Осколки льда

      Шум улицы, разговоры прохожих, музыка, что слышалась с мостовой — все это слышалось в комнате девушки, что с прозрачно-синим взглядом лежала на кровати. «Хочу исчезнуть,» — звучало где-то отголоском в её голове. Скрипнула дверь и в комнату вошёл молодой человек среднего роста и стройного телосложения. — Я принёс поесть. — Подойдя к кровати, Мишель положил руку на плечо девушки. Недолго думая, она спихнула его руку. Спустя почти недели молчания Дарья, наконец, заговорила. — Я ненавижу тебя, Сару и эту страну… — Тихо и бесчувственно, потому что чувств больше не осталось, произнесла она. Закрыв глаза, девушка услышала тяжелое и раздраженное сопение парня. — Ты никогда не вернёшься к Юрию, смирись! — Он хлопнул дверью и по щеке девушки скатилась слеза. «Хах, надо же, у меня ещё остались слёзы,» — Горько усмехнулась она своим мыслям.       Близятся соревнования по фигурному катанию, Яков Фельцман объявляет основной состав России. — Мила Бабичева, Георгий Попович, вы представляете нашу страну на этих соревнованиях. — Подождите, а как же Юрио! — Вспомнила о друге Мила. — Мила! Этот засранец не явился ни на одну тренировку за прошлый месяц! — Вспылил тренер, не заметя сидевшего на трибунах Плисецкого. Молча встав, парень вышел с катка и направился в раздевалку.       Даши, его Даши, не было уже полтора месяца. «Тц, бесит!» — он ударил по своей фотографии, которая пока висела где-то на стене в коридоре на доске почёта. В памяти снова возникли печальные, синие глаза девушки. «Если бы я не напился в прошлый раз… Смог бы я тогда что-то сделать?» — сжав от безысходности кулаки, Юрий еле сдержал желание кричать. Кричать и драться, как будто он снова стал тем подростком, которым он был ещё три года назад. Постепенно злость стала отступать, а мысли приходить в порядок. Разжав кулаки, Юрий достал телефон и набрал номер сестры. Дождавшись, когда, наконец, пройдут эти долгие гудки, он услышал её голос. — Да, Юр, ты что-то хотел? — Ты скоро? — Сейчас выйду из магазина, тебе что-то купить? — Нет, давай быстрей. — Отключившись, Плисецкий двинулся дальше. Зайдя в раздевалку, он пулей схватил свою сумку и толстовку и направился на улицу, чтобы там подождать Машу.       Отабек два дня назад вернулся в Казахстан, за то время, пока он жил у них дома, их «отношения» с Машей не продвинулись ни на миллиметр. Девушка всё так же отводила взгляд, краснела, когда они случайно соприкасались, однако и в этом есть свой плюс — Маша, наконец, научилась готовить немудрёную еду.       Когда он спустился по ступенькам, до него донеслись восторженные визги девиц. — Это же Юрий! — Юрий Плисецкий, можно с вами сфотографироваться? — Одарив девушек презрительным и раздраженным взглядом… — Я не в настроении. -…произнёс он и натянул на себя капюшон, намекая на то, чтобы они отошли подальше, однако такое действие вызвало обратный эффект. Восторженные аханья и оханья начинали раздражать. — Ох, Юрио, это ты! Как я рад тебя видеть! — Послышался радостный и знакомый голос. Человек подошел ближе и радость фанаток усилилась. — М? Виктор, что ты тут делаешь? — Удивление на лице появилось на секунду, а потом лицо вновь помрачнело. — Мы с Юри приехали навестить вас, и поддержать в соревнованиях! Разве не здорово? — Ага. — Что? Ты не рад моему приезду? — Обиженно надул губы Витя, вспомнив, с каким упрямством Юрий упрашивал его вернуться в Россию. — Маха приехала, я пошёл. — Махнув на прощание, Юрий залез в машину. — Странный он стал какой-то… ладно уж, спрошу у Милы, эта женщина знает всё. — Весёлой походкой он направился в ледовый дворец.