Ты мой способ быть лучше

Pov Adrian Спустя полбутылки виски и трех пачек сигарет я смог снять принуждение. И что вы думаете, передо мной сейчас сидел не русский Бог, как любили его называть новички, а принцесса Пупырка, мать вашу! Беликов никак не мог прийти в себя и собраться, он то ревел, что бросил Роуз, то вспоминал про свой далекий медвежий край, хотя, когда я упомянул, что там холодно и, наверняка, воняет отовсюду перегаром, Дмитрий стал яростно защищать Россию-матушку, и вернулось все к тому, что родину он бросил, как бросил и Роуз. Мда, цикличность его подвываний порядком раздражает. - Как же ты меня заебал, - подумал я, видимо вслух, так как взгляд дампира обратился в мою сторону. - Да как ты смеешь! У меня горе! - он сейчас точно закатит вторую истерику, а мой мозг этого просто не вынесет! - И у меня, между прочим, не именины! - я стал весь красный, жилки на руках вздулись и, похоже, мой настрой отрезвил Беликова. - А ну заткнись, руки в ноги, сопли в нос, и бегом искать по твоей жопно-магической связи Хэзевей! - Ты прав, - вдруг, дампир будто стал другим человеком. Собраным, готовым защищать мороя ценой своей жизни, только вот сейчас роль мороя исполняла Розмари. - Рассказывай как действует связь. Pov Rosa И опять я очнулась в подвале. Ничего нового, все так же серо, промерзло и откуда то веет холодом, могильным холодом. Передернув от такой ужасающей ассоциации плечами, меня просто осенило: я могу в полной мере ощущать свое тело, ноги и руки вновь слушались меня, еще бросалось в глаза явное отличие от прошлого моего заключения то, что, на это раз, меня даже не потрудились связать. Это прямо-таки оскорбило моего внутреннего стража, хотя, должно было радовать, ведь не придется тратить ни сил, ни времени на то, чтобы освободиться от пут, но я была бы не я, если бы не перевернула все с ног на голову, и то, что я осталась сама собой, придавало оптимизма во всей этой пессимистичной ситуации. Но, в то же время, оптимизм мой уменьшился, когда я вспомнила последний момент перед отключкой: шикарный зал без окон, парализованная я и мужчина, не просто мужчина: - Позвольте представиться, Александр Беликов. Зачем я понадобилась отцу Дмитрия, и тот ли он за кого себя выдает? Из раздумий меня вырвал резкий скрежет, характерный больше для школьной доски, по которой проводят ногтями, чем для открывающейся двери. На пороге стоял именно тот мнимый отец Дмитрия. - Вижу, моя принцесса уже проснулась, пора приступать, - дальше он что-то говорил на русском мужчине, которого я раньше и не заметила. Я не могла его разглядеть, виднелся лишь силуэт. - Скоро приедет мой сын, а мы должны привести тебя в порядок, - ох мне не нравится, с какой интонацией он это сказал. - О чем ты, старый маразматик, Дмитрий приедет и все кости тебе пересчитает! - о да, Роза, это самое умное, что ты могла сказать в минуту опасности, аплодисменты в студию. - Кое-кто другой скоро пересчитает ему косточки, и ты прекрасно знаешь эту персону, - его лицо озарила дьявольская усмешка. - Дерьмо, - я не смогла удержаться и выругалась. - Ты не представляешь, на сколько права, - в глазах Беликова-старшего плясали дьяволята, что явно не было хорошим знаком, он опять что-то сказал своему собеседнику на русском, и я опять ни черта не поняла. Надо будет выучить этот язык бурых мишек, мда, в экстренных ситуациях мои мозги явно идут в отпуск, а ко мне в камеру тем временем шагнул тот самый мужчина, с которым Александр говорил до этого. - Смотри мне в глаза, - произнес он с едва различимым акцентом, и я повиновалась, его глаза с красной радужкой полностью завладели моим сознанием. - Умница, умница. Pov Adrian - Я нашел ее! - кричу Дмитрию, и он влетает в пустую камеру, где на холодном полу лежит Розмари. В тот момент мне не казалось странным ни то, что она была совершенно одна во всем замке, ни то, что на ней не было ни царапинки. Было важно лишь то, что, как в каком-то боевике, Беликов подхватил Розу на руки, и мы бегом направились к внедорожнику, на котором приехали, чтобы отвезти девушку в больницу. Причина всех странностей стала известна позже, а сейчас, сейчас хватало того, что она жива и в безопасности.