breath

      Джин понимает, что попал.       Но не когда главный факбой всего университета натыкается на него.       Не когда друзья Чонгука рассказывают ему про репутацию Джина под названием «ледышка и давалка в одном лице».       И даже не когда Чонгук, получив отказ на предложение переспать, решает добиться своего всеми способами, а через пару месяцев постоянных подкатов и всяческих ухаживаний влюбляется и заявляет, что свое он возьмет в любом случае.       Джин понимает, что попал, когда сам влюбляется. — Это пиздец, — выдыхая, произносит Джин, а его Юнги, сидящий напротив, даже отрывается от телефона. — Воу, наша принцесса умеет материться. — Не называй меня так. Не будь ты моим другом, сидел бы уже с разбитым носом, как и все предыдущие.       Нет, Джин не в коем случае не та самая «давалка» университета. Он вообще еще девственник, хоть в это году и заканчивает университет. Но неудачные отношения с парнем еще на первом курсе давали о себе знать. Тогда Джин был вообще божим одуванчиком и при попытке бывшего завалить его в кровать после месяца отношений врезал ему. Это было его самой главной ошибкой.       Потому что уже на следующее утро оскорбленный парень растрепал, какая Джин шлюха.       Издевательства, приставания, истерики, даже попытки суицида.       Если бы не Юнги, то Джин бы наглотался тех таблеток еще после той драки, которая едва не закончилась изнасилованием, от которого спасла его счастливая случайность.       Джин определенно загнулся бы, если бы не взял тот академ отпуск на год, дождавшись, когда его бывший закончит универ.       Когда же это произошло, Джин вернулся. Да, за его спиной все еще перешептывались, но той компании уже не было — и дышалось гораздо легче. К тому же, за то время вместе с Юнги он разработал ту самую стратегию «снежной королевы». Доказать свою чистоту все равно было уже невозможно.       Юнги единственный, кто знал истинного Джина — милого, невинного, с его несмешными шутками и способностями к готовке. — Я просто не понимаю твою проблему, — все он понимает, но признание из друга нужно было вытянуть хоть клещами, — он тебе нравится, ты — ему. Признавайся, идите на свидание, проводите больше времени вместе, а дальше ты сам знаешь. Тем более ты только на него и смотришь. Даже сейчас.       Джин дергается и переводит взгляд на Юнги, который опять подловил его — он действительно рассматривал Чонгука, сидящего в самом центре их университетской столовке с компанией девушек и парней. — Мне кажется, что он просто поспорил, а когда я признаюсь, просто обсмеет и все, — поясняет Джин, рассматривая неприглядный салат в своей тарелке, — ему скоро наскучит это, и он бросит эту затею, так что мне нужно просто потерпеть. — Не, друг, так не пойдет, — возникает Юнги, начиная что-то усердно печатать в телефоне, — как я понял, ты хочешь его проверить? Будет тебе проверка.