Я иду вперёд, и в моих руках ножи.

POV Violet Когда я выхожу из самолёта в Лос-Анджелесе, идёт дождь. Мир серый, и я чувствую как истерически смеюсь. Кажется, будто дождь следует за мной повсюду. Пока я жду багаж, посылаю два сообщения с текстом «Удачно приземлился», — своей маме и Фейм. Я размышляю над тем, отправить ли сообщение Перл, но, опять же, почему бы ему самому не потрудиться, чтобы узнать. Он наверное с Джейком и остальной их компанией. Может быть позже. Я хватаю свой багаж и направляюсь в кафе при аэропорте. Достаю свой ноутбук, подключаю наушники и удобно устраиваюсь в кресле с чашкой кофе. Ещё три часа до прибытия Макса. Через час я получаю сообщение. From: Pearl To: Violet Ты удачно приземлился? Почему не написал мне? Ладно, это мило, что он беспокоится обо мне, но в последнее время уж слишком. Прежде чем уехать, я хотел спросить его об этом, но передумал. Я понимаю, что мне нужно поговорить с Перл, но я не хочу даже думать об этом сейчас. From: Violet To: Pearl Думал, ты занят. Я в порядке :) From: Pearl To: Violet Рад слышать это. Надеюсь, ты хорошо проведёшь время. К счастью, сообщений больше нет, так что я просто считаю секунды до прибытия самолёта Макса. Я пытаюсь съесть кусочек чизкейка, который купил, но мой живот тяжелеет и наполняется порхающими бабочками, так что я сдаюсь и иду в зону ожидания. Мы не видели друг друга долгое время, я достаю зеркало, чтобы проверить свой вид. Зубы — чистые. Лицо — в порядке. Волосы тоже. Почему я вообще так беспокоюсь об этом? Это просто Макс, говорю я себе. Но это не просто Макс, когда я вижу его: высокого и ошеломляющего, в чёрном кардигане. Это моя точка отсчета, моя гравитация, моя опора. Я смеюсь, как придурок, когда мы обнимаемся, а губы Макса прислоняются к моему уху, вместо моей щеки, но он обнимает меня в ответ, от него так приятно пахнет, и я вдруг в порядке, я чувствую себя лучше, чем когда бы то ни было - в безопасности. — Привет, принцесса, — произносит он, — я скучал по тебе. А ты? — Даже не представляешь как. * POV Max Я не отпущу Джейсона. С тех пор как я взял его руку в такси по пути к отелю, я так и продолжаю держать её. В какой-то момент он гладит мои пальцы своими, и это так хорошо, что я почти задыхаюсь. Я определённо должен успокоиться. Раньше у меня были серьёзные отношения, которые поначалу были удивительными, а затем просто ужасными. Это очень отличается от того, что сейчас я чувствую к Вайолет. Я знаю, моё сердце сделало неправильный выбор. Оно выбрало человека со свободным духом, неумолимой энергией, того, кто постоянно убегает от чего-то, кого очень сложно сделать домашним. Но в то же время, оно выбрало этого человека, который вот-вот уснёт, его голова лежит на моей руке, человека, который расходится с теплотой, честностью и добрыми намерениями. Кто-то такой сложный и загадочный, такой притягивающий. Раньше я пытался приручить волка. Теперь я приручаю пантеру. — Макс, Макс, посмотри, — говорит Джейсон, указывая на отель, к которому мы приближаемся. Улица заблокирована полицейскими и пожарными машинами, на тротуаре собралась группа людей. — Что происходит? Я прошу водителя такси подождать нас. Мы с Джейсоном покидаем машину. Когда мы пытаемся приблизиться к отелю, нас останавливает полицейский. — Извините, но никому сюда нельзя. На одном из верхних этажей пожар. Ну, вот и наш ночлег. — О, отлично, — говорит Джейсон, — можем ли мы позвонить им? Спросить, смогут ли они забронировать нам что-то ещё и как можно скорее. Или нам самим искать? Шанс, который я не ожидал получить, падает прямо к моим ногам. Я воспользуюсь им. — Как насчёт чего-то ещё? У меня есть другая идея. Джейсон улыбается этой сомнительно-подозрительной улыбкой. — Я только за. Что у тебя на уме? — Я скажу тебе в машине, хорошо? Наши руки все ещё переплетены вместе. * — В прошлый раз, когда ты готовил для меня, это было намного менее успешно. — Что я могу сказать, я научился. Я научился этому ради тебя, только ради тебя. — Очень вкусно, мне нравится. Мы сидим на полу почти пустой квартиры, принадлежащей моему старому приятелю. Сейчас он живет со своим парнем, почти никогда не бывая здесь. Я приготовил макароны с томатным соусом и моцареллой, купил вино в ближайшем супермаркете. Огонь потрескивает в камине, Джейсон сидит передо мной: расслабленный и веселый, улыбка играет на его губах. Это наша голливудская ночь, и я рад, что отель горит. Завтра мы отправимся в Лос-Анджелес, послезавтра в Риверсайд, затем в Сан-Диего. Это почти неделя с Вайолет, Вайолет на сцене со мной, неделя чтобы показать Джейсону, какого обращения к себе он заслуживает. Он наклоняется ближе ко мне, берет меня за руку и смеётся над какой-то историей, в которой участвуют Леди Банни и Милк, я смотрю ему в глаза и знаю, что побеждаю. Я выигрываю. * Вещь, о которой я сожалею это то, что в квартире есть только один надувной матрас. Нет ни кровати, ни дивана, ни кресел. Просто матрас, который я надул и покрыл простыней. Конечно, здесь есть одно одеяло и две подушки, но они не особо чистые. Джейсон тоже смеётся над этим. Он выходит из ванной в пижамных штанах, вытирая волосы полотенцем, и восхищается усилиями, что я приложил для того, чтобы сделать это место более менее терпимым для ночёвки. — Мне очень жаль, милый, но боюсь, это лучшее, что я могу сделать. — По крайней мере, здесь не холодно. В квартире Перл всегда холодно. Пледы, одеяла, не важно, все равно холодно. Я ничего не говорю об этом. Мэтт — отличный парень, но... Холодная квартира, холодный воздух, холодное сердце. — Черт, я очень хочу спать. Я устал, Макс. Давай спать. Мы идём спать. Ну, мы стараемся. Поскольку, как только мы оказываемся под одним одеялом, Джейсон глубоко вздыхает, а затем мучительно-медленно выдыхает, цепляясь за меня так же, как в аэропорте. — Ты в порядке? Хочешь поговорить? — спрашиваю я. — Да. Нет. То есть, иногда я так чертовски сильно устаю. Это великолепно и все такое, но я измучен. Я даже не помню, как выглядит моя комната. Последний раз, я виделся с мамой, когда был в Портленде, по каким-то делам. — Ты очень много работаешь, я знаю. Даже слишком много, если честно. Может быть, тебе нужно отдохнуть? — Я не могу. Это было бы неблагодарно с моей стороны. Мне предоставили возможность сделать что-то большое и важное, а я подумываю о перерыве. Черт возьми, нет, Макс. — Ты слишком нагружаешь себя. Не похоже, что все забудут о тебе, если ты возьмёшь недельный перерыв в Атланте, верно? Даже суперзвездам нужно время, чтобы позаботиться о себе самих. — Может быть, ты прав. Может, мне следует поехать домой после Калифорнии. Мне нужно отменить только одно шоу, чтобы освободить неделю. — Я говорю тебе, это вполне возможно. Теперь он успокоился и обнимает мое тело в темноте комнаты. Я мягко провожу пальцами по его волосам. Они пахнут кокосом. — Почему ты всегда видишь полную картину происходящего, Макс? — Не волнуйся, это только когда дело касается других людей. Я никогда не смогу увидеть собственную. Джейсон двигается. Мы уже чертовски близки, но он притягивает мою футболку, делая меня ещё ближе к себе, и накрывает мои губы своими. Нет никаких сомнений и трясущихся рук, только мы двое, моя ладонь на его бёдрах, его пальцы в моих волосах, наши губы двигаются вместе. В конце концов, все так, как и должно быть. Я так счастлив, что хочу кричать или петь об этом. Он на удивление нежен, на вкус как мятная зубная паста, с намеком на вино. Джейсон отстраняется, все ещё держа мою футболку. — Ты понятия не имеешь, как я рад, что ты здесь. Спасибо тебе за все. — Нет, это я рад, что ты здесь. И я никуда не исчезну, так что да. Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе сказку перед сном, принцесса? — Да, пожалуйста. — Давным-давно, я все ещё помню как эта музыка заставила меня улыбаться… Я не могу спать ещё час. Мой разум все ещё пытается осознать то, что мой первый поцелуй с Вайолет стал реальностью. Я слушаю медленное дыхание Джейсона, и, наконец, засыпаю сам. * POV Violet Я не понимаю любви. Не думаю, что когда-либо понимал. Я люблю мою маму. Когда я был ребёнком, у нас была кошка, её я тоже любил. У меня есть друзья, которые бросают «люблю» в повседневной жизни, и всегда это относится к другим людям. Это я понимаю. Я ничего не знаю о романтической любви. Об этом чувстве, когда ты застываешь, как вкопанный, когда смотришь на определённого человека. Чувство, которое не позволяет тебе спать, есть и нормально дышать, которое убеждает тебя в том, что все в порядке, ты можешь жить только одной любовью. Что это абсолютно все, что тебе нужно. Романтика всегда казалась мне смешной. Это была ненужная прелюдия к сексу. Это казалось бессмысленным. Зачем романтика, если ты можешь сразу перейти к нужному этапу. А на следующий день собрать свою одежду, закрыть за собой дверь и уйти. Я понятия не имел, что у меня была романтика, пока не было вина, макарон и Макса на полу пустой комнаты. Я понятия не имел, что за мной ухаживают. Я был слеп. Я держу руку Макса в своей, лёжа на надувном матрасе, и все ещё не понимаю романтики, но по крайней мере, сейчас я осознаю хоть что-то. * POV Pearl Я привёл какого-то паренька домой и трахаю его. Я вспоминаю его имя. Люк. Красивое имя. Мое имя хорошо звучит на его губах, когда я заставляю его кричать. И после, моё дрэг-имя слетает с его губ. Конечно, очередной охотник на звёзд. Я представляю вместо его волос другие - темные, длинные, кудрявые и непослушные. Представляю его губы более пухлыми, пальцы — более мягкими, тело — более хрупким. Я заставляю его царапать мою спину. Посередине ночи, или, может быть, уже под утро, я наконец выпроваживаю его и сижу на холодном полу в моей ванной. Окрашивая плитку кровью из ран на спине. Пытаюсь дотянуться до них влажной тряпкой. Безуспешно. Принимаю холодный душ, смывая кровь, надеваю очередную чёрную кофту, ложусь в кровать и плачу, пока не провалюсь в сон.