Непростая жизнь монстра, или Мы в ответе за тех, кого приручили

Война за планшет шла с переменным успехом. То мне удавалось вырвать его из рук хозяина, утащить и попытаться спрятать. То Ванечка догонял меня, бесцеремонно хватал за хвост и отбирал обслюнявленную гадость обратно. Фи, и как ему не противно такое в руки брать! Не противно. Аккуратненько вытер салфеточкой и снова со своим любимым планшетиком на диван завалился. А я против! Поэтому и отобрать пытаюсь уже в течение получаса. Против, потому что скучно и ласки хочется, а этот тюфяк в экран уставился и на меня ноль внимания. Осторожно подкрадываюсь. Заметил! Глазастый. Ничего, я терпеливый. Не будет же он всё время одним глазом на меня смотреть? Вот тогда как напрыгну, как отберу! И спрячу. Не, на этот раз вообще в унитаз закину. О, отвлёкся! Ещё пара минут… Проверяем готовность: пять, четыре, три, два, один… Прыжок! Не, ну я так не играю. Выставил локоть. Головой об его костлявки приложился. Мне ж больно! Вот говорила ему мама есть больше, а то скелет ходячий. Куда не ткни — везде кости. Насильно, что ли, начать откармливать? Пироженками и котлетками, например. Хотя, нет, котлетки — это святое. Они все только мои. Даже с Ванечкой делиться не стану. Пусть лучше пирожные трескает — от мучного, говорят, быстро поправляются. Да и зря что ли их мама целую коробку купила? Она сама-то такое не ест — фигуру бережёт, а я сладкое не люблю. Значит — Ванечке всё скормим. Не пропадать же добру. И планшет я всё равно отберу. Дело принципа. Война так война. До победного конца. До моей сокрушительной победы над ленивым хозяином. А с чего всё началось? Ванечка не захотел вот прямо сейчас идти со мной гулять! Не, я, конечно, понимаю, что соцсети — это святое. Реальных друзей у парнишки-то совсем нет, вот с виртуальными и зависает. Но я-то не виртуальный! Я лучше! Мог бы и мне внимание уделить! И что с того, что мы два часа назад уже гуляли? Я ещё хочу! Значит — будем гулять. Как так нет? Тебе нужно что-то очень важное обсудить? Да что может быть важнее меня?! Всё, я обиделся! Нечего было заводить питомца, раз тебе интернет важнее живого существа. Такой безответственный. Вот возьму и уйду к новому хозяину. Никуда я, конечно, уходить не собирался. Мне и здесь нравится. Но показать, кто на самом деле в доме хозяин нужно. Чтоб не расслаблялся. Обиженно прижимаю уши и, понуро волоча хвост, ухожу в прихожую. Интересно, достаточно ли скорбно я выглядел, гордо удаляясь. Может, стоило ещё жалобно повздыхать? Нет, перегибать тоже не стоит. Посмотрим, насколько у Ванечки хватит терпения висеть в интернете, чувствуя себя предо мной виноватым. Всего пятнадцать минут выдержал. Пришёл с примирительной котлетой. Под ругань возмущённой мамы. Не дело, дескать, так животное баловать! Правда, что ли? Решительно топаю на кухню и, не моргая, смотрю на смущённую маму Вани. И не стыдно ей? Я ж маленький, а она вон какая огромная! Нельзя маленьких обижать. И не давать их баловать тоже. Мама прониклась моментом и выдала мне ещё одну котлету. Теперь и погулять можно! Тем более, что Ванечка давно терпеливо ждёт у двери с поводком в руках. Как хорошо, когда хозяева дрессировке поддаются. Без всякого вмешательства в сознание. Скорчил грустную мордашку, ушки опустил, жалобно так посмотрел — и готово. Всё для тебя сделают. Совершенно добровольно.       Ваня Размеренно вытаптывая снег на маленьком пятачке между перекрещивающихся тропинок, по которым, радостно подпрыгивая и махая хвостом, носился Шазик, я размышлял о произошедшем. И как это у него получается? Вот не хотел же я на улицу идти. Холод, слякоть, снег под ногами, как каша, расползается… То ли дело дома, в тепле. Удобный диванчик, мягкая подушка, планшет с выходом в интернет. Что ещё для счастья надо? Не хотелось даже вставать, не то что в парк тащиться, но Шазик опять настоял на своём. В который раз уже. На редкость упрямая зверушка мне попалась. Всегда добивается желаемого. То гуляй с ним раз по пять в день, то за ушком почеши, то ещё что придумает. И ведь не откажешь! Сколько раз пытался характер показать, призвать к порядку, а всё зря. Строгости у меня не хватает. И у мамы тоже. На меня ругается, что животинку балую, а сама постоянно его чем-нибудь вкусненьким подкармливает. Удивительно, как Шазик до сих пор от такого количества съеденных котлет в шарик не превратился. Даже не вырос за это время нисколько, только чуть округлился — кости не так явно торчат. Иногда мне кажется, что не я его подобрал, а он меня. Контролирует похлеще мамы. От той хоть что-то утаить можно. А этот всегда рядом. Даже в школу меня провожает и ждёт окончания занятий. Так то я не против. Тем более после того, как он меня от Гришки спас. Тот бы меня точно по стенке размазал и уши на память на верёвочку нанизал. А Шазик из кустов выскочил и цапнул его за ногу. Мата было море. И смеху тоже. Гришка всех достать успел, так что над его несчастным видом смеялись от души. А меня после этого даже зауважали, что ли. Они думали, что раз я сам не смог отпор дать, так собаку специально для этого выдрессировал. Выдрессируешь его, как же. Но пусть уж лучше дрессированной собакой считают, чем правду узнают. Хорошо, что никто из них до сих не заметил, как Шазик по деревьям лазит. С тех пор так и повелось: я в школе за партой делаю вид, что учусь, а Шазик на дереве под окном меня караулит. Чтоб не сбежал с уроков? Или чтоб никто не обидел? Наверно, и то, и другое сразу. Ване надоело топтать мокрый снег, и он, свистнув Шазику, повернул в сторону дома. Питомец в несколько прыжков догнал хозяина и затрусил рядом. На сегодня свежего воздуха ему хватило. А завтра? Завтра будет новый день, новые события, новые ссоры и примирения.