Всё началось с фраппучино

      Проблемы не появляются из ниоткуда.       Дерек никогда не отличался дружелюбием. С самого детства он мог преспокойно ударить младшую сестру игрушечной машинкой, тихо испортить папину любимую рубашку и посмотреть на одноклассника, как дядя Питер смотрит на вино из дешевого супермаркета. Может, поэтому у него не было кучи приятелей и девчонок, несмотря на то, что он всегда выступал в первой линии в лакроссе и умел любого заткнуть за пояс. Или же потому, что девчонки его не слишком интересовали, а тихого Бойда и странноватого Айзека вполне хватало для должности лучших друзей.       Однажды он встречался с отличницей-виолончелисткой Пейдж, но после пары свиданий они решили не спешить с любовными приключениями. Дереку было тринадцать, однако через пару лет похожее повторилось с Дженнифер — его не вдохновляли поцелуи со вкусом липкого клубничного блеска для губ и выпуклости в непривычных местах. Походив с ней в кино и кафе, Дерек предложил расстаться уже через месяц.       И вот оно. Дереку девятнадцать, а он девственник.       Конечно, он в курсе, что это нормально — быть нетрадиционной ориентации. Взять того же Дэнни, его коллегу в кафешке. Дерек осознает, что он даже не би-любопытный, а самый что ни на есть гей, однако не спешит «выходить из шкафа». Его устраивают редкие просмотры порно (точнее, гомоэротичных фильмов, как говорит Дэнни), когда Бойд ночует у своей девушки; он может втайне смотреть на симпатичных парней, что приходят за утренним кофе. Просто Дерек еще не нашел того самого, ради которого может поменять свой давно устаканившийся образ жизни.       Так думал Дерек, работая в кафе «У Бобби» в свой свободный год перед колледжем. Поздняя весна и лето протекли лениво и почти не оставили никаких воспоминаний, а с началом учебного года, когда студенты начинают возвращаться к учебе…       Дерек узнал, кто такой Стайлз Стилински.

☾

      — Один карамельный фраппучино с банановым соусом, пожалуйста.       Дерек моргнул. Часы над входом показывали полседьмого утра субботы, и он решительно не мог понять, какому фанату спорта захотелось влить в себя углеводную бомбу. Хотя спортсмены обычно пьют максимум черный кофе, тоже отвратительный на вкус.       — Э-э, чувак, ты там жив?       Дерек со вздохом выпрямился. Не глядя на посетителя — да, в такой безбожно ранний час некоторые правила этикета можно опустить, — отошел к кофе-машине и принялся отмерять порции сливок.       — Ты же понимаешь, что с таким обслуживанием тебе чаевые не светят не только от меня, но и от всех любителей кофе в мире? — насмешливо поинтересовался безымянный парень.       Дерек развернулся, приготовившись натянуть свой самый миролюбивый оскал, и… Всё. Кажется, он, как говорит Кора, присох. Сразу и навечно.       Теплые карие глаза добродушно щурились, и Дереку немедленно захотелось выпить горячего шоколада и закутаться в любимый старенький плед. Нос вздернут, как у лисенка, пухлые губы растянуты в улыбке. Дерек немедленно облизал мальчишку взглядом, отметив россыпь родинок на щеке и острые ключицы, выглядывающие из-под растянутой футболки.       — Чувак… — парень нервно дернулся, — я понимаю, что еще пару часов назад была ночь, но не мог бы ты отдать мне фраппучино?       Дерек поспешно обернулся (еще чуть-чуть, и сливки бы просто вылились из стакана, так что у него все-таки есть чутье бариста, что бы Финсток ни говорил) и поправил сползшие на кончик носа очки. Сзади кашлянули, Дерек потянулся к высокой бутылке с банановым соусом и… конечно же. Банановый соус оказался на полу.       — Твою ма..! — воскликнул Дерек, влажными руками пытаясь поймать юркую бутылку. Та закатилась под столик, так что он пополз к ней, встав на колени.       — Нужна помощь? — раздалось сверху, и в завершение Дерек стукнулся затылком об угол стола.       Мир перед глазами взорвался яркими звездочками, когда чьи-то сильные пальцы обхватили его за плечи и вытащили на свет. Затылок раскалывался от боли, передник был перепачкан банановым соусом, а перед ним сидел самый прекрасный парень в мире и встревожено тянулся к его наверняка покрасневшему лицу.       И это его жизнь.       — Ты в порядке? — парень с сочувствием погладил его по голове, и вся сила воли ушла на то, чтобы не податься за прикосновением. — Я как будто на себя со стороны посмотрел, не поверишь, у меня так каждое утро проходит. Скотт говорит — с координацией проблемы, и даже посоветовал сходить в зоопарк, мол, если жирафы не падают, то я могу у них этому научиться. Но тот, кто рожден падать, стоять не может, да?       Дерек ошеломленно смотрел на выразительно скривившееся лицо.       — Блин, я тут болтаю, а ты травмированный сидишь… — засуетился парень, — давай я тебе кофе сделаю, ты пока посиди. Правда, я только эспрессо умею…       — Не люблю кофе, — Дерек облизал губы, и тот взглядом будто бы отследил это действие.       — И работаешь бариста? Серьезно? — незнакомец закатил глаза и вдруг подпрыгнул: — у меня же тренировка по лакроссу! Меня команда ждет, а я тут…       — Как же кофе? — слабо запротестовал Дерек, поднимаясь. Парень напряженно застыл, словно это и вправду сложное решение;       — Давай с собой. Справишься… — он посмотрел на именной бейджик, — Дерек?       Он выше этого. И не возбудится от того, как мальчик протянул гласные в его имени. Дереку не двенадцать.       — Удачного дня, — вместо этого гордо сказал он, накрыв стаканчик крышкой.       Парень вытащил пятидолларовую бумажку и махнул рукой, показывая, что сдачи не надо. Облизал трубочку, всосал в себя кофе и протяжно простонал от удовольствия. У Дерека явно порозовели уши.       — Хоть ты и не любишь кофе, готовишь его потрясно. Я Стайлз, кстати, — мальчик улыбнулся и попятился к выходу. — Счастливой субботы!       Господи, он один из тех, кто верит в дурацкую игру слов с днями недели. Кора как-то достала всю семью, скандируя поганый понедельник и вечериночный вторник.       Дерек абсолютно точно не влюблен.       — Как, говоришь, его зовут? — Дэнни с маниакальной настойчивостью ходил за ним по пятам, пока они закрывали кафе.       Дерек уже пожалел, что немного рассказал о своем утреннем фиаско и парне, с которым перекинулся парой слов. Потому что обычно он ограничивается названием напитка и дежурной фразой, которая прописана в уставе бариста. Да, он один из тех, кто вечно молчит, но Бойда и Айзека это устраивает.       — Не может быть, что это его настоящее имя, — Дэнни задумчиво свистит. — Может, ты прослушал? Стив, Стэн…       — Его зовут Стайлз. — Коротко отвечает Дерек, подхватывая ключи от машины из запирающегося шкафчика, — наверняка он больше не придет, так что не заморачивайся.

☾

      — Латте с банановым соусом, пожалуйста! — раздается по всему кафе.       — Я боюсь представить, во сколько ты просыпаешься по будням, — делано ворчит Дерек, пока рассматривает растрепанного мальчика.       — Не поверишь, сегодня я бездельничаю, — Стайлз широко зевает, его губы размыкаются, показывая острые зубки… и Дерек не будет об этом думать. — У Скотта поездка к родителям Эллисон, им пришлось встать пораньше и укатить в рассвет.       — Скотт — это?..       — Мой лучший друг и бро навечно, а Эллисон — его невеста. Мы с ним с пеленок знакомы, но кудряшки и ямочки его привлекают больше, — Стайлз растекается по барной стойке и наблюдает за созданием кофе.       Дерек не знает, как поддержать разговор. Ему никогда раньше не нравился кто-то настолько сильно, что он был готов вести бессмысленные беседы и впустую тратить время, он не очень подкован во флирте и намеках. Господи, у него трехдневная щетина и очки, а Стайлз в белой футболке с капитаном Америкой и следом подушки на левой щеке. У Дерека ни единого шанса.       — Ты снова в астрале? — Стайлз не уходит в этот раз, выбирая сидеть на крутящемся стуле и разглядывать обстановку в кафе. У Финстока своеобразный юмор, так что на каждом столике есть коробка с соевым соусом и деревянными палочками. В кафе.       Дерек расставляет сахарницы, слушая болтовню Стайлза. Теперь он в курсе, что фамилия парня Стилински, приехал тот из маленького городка на юге страны и его настоящее имя знают только отец и Скотт (Чувак, этим именем можно призвать всадников Апокалипсиса!). Дереку хочется, чтобы его тоже включили в этот небольшой список избранных.       Но это Дерек Хейл — тот самый, которому не везет за пределами Скайрима и собственной спальни. Едва он присаживается рядом со Стайлзом, двери кафетерия распахиваются, являя надушенного и сверкающего Дэнни-чтоб-его-Махилани, разодетого как на свидание. Глаза новоприбывшего мечутся между ними, пока тот не проходит широким шагом к Дереку.       — Неужели наш хмуроволк не сожрал раннюю пташку? — Дэнни опирается и плечо Дерека и — тот уверен — сканирует Стайлза рентгеновским взглядом.       — Хмуроволк? –чуть сдвигает брови Стайлз. Даже это получается очаровательно.       — Посмотрел бы ты на него к полуночи, когда у нас ночные смены! — Махилани кокетливо смеется, — настоящий дикий волк, хотя некоторым клиенткам нравится легкая небритость.       — Ага…       Теперь внимание Стайлза поглощено Дэнни, и, если честно, Дерек его не винит. Такому человеку, как Стилински, нужен кто-то веселый и легкий, с кем можно подурачиться после колледжа или тискаться на вечеринке. Еще два дня назад Дерек даже не представлял, что встретит любовь всей своей жизни и будет вынужден отдать ее другому отличному парню.       Так что он, сжав кулаки, поднимается на ноги и идет на свое рабочее место. Стайлз тоже встает и прихватывает стаканчик с кофе, по-прежнему с прищуром глядя на Дэнни.       — Удачного дня! — щебечет Махилани.       После спешного ухода клиента тот пытается начать с Дереком разговор, но — нет. Просто нет. Дерек готов пожертвовать своим счастьем ради Стайлза, но говорить с Дэнни он пока не может.       — Социопат, — в итоге шипит коллега, и до конца рабочей смены Дерека не трогают.

☾

      Раньше Дерек не мог сказать, что у него скучная и посредственная жизнь. Он бы даже искренне посмеялся над тем, кто подумал так, пока в среду не поймал себя на мысли, что стремится в кафе пораньше и заканчивает одним из последних. Клиентов было все больше, кто-то даже пытался заигрывать с ним, а симпатичная Кейт оставила ему номер мобильного.       Стайлз не приходил. С утра воскресенья Дерек с ним больше не пересекался, хотя по вторникам у него двойная смена и он ходит через университетскую дорогу. Дэнни по-прежнему ворковал с официантами, но Дерек не спешил спрашивать, сходили ли они со Стайлзом в кино и не от него ли у Махилани внушительный засос. В конце концов, может, Дерек просто мнительный и немного не приспособленный к жизни с людьми хмуроволк.       Одного он не учел. То, что Стайлз оказался натуралом, просто выбило его из колеи.       — Один фраппучино, один латте на диетическом молоке без сахара.       Шикарная рыжеволосая девушка на высоченных каблуках раздраженно постукивала наманикюренным коготком рядом с кассой, и ее взгляд обещал Дереку все муки ада, если заказ сделают не за минуту. Стилински, зашедший с ней под ручку, тем временем занял свободный столик в углу и разложил на нем тетрадки.       — Я… — Дерек уставился на кофе-машину, не в силах двинуть рукой от внезапной гетеросексуальности Стайлза. К счастью, положение спас Дэнни.       — Простите, он у нас иногда перезагружается, — он обезоруживающе улыбнулся рыжей мегере. — С чем Вы желаете фраппучино, мадам? Давай, а ты делаешь латте.       Иногда Дерек сомневается, что Махилани гей.       — Не знаю, без разницы. Давайте с сахаром. — Девушка закатила глаза и демонстративно глянула на часы. И что только Стайлз нашел в этом комке завышенной самооценки?       — Карамельный фраппучино, и добавь банановый сироп, — тихо сказал Дерек, поправив очки. Дэнни с удивлением покосился в его сторону, но послушно пошел к топпингам.       Едва рыжая опустилась напротив Стайлза, они начали яростно перешептываться — возможно, Дерек немного наблюдал за ними, пока протирал стекло над десертами. Стилински пригубил фраппучино и удивленно спросил что-то у Мадам — та покачала головой и указала подбородком в сторону кассы. Но, когда Стайлз начал поворачиваться, перед глазами Дерека замаячил Дэнни.       — Ты в порядке? — обеспокоено спросил он. — Тормозишь даже больше, чем обычно.       — Спасибо, — недовольно сказал Дерек. — Просто мне все надоело и хочется уехать в Алабаму к дяде. Пройдет, когда посплю больше четырех часов.       — Хейл, ты заебал! — довольно громко заявил Дэнни, несмотря на нескольких клиентов. — Хотя именно это тебе и надо — поебаться, как человеку. И не смотри так — сам знаешь, что я прав…       От столика Стайлза и Мадам послышался сбившийся кашель. Обернувшись, Дерек успел увидеть лишь мелькнувшие рыжие волосы и заалевшие уши рядом с россыпью родинок, пока не закрылась дверь. Уже не стесняясь Дэнни, он громко стукнулся головой о шкафчик с топпингами.

☾

      Возможно, так и должно быть. Может, Стайлз и Мадам до безумия втрескались друг в друга и теперь их за уши не оттянешь, и они планируют снимать квартирку рядом с их университетом. И каждый вечер занимаются страстным сексом на всех горизонтальных поверхностях.       Дерек немного завис, растеряно представляя, как рыжие волосы падают Стайлзу на лицо, в рот, закрывают нос, и он хрипит, пытаясь вдохнуть, а девушка тем временем опирается ему на грудь и выбивает из легких весь воздух…       — Это уже настораживает! — пробилось через легкий сизый туман. Дерек крупно вздрогнул, когда в опасной от него близости замаячили огромные глаза.       — Стайлз, — глупо сказал он. Глаза моргнули, и длинные ресницы на секунду отбросили тени на пухлые щеки. Дерек так влип.       — Знаешь, ты и правда хмуроволк… — Стилински задумчиво оперся кулаком о подбородок. — Стоишь, как скала, будто в Нирвану ушел.       Шесть тридцать утра. Кажется, это становится константой для Дерека.       — А у нас до конца недели пары отменили, прикинь. Теперь и ходить некуда, у Скотта с Эллисон брачные игры, Лидия с Джексоном…       — Ты что-нибудь будешь? — вырвалось у Дерека. Стайлз замолчал на полуслове, забавно раскрыв рот, и начал медленно покрываться румянцем.       — Чай, пожалуйста. Черный.       Ему неинтересно, с чего это парень изменил любимому кофеину, ясно? Это не его дело. Чувствуя, как внутри что-то болезненно сжимается, Дерек повернулся спиной к стойке и всю минуту в тишине наливал чай в стаканчик. Не пролив ни капли, он поставил чай на прилавок и отдал сдачу.       — Удачного дня.       — Дерек!       Он остановился, недоуменно нахмурившись, и вернулся к стойке. Стайлз с обидой смотрел на него, его влажные глаза сузились, и Дереку вдруг стало неуютно.       — Я тебя чем-то обидел? — обвиняюще ткнул пальцем Стайлз, — потому что я этого не помню. Для справки — это ты ведешь себя как говнюк, пока я пытаюсь найти общие темы для разговора и привлечь к себе внимание!       — Я… Внимание? — переспросил Дерек, уставившись на указательный палец Стилински, застывший перед его грудью.       — Да все в этом кафе поняли, что я на тебя запал! — Стайлз, покраснев, сжал пластиковый стаканчик, — если тебя это не интересует, мог бы сказать сразу, а не…       Дерек стоял, чувствуя, как под дурацкой форменной рубашкой по позвоночнику стекает капелька пота. Даже очки будто запотели, но лицо Стайлза он видел по-прежнему четко. Значит, у него галлюцинации? Вдруг он сейчас лежит дома в лихорадке, а Бойд бегает вокруг него с жаропонижающим и градусником?       — Дерек! — Стайлз ткнул пальцем ему в грудь, и крошечный укол боли дал понять, что происходящее что ни на есть реально.       — Подожди, а как же та Мадам, с которой ты приходил?       — Мадам? — брови Стилински поползли вверх, — ты про Лидию, что ли? Я же сказал, что она с Джексоном.       — То есть вы не?..       Стайлз звонко сделал фейспалм и сдавленно засмеялся:       — Я упросил ее прийти со мной, чтобы она сказала, встречаешься ты с Дэнни или нет. Лидия в этом разбирается, поверь. Да и моя любовь к ней прошла еще в тринадцать, когда я понял, что у девочек нет кое-чего, что мне нравится… — он смущенно кашлянул.       — Но… Я думал, ты запал на Дэнни! — Дерека упорно преследовало ощущение, что он чего-то не понимает.       — С тобой и правда трудно, хмуроволк, — Стилински медленно направился к проходу между стойкой. — Этот пид…парень, я имею в виду, так к тебе лип, что я подумал… Вдруг ты уже занят.       Стайлз встал прямо напротив Дерека, отводя взгляд. В неярком свете ламп родинки казались крошками от шоколадного печенья, а в карих глаз блестели янтарные отсветы.       — Вот же черт возьми, — сказал Дерек, мастер по разрушению подобных моментов.       Мальчик отшатнулся, на его лице промелькнула гримаса боли. Он неловко стукнулся коленкой о выпирающий сейф и попытался протиснуться из крохотного закутка бариста, приговаривая:       — Прости, я просто думал, ты… Что ты тоже…       Тут Дерек, поражаясь себе, схватил его за талию и развернул, переграждая выход. В голове осталась только необходимость объясниться со Стайлзом и не испортить то, у чего вполне могло быть продолжение.       — Я тоже! — сбивчиво проговорил он. — Я влюблен в тебя с того дня, как ты разбудил меня в полседьмого и заказал фраппучино. Ты такой прекрасный, что я не могу не думать о тебе, и я не умею говорить красиво, так что…       Стайлз вовремя закрыл ему рот ладонью, иначе Дерек непременно выболтал бы, что однажды ночью кончил семь раз от одного только воспоминания о широком улыбчивом рте. Вечно растрепанные волосы, казалось, встали дыбом, а сам Стайлз вцепился ему в рубашку одной рукой, второй поглаживая небритую щеку.       — Какой же ты… — выдохнул он и, дернув Дерека на себя, впился в него поцелуем.       То, как Стилински принялся методично вылизывать его рот, наверняка свело Дерека с ума. Он приподнял парня, обхватив за подтянутые ягодицы — длинные ноги мгновенно обернулись вокруг его талии, — и с негромким рыком прикусил того за пухлую нижнюю губу. Стайлз мгновенно двинул бедрами, проехавшись своим стояком по дерекову, и протяжно застонал, выпалив:       — Нам срочно нужна кладовка. Или подвал, шкаф тоже подойдет…       — Кладовка, — проурчал Дерек, наконец-то проходясь языком по бьющейся на длинной шее жилке. Стайлз хныкнул и притерся к нему сильнее, пока он на ощупь искал за спиной дверь.       В небольшом помещении работала только одна флуоресцентная лампочка, время от времени позвякивая и затухая. Дерек усадил Стайлза на письменный стол, заваленный коробками, и вернулся к распухшим ярким губам со вкусом черного чая и мороженого, чувствуя, как парень выпрастывает его рубашку и проводит ногтями по спине. Впрочем, скоро Стилински чуть отодвинулся, глядя виновато.       — Дерек, я…       У того екнуло сердце, потому что если сейчас окажется, что Стайлз просто ошибся, то Дерек умрет на месте. Но Стайлз, видимо, углядел что-то в его лице, так как прижался обратно, щекоча дыханием плечо под расстегнутой рубашкой;       — Нет, я просто хотел сказать, что… Короче, у меня никого не было, и если ты не против, давай перенесем запланированный потрясающий секс в более удобное место? — щеки у него по цвету напоминали помидор, и до Дерека не сразу дошло сказанное.       — У меня тоже, так что я за. — Стайлз оторвался от него, неверящим взглядом оглядев с ног до головы.       — У тебя? Шутишь? Ты ведь…       Дерек закатил глаза:       — Давай, скажи это.       Стилински же покраснел еще больше, если такое возможно, и спрятал лицо у него на сгибе шеи. И двинул тазом.       — Блять, я и подумать не мог, что меня это так возбудит, — вполголоса пожаловался он. — Ты такой горячий, я был уверен, что ты и не заметишь меня…       Дерек в знак протеста потерся о него, и у обоих вырвался сдавленный стон. А Стайлз, похоже, вошел во вкус: обхватил его ногами и облокотился о стену, укладывая Дерека на себя.       — В следующий раз ты меня трахнешь, — пообещал он, — и я тебя. Я- Ты не представляешь, что я тебе сделаю.       У Дерека голова шла кругом, он мог только покусывать заостренное ушко и толкаться навстречу, сжимая сильные бедра. Слова ядом просачивались прямо в мозг: он не мог не представлять того, о чем как в бреду бормочет его мальчик. И осознание, что Стайлз хочет то же, что и Дерек, сносило крышу.       — Так сильно хочу тебе отсосать, Дерек, у тебя… Такой большой, блять, — у Стайлза перехватило дыхание, когда он на секунду сжал член Дерека сквозь брюки. — А ты в это время отсосешь мне, и… Я вылижу тебя, а потом буду долго трахать языком, так, что ты не сможешь пошевелиться…       — Блять… — уже на грани прорычал Дерек, толкнувшись еще раз. Член прошелся по шву, рядом охнул Стайлз, вжавшись в него плотнее, укусив за подбородок. Дерек уткнулся носом во влажную кожу и бурно кончил, стараясь оставить на его шее как можно более заметный засос.       Через минуту Стайлз принялся легонько целовать его, будто будил поутру. Дерек ответно прижался к нему губами, ощущая, как мокро в брюках. Стилински светился, как солнышко, и норовил потереться щекой о щетину.       — Нужно было еще тогда подойти и поцеловать тебя, — нарочито разочаровано забубнил он.       — Стайлз… — Дерек заткнул его коротким поцелуем, — теперь ты не отвертишься от нормальных свиданий.       — Правда? — тот оживился, — ну, в кафе мы уже были. Кино, вино и домино — само собой, я дама приличная! — и захлопал глазками, одновременно ухмыляясь, как койот.       Не успел Дерек ответить, как снаружи послышалось знакомое бормотание. Момент — и дверь в кладовку распахнулась. Дэнни, подслеповато прищурившись, оглядывал их с любопытством первооткрывателя.       — Вау, Дерек. Ты оставил кафе без присмотра, чтобы потрахаться? Ты болен? — наклонившись вправо, он рассмотрел Стайлза. — А это же…       — Он странный, — заявил Стилински, обняв Дерека поперек талии. Дерек и Дэнни синхронно закатили глаза.       — Я ранен в самое сердце, — сообщил Махилани. — У вас десять минут, так и быть. Не сожри его, хмуроволк!       И быстро захлопнул за собой дверь. Мудак.       — Знаешь, мне нравится — хмуроволк, — улыбнулся Стайлз, ткнувшись Дереку носом в щеку.       — А мне нравишься ты, — почти неслышно сказал Дерек. И когда в ответ получил поцелуй и счастливый вздох, понял, что пусть раньше и считал такие слова слишком приторными и неестественными, все равно готов говорить их всю оставшуюся жизнь.       Спойлер: так и получилось.