Отшельник

       — Большинству людей идеальная мораль Платона кажется очень строгой. Он верил, что существует метафизический элемент, который трудно совместить, потому что душа должна оставаться в стороне от физического удовольствия тела. И всё же даже в этом метафизическом мире мы находим несколько форм этой теории. Так в чём же связь? Где та точка, в которой метафизическое совершенство перетекает в физическое удовольствие? Разве это не должно указывать на желание быть связанным с душой через удовольствие вместо того, чтобы остаться нетронутой, изолированной сущностью? Стоял уже поздний вечер, и студенты изнывали от желания разжечь костер, пока профессор Рен шагал взад и вперёд по комнате отдыха огромными шагами, споря с самим собой. Он засучил рукава своей белой рубашки, волосы походили на непокорные чернильные волны, все попытки подчинить их себе были бесплодными. Наконец, мужчина остановился перед камином, положив руку на каминную полку. Он выглядел измученным и побежденным. — Хорошо, на сегодня достаточно. Финн, я полагаю, у тебя есть всё необходимое для костра? — Да, всё готово, профессор, — отозвался Финн. Рен вернулся к своему креслу и упаковал книги и записи в сумку. — Прекрасно. Наслаждайтесь отдыхом, но не забудьте позаботиться о костре, когда закончите. Рен кинул мимолетный взгляд на Рей и вышел из комнаты. Её сердце сжалось. Студенты ощутили огромное облегчение в ту самую минуту, когда профессор Рен удалился, но Рей всё ещё сидела тихо с угрюмым выражением лица. Она собрала свои вещи и встала, готовая помочь Финну с костром, как вдруг заметила что-то в профессорском кресле -гладкую ярко-красную авторучку Montblanc. Рей подошла ближе. Складывалось впечатление, что ручка светилась неестественным блеском. Девушка быстро схватила её и положила в свою сумку. Сидя у костра, Рей то и дело отвлекалась от разговоров, руки так и тянулись к сумке, чтобы коснуться ручки и убедиться, что она всё ещё там. Девушка поглаживала прохладную поверхность, прислушиваясь к шипению и потрескиванию пламени. Покусывая нижнюю губу, она не удержалась и несколько раз взглянула в сторону профессорского домика. — Рей, ты сводишь меня с ума, — вздохнул Финн. — Что происходит? — Не знаю, просто как-то неспокойно, — соврала она. — Думаю, мне нужно прогуляться, иначе это чувство меня разорвёт на части. — Уверена? — спросил друг. — Да, увидимся завтра. Спокойной ночи, — Рей сжала руку Финна на прощание. Холодный воздух стал желанным облегчением, пока Рей быстро шла по дорожке в сторону домика Рена. В руках она держала ручку кончиком вперёд, будто наступала на врага с оружием. Отдалившись от колеблющегося пламени костра в осеннюю темноту, глаза Рей вскоре отыскали тускло светящееся окошко домика Рена, послужившее ей маяком. Рей сделала глубокий вдох и поднялась по деревянной лестнице к его двери. Она заглянула в окошко, отметив, что профессор Рен обитал в поистине королевских покоях по сравнению с другими домиками в лагере. Внутри дом был богато меблирован, с огромной кроватью, полированным деревянным столом и камином, обрамлённым книжными полками. Рей мягко постучала и едва заметно вздрогнула от холода и охватившего её волнения. Дверь открылась, и перед ней предстал профессор, заслоняя большую часть света своей внушительной фигурой. — Вы оставили это, — произнесла Рей, протягивая ручку. Вместо того, чтобы забрать забытый предмет, он вдруг схватил девушку за плечо, затаскивая внутрь своей берлоги. — Проходите. Вы замерзли, — произнес профессор. — Я как раз собирался разжечь костер, вам нужно согреться. Когда Рен повернулся к камину, его рука покинула её плечо, но Рей всё ещё чувствовала тепло там, где он прикоснулся к её коже. Девушка положила ручку на стоящий рядом стол, взгляд её заскользил по помещению, ища подходящее место, куда можно было бы присесть. В итоге свой выбор Рей остановила на столе и ловко запрыгнула на него, слегка раскачивая ножками в воздухе. В комнате воцарилась тишина, девушка увлечённо наблюдала за своим профессором. Рен чиркнул спичкой и потянулся вперёд, чтобы зажечь огонь, его массивные мышцы напряглись под тканью рубашки. Рей наблюдала, как отсветы пламени игривыми тенями касались его профиля, острого носа, отражались в стеклах его очков. Внутри девушки словно шла борьба — тихое чувство защищённости от его близости противостояло чувству нервного возбуждения, которое он вызывал в ней. Профессор на мгновенье присел перед разгорающимся огнём, а затем перевел взгляд на неё. Весь этот день Рей провела без этого проникновенного взгляда, которого так сильно жаждала и ждала от него. Такой напряженный, ищущий взгляд. Рей скрестила ноги и немного наклонилась вперед, сильнее сжимая бёдра. — Рей, я знаю, что уже спрашивал вас, но так и не получил ответа, потому спрошу еще раз. Вы собираетесь взять философию своим основным предметом? Она немного сдвинулась. — Если ответ положительный, то я буду вашим руководителем. Я лично прослежу за этим, — Рен медленно подошел к девушке, не сводя с неё пристального взгляда. Языки пламени в камине затрещали, отбрасывая на лицо профессора причудливые тени. Рен остановился в опасной близости и жадно посмотрел в расширившиеся в удивлении глаза Рей — у неё перехватило дыхание. Он был так близко, что она могла уловить его запах, который был куда насыщеннее и богаче, чем хрупкий призрак воспоминания его аромата, что Рей почувствовала от его свитера. Она лениво прикрыла глаза… и в следующую секунду почувствовала, как его длинные горячие пальцы скользнули по шелковистой мягкости её чулка.