Магистр

Юн никогда не считал себя везучим. Наоборот, по его скромному мнению, вся жизнь у него была иллюстрацией к определению “неудачник”. Родился он в большой, бедной семье, седьмым сыном седьмого сына – родители надеялись, что он станет Ведьмаком. Но не срослось – при первом приближении, магии у него не выявили вообще, а слабое здоровье не предполагало физических нагрузок выше человеческой нормы. Его называли проклятым – обратным отражением правила о седьмых сыновьях. Он постоянно попадал в неприятности – то упадёт неудачно, переломав ноги, то влетит в ловчие силки, которые охотники на зайцев поставили, то стул под ним сломается, то молоком отравится. Набредёт на компанию нетрезвых придурков, от которых еле удерёт, и всю ночь просидев в каком-то закутке – заболеет. Сгорит в руках единственный в семье телефон, начнётся пожар, случится потоп… В общем – не везло. Никак. Никогда. А потом, когда ему стукнуло пятнадцать, его поймали какие-то психи и попытались принести в жертву. На кладбище. А кладбище встало. Вот тогда-то его и определили как некроманта. Прибывший ликвидировать последствия Мастер и определил. В тот день у него не стало семьи, потому что: “- В моей семье не будет Некромантов!” – заявил ему отец. Что ж, бессмысленно его винить – Юн всегда был обузой. Слишком наивный и глупый, по мнению окружающих. Слишком неправильный… В гильдии, кстати, выяснили, что он не седьмой сын, а тринадцатый – папочка оказался с грешками. Но если Юн надеялся после этого обзавестись мирной жизнью – или хотя бы её подобием, то очень скоро был разочарован. После долгого лечения, избавившего от большинства проблем со здоровьем, его отправили на годичное потоковое обучение. Было в гильдии и такое, призванное научить будущих работников "косы и лопаты" — как шутил их физрук, — пользоваться своими силами и "не совать пальцы в челюсти скелету". Началось оно для него с сакраментальной инструкции:

- Общежитие направо, кладбище налево, учебные классы зигзагом и прямо, баня прямо. Столовая налево. - Так там же кладбище! - Вот там повара и найдёшь.

На поверку все оказалось не так уж и страшно. Просто штатный повар тоже был некромантом и подрабатывал кем-то средним между патологоанатомом и нотариусом, часто брал работу на дом и над нею же засыпал. А жил он, по каким-то своим соображениям, в склепе. И по этой же причине, прежде чем получить законный обед-завтрак-ужин, повара требовалось разбудить. Сонный же некромант, это такое особое создание, от которого чаще всего приходится убегать на первой космической. Или от того, кого он на тебя натравит. В результате и практика, и физуха, и аппетит нагуливался. Столовая же, официально, находилась ЗА кладбищем, но почему-то частенько перемещалась НА него. Спустя год это уже не вызывало отторжения. А после его представили Учителю. То есть Коту. Поставив последнего перед фактом. Ну, а Кот, это в любом случае Ходячая Катастрофа. Он смеялся, веселился и учил так, как не мог никто, но при этом влипал в неприятности ничуть не меньше своего подопечного. Как сказала Глава:

- Вы всё равно два сапога пара. - И оба левые? - Скорее разноразмерные.

В общем, с Магистром ему, конечно, повезло, но всё равно не очень. В удвоенном масштабе их “везение” приобретало просто таки эпический размах, на его взгляд. Учитель говорил, что он пессимист. А Юн считал, что просто невезучий. И продолжал так считать до сегодняшнего дня. А ведь всё так хорошо начиналось. К священным лесам эльфов они подходили на закате. Предупреждённые ушастики встретили их хоть и хмуро, но вполне дружелюбно. Если считать наложенные на тетиву стрелы признаком дружелюбия. Может быть, их можно понять – встречать вышел Правитель Северного Леса. Спустя пару минут стало понятно почему – нежить утащила его дочь и маленькую внучку. Задача резко усложнилась. В любом другом случае, Юн, даже не имея большого опыта, сказал бы, что живыми двух эльфиек никто не увидит. Но Камни Жизни, завязанные на пропавших, свидетельствовали об обратном. Живы. И даже можно определить направление поисков, но вот незадача – впереди не одна сотня вставших мертвецов. Через которых придётся пройти. И не только спасти монаршую кровь, но и выловить того, кто всё это устроил. Ибо где-то в священном лесу обретался неслабый некромант. В этом уже не было сомнений. Вопрос был лишь в том, кто смог перебить светлую ауру леса. Таких во всём мире считанные единицы. И один из них – стоит рядом с Юном. - Идём, Ученик, нас ждёт работа. - Да, Учитель. И после этого его ещё зовут пессимистом?