говорю на корейском, то могу ли я говорить на тайском? Пробую вспомнить одно слово на моем родном языке, но понимаю, что ничего не знаю. Как так?! Пробую еще раз, но ничего не помню. У меня начинается истерика. Пытаюсь успокоить себя, но ничего не получается. Если я забыла тайский, то как я с ними буду разговаривать?! Но потом меня резко озаряет, если я выполню задание жнеца, то точно смогу проснуться в своем теле!.. Но оно такое хреновое. Желание семерых людей, которых хрен, как найдёшь. Проклинаю эту чертову жизнь. За что?! За какие грехи?! Разве я делала что-то плохое? Никого не убивала, только дралась, вот и всё. Хочу спросить жнеца, но ни его, ни его голоса не слышу. Чёрт. Когда не нужен, так пиликает в моей голове, а как нужен, так и в воду канул. Еще один козел. Резко что-то ударяет в голову. Блять, он слышит что ли мои слова, точнее мысли. Вот хитрюга. Еблан. Может услышит. Но нет, опять убежал, трус. Опять что-то прилетает и ударяет в голову. Резко встаю с кровати и кричу: — Козел, а ну подошёл сюда, как же я ненавижу тебя, чёртов жнец, объясни мне всё, а не лезь в мою башку, старик хренов! — Мне всего лишь четыреста три года, не стоит обзываться, — резко слышу его голос, и замечаю его фигуру около своей кровати. — Тебе не стоит говорить плохое обо мне, всё-таки твоя жизнь в моей руке. Ты просишь меня тебе всё объяснить, но я тебе и так во многом помог, даже подсказал, кто первый человек, за что мне попало. Выполни желание этой пожилой женщины, и это даст тебе подсказку к другому человеку, какая ты упёртая, думаешь только о себе. И еще, держи, вот тебе флакон, в нём воспоминания Лалисы, благодаря этому тебе будет не так сложно, скажи спасибо, специально для тебя отыскал. Похоже, ты счастливая, ведь тебе попался я! — договаривает он и протягивает мне флакон. Да, счастливая, а может наоборот? Он отстраняет руку и осуждено смотрит на меня. Да, счастливая, большое спасибо, прости. Теперь он снова протягивает мне руку. Беру синий флакон в руки и осматриваю его, из него слышаться голоса, офигеть. — Я даю его тебе, но будь осторожна, если ты решишься выпить его, то у тебя будут все её воспоминания, но сможешь ли перенести все её чувства и боль, тебе решать. Это даже может остановить тебе сердце и стереть твои прежние воспоминания, но сделай вид, что не слышала этого, а мне пора, пока, — говорит он и исчезает. Опять этот хреновый синий дым, и кто его только придумал. Да, спасибо за подсказку, но, похоже, последнего я не смогу выполнить. Ложусь в кровать и всю ночь думаю лишь о словах жнеца, смотрю на эту синюю фигню. Приглядываюсь и вижу даже некие силуэты, от чего меня очень так нехило бросает в дрожь. Слышу даже некий звук, подношу к уху и слышу плачь, крики, и это меня еще больше пугает, нет, похоже, я лучше обойдусь и без этой хреновины. Интересно, если её воспоминания у меня, то где теперь Лалиса? Она умерла? Эта мысль не отпускает меня и мучает аж до пяти часов утра, узнаю время потому, что в комнату заходит медсестра, она всегда приходит в это время, так мне сказал доктор. Она проверяет моё состояние и уходит. Вот и утро, а я чувствую себя мёртвой. Много мыслей в моей бедной голове. Сегодня опять придут эти чудовища, и мне вновь придётся играть свою роль. Где же мне спрятать этот флакончик? Пусть пока что полежит в кармане пижамы, надеюсь я не забуду его взять. Если у меня ещё есть несколько часов до прихода родителей Лисы и Чонгука, то мне стоит быстрее разузнать все подробности желания этой пожилой женщины, интересно, она уже встала? Нужно узнать. Иду в её палату и потихоньку захожу, она лежит, но явно не спит, увидев меня, она улыбается. У меня такое ощущение, будто она реально моя бабушка, но вспоминаю, что не моя, Лалисы… у меня никогда не было бабушки, ни с маминой, ни с папиной стороны, и это грустно. Она зовёт меня к себе, и я тихонько подхожу к ней. Наверное, вчера я сильно её напугала, стоило бы извиниться, но она первая начинает говорить: — Внученька, как же я испугалась вчера, ты не помнишь меня? Я расспрашивала у доктора о тебе, и он сказала, что ты потеряла все свои воспоминания… — Говорит она как-то с долью грусти, и мне становиться жалко её. — Да, бабушка, но тебя я никогда не забуду, прости меня за весь этот переполох, вчера мне и правда было не по себе и я забыла практически всё, но сейчас я помню мою любимую бабушку! — говорю я ей и крепко обнимаю, она рада моим словам. — Правда? Я так рада, наверное ты всего и не помнишь, но, дорогая Лалиса, хочу предупредить тебя, не доверяй своему окружению, они хотят сделать тебе плохо, тебе не стоит выходить за этого юношу, внука известного миллионера и будущего владельца фирмы «JL», я слышала, что он ужасный бабник, он никогда не сделает тебя счастливой! — Не переживай, бабушка! Даже если я и выйду за него, то обязательно сделаю его смирным, вот увидишь! — говорю я, и мы смеёмся. — Знаешь, внученька, вчера мне стало плохо, и я думала, что помру, так и не сказав последнее моё желание, поэтому и побыстрее рассказала тебе о нём, думаю тебе не удастся его выполнить, ведь ради этого тебе придётся вкалывать день и ночь, потому что твоя мачеха решила продать его одному богатому человеку, чтобы он построил там свой магазин. Я пыталась отговорить её, но она ненавидит меня, ведь я мать твоей умершей матери, но по праву этот дом был записан на мою дочку, так хотел твой дедушка, а после её смерти мы решили переписать его на тебя, но проклятая женщина, эта твоя мачеха, взяла и оформила его на себя! Теперь уже ничего не сделаешь… а ведь там ты провела почти всё своё детство, это моё последнее сокровище — память о твоём дедушке… — она договорила и заплакала, но пыталась не показывать мне этого, хотя я всё равно заметила эти слезы на глазах, горькие слезы и отчаяние, мне стало ужасно больно. — Вот стер… змея эта женщина, а я ведь и не знала, бабушка, забыла! — сказала я, вот же на! Надо позаботиться о доме и наказать эту суку! У меня не было слов, лишь мысли, как наказать эту женщину. Мы много болтали, бабушка, рассказала о моём детстве, а точнее Лалисы, оказывается, она была такая весёлая и любила рисовать, а ещё вместе с бабушкой ходила в лес, любила ещё смотреть, как дедушка делал разные подделки из дерева. Оказывается, когда Лалисе было всего лишь три года, погибла её мать, а отец не мог смотреть за дочерью, поэтому она почти всё своё детство провела у бабушки и дедушки, но после того, как её отец нашёл новую жену, он решил забрать её, они не хотели отдавать Лалису, но пришлось. Через два года умер дедушка от инфаркта, а теперь и она лежит на больничной койке по этой же причине. Я и не заметила, как прошло три часа! Медсестра зашла и сообщила мне, что меня ждут. Чёрт! Мне совершенно не хотелось уходить, но бабушка сказала, что я не должна им говорить, что говорила с ней, ведь они запрещают мне это делать. Не люди, а демоны! Я сильно обняла её и сказала: — Бабушка, не переживай, я не отдам и не позволю продать этот дом! Выздоравливай, бабушка, я люблю тебя! — Пока, внученька, я тоже люблю тебя! — сказала она. Я вышла из палаты. Хотелось выплакаться. Да, что-то в последнее время я стала плаксой, но душа ныла! Шла к себе, и так не хотелось открывать эту чертову дверь, ведь там они, те которых я ненавижу. Хочу растоптать их в грязь, но придётся играть в примерную дочку. Но я обещаю — они еще попляшут. Захожу и вижу только мужчину, отца Лалисы, только вот с ним неизвестная и очень красивая женщина, да и Чонгука нет, слава Богу. Завидев меня, она подбегает и обнимает меня. — Как же я рада видеть тебя, дорогая Лалиса! Я так испугалась, когда услышала о том, что произошло! — говорит она. Кто она? — Перестань, сестренка! Она ведь уже не та маленькая девочка, с которой ты игралась, а взрослая девушка!— проговаривает мужчина. Погодите, так это тётя Лалисы? Неожиданно. Она тоже плохая или всё же хорошая? Она выглядит приветливой и очень милой. — Всё равно она самая любимая моя племянница! Меня не было пять лет, а она так вымахала, какая красавица! — воскликнула она, и это меня смутило, похоже, она очень сильно любит Лалису. Но я стояла в ступоре, ведь для меня она незнакомка. Она заметила мою озадаченность. — А… Забыла, ведь ты потеряла память! Лалиса, будем знакомы, я твоя тётя — Мин Ён! — говорит она и протягивает руку. — Рада познакомится, я Пр… Лалиса Манобан! — отвечаю я, уф… всё-таки стоит привыкать, что я Лалиса, а не Пранприя. Тоже протягиваю ей руки, и мы здороваемся. Она мило улыбается мне, и я тоже пытаюсь улыбнуться. — Сегодня, Лалиса, я возьму тебя к себе в гости! — говорит мне Мин Ён. Ох, слава Богу, я буду подальше от той женщины, а то бы я ей лицо хорошенько «припудрила». Мин Ён протягивает мне пакет. — Это одежда, которую я специально привезла тебе из Парижа, так что быстрее надень её! И никаких отказов! — стою в недоумении. — А мы пока что переговорим с твоим отцом, одевайся! — договаривает она и, взяв под ручку мужчину, выходит. Я остаюсь с пакетом в руках.

***

POV Автор Шатенка вывела мужчину из палаты и улыбка с её лица спала, как будто её и не было. Серьезно посмотрев на него, она начала свой разговор: — Брат, что за дела? Как такое могло произойти, это ведь из-за неё, да? — немного повысила она тон своего голоса, но попыталась прийти в себя. — Ты ведь обещал, что она не посмеет что-либо сделать с нашей красавицей, а что я вижу! Она чуть не совершила суицид, так ещё и память потеряла! — женщина была в бешенстве, но начала считать до десяти, чтобы успокоиться. — Мин Ён, не сердись! Да, я обещал, но она сильнее меня, и я люблю её! Прости… — Сказал мужчина и опустил голову. — Любишь? А дочь свою не любишь разве? Эта шлюха вышла за тебя лишь из-за твоих денег, и ты смеешь говорить что-то про любовь? Не смеши, брат. Ты всегда верил ей, даже, когда я уезжала, я сказала тебе, чтобы ты даже не смел жениться на ней, но ты упёртый баран, вот увидишь, она еще оставит тебя у разбитого корыта, — говорила Мин Ён со злостью и пригрозила ему пальцем. — Да, я виноват, но не трогай мою жену, она хоть и бывает злой, но совсем неплохая! И ни слова больше. — Ладно, живи с ней, но Лалиса будет жить у меня. Я не ступлю на порог твоего дома, пока она там. — Нет, я не могу позволить это, ни за что. — А как же так? Разве твоя женушка не хотела спровадить её ещё до женитьбы, а? — язвительно спрашивает шатенка. — Нет, ты ошибаешься. — Ошибаюсь? А разве не по её прихоти ты всегда посылал Лалису ко мне, учитывая, что это происходило лишь в те дни, когда она приходила прямо к тебе домой, разве я не знаю? Черта с два. Или Лалиса будет жить со мной, или я больше тебе не сестрёнка. — Нет, не будет этого. Я запрещаю. — А вот это уже ей решать, — говорит она и, постучавшись, заходит в палату.