Самая крупная ставка

Найл сидел в углу ванной комнаты и шмыгал носом, сжимая свою бейсболку в руке. Он смотрел на себя в зеркало во всю стену напротив. Они с парнями специально купили его Зейну на день рождения, потому что он тщательнее всех следил за своим внешним видом. Ему было просто необходимо такое огромное зеркало, чтобы замечать все свои недостатки, исправлять их и быть идеальным. Найл никогда не понимал, зачем столько времени его другу нужно уделять на это все. Он и так казался ему идеальным, всегда. Даже утром после масштабных вечеринок с нескончаемым количеством алкоголя, которое Зейн вливал в себя без колебаний. Удивляла Хорана и способность Малика становиться трезвым и свежим буквально за пару минут после этих пьянок, когда остальные приходили в себя часами. Сейчас же Найл сидел на полу и наблюдал, как слезы стекали по его щекам. Глаза были красными, нос тоже. Ему ужасно не нравился опухший юноша, смотревший на него из зеркала и мило улыбавшийся. Самому себе. Ничтожество. Это отражение ужасно раздражало своего хозяина. Он пытался успокоиться, потому что эта истерика не имела стоящей причины. Он корил себя за такую чувствительность, отчего ему становилось еще тяжелее и слезы начинали литься сильнее прежнего. Да и сегодняшняя причина казалась остальным парням из группы глупой, хотя они знали, насколько это важно для их друга. Найл знал, что нет повода обижаться на Луи, который украл его еду прямо из-под носа, но последовавшая после этого словесная перепалка расстроила их обоих. Парень просто вспылил и, чтобы успокоиться, убежал в ванную комнату и заперся там. Стыдно. Расплакался перед парнями из-за еды. "Я глупый, маленький мальчик", - подумал ирландец. - Найл, - раздался высокий, ласковый голос из-за двери. Сразу стало ясно, что это Томлинсон. - Ты прости меня, я же не знал. Я не хотел тебя обидеть, и ты это прекрасно знаешь. - Уходи, Луи, я не хочу тебя сейчас видеть. - Да это же такой пустяк! Хочешь, я куплю тебе два ведра этих крылышек? - Ножек. - Да не важно, что захочешь, то и куплю. С соусом. Я куплю много соуса. Губы Хорана сжались в тонкую линию. Ужасно хотелось согласиться на это заманчивое предложение, но нельзя из принципа. - Ну же, выходи, мы с парнями уже беспокоимся. - Идите, ешьте без меня. Я скоро приду, - молчание. - Уходи, я все равно тебе не открою. За дверью раздались голоса. Это были Зейн, Луи и Лиам. Найл смог расслышать только то, что "беспокоиться не о чем" и что "он скоро остынет". Потом раздались удаляющиеся шаги. Голубоглазый тяжело вздохнул и протер слезящиеся глаза, откинув бейсболку прочь. Парни ушли, но не все. Зейн, как хозяин дома, имел ключ, который мог открыть ванную комнату снаружи. Послышался щелчок, и Малик тихо вошел внутрь. Он присел рядом с другом и молча посмотрел на его отражение в зеркале. - Только не смей говорить мне, что это пустяк. - Это не пустяк, Найл. Я могу понять твою реакцию на поведение Луи. Я тоже от него иногда устаю, но такова доля братьев - терзать друг друга, - юноша мягко рассмеялся. - Хочешь, я отдам тебе свою порцию? Я все равно не люблю тот ресторан, где ты их заказал. - Правда? - Конечно, правда. Забирай. Найл выдохнул и поднялся на ноги. Зейн потрепал его за плечо и ухмыльнулся, провожая его взглядом, а затем обратил внимание на лежащую на полу бейсболку и поднял ее. Подмигнув самому себе в зеркале, он надел бейсболку на себя и отправился следом за другом, в глубине души понимая, что еда не была настоящей причиной его слез.