Прогрессирующая шизофрения

      Домой Кэтрин направилась не сразу, сделав крюк до Порт-Анжелеса, где попила крови местных алкоголиков и мелких преступников. Однако девушка успела до прибытия отца. Она уже приняла душ и переоделась в чистую одежду, когда послышалось быстрое сердцебиение Чарли. Отбросив фен, Кэт спустилась вниз, гадая чем вызвано волнение отца. — Привет, пап! — Кэт потянулась поцеловать его в щеку, но мужчина вздрогнул и неестественно замер. Девушка отступила назад. — Что-то случилось? Ты ранен? — она внимательно осмотрела отца, но заметила только бинт на той самой руке. — Привет, — слишком ровно ответил мужчина. — Все нормально, пустяк, — Чарли покрутил рукой, рассматривая ее.       Повисло молчание. Кэтрин не могла понять, что происходит с отцом. — Я спросил у Гарри про «добрых вампиров», — Кэт подавила дрожь, никак не реагируя на слова отца. — Он начал ругаться, а потом почти выкрикнул: «Спроси у дочери, какие бывают «добрые» вампиры, если не веришь мне!».       Чарли смотрел на дочь и не мог понять, что кроется за ее застывшем маской лицом. Кэтрин же думала. Квилет почти выдал Калленов, хотя у них договор о молчании. Он выдал то, что она знает о вампирах. Хорошо еще, что он не знает, что сама Кэтрин вампир. — Судя по твоему молчанию, о вампирах ты знаешь, — вздохнул мужчина. — Твой Гарри почти нарушил договор, — вздохнула Кэт, проходя на кухню.       Успокоившийся Чарли вошел следом. — Что это значит? — нахмурился он. — Это значит, что Квилеты не говорят о вампирах, а вампиры не говорят о Квилетах, — фыркнула Кэт, осознавая, что поступает как Гарри. — Я не понимаю! — воскликнул Чарли. — На свете есть не только вампиры, но и… Квилеты. О них пусть тебе расскажет сам Гарри, можешь спросить у Билли, он тоже в курсе. Я уподобляться им не буду. Однако могу сказать, что вампиры и Квилеты — враги. Они ненавидят друг друга. Есть за что, раньше вампиры всегда убивали людей. Потом только появились «добрые вампиры», однако ненависть Квилетов не исчезла.       Кэтрин замолчала, не зная, что сказать еще. Ей не хотелось предавать Калленов. — Каллены, они вампиры, — вдруг произнес Чарли. — Они не убивают людей, однако тебе нельзя показать, что ты знаешь о них! — чувствуя отчаянье, произнесла Кэт, схватив отца за руку. — Почему? — Единственный и непреложный закон вампирского мира, не оставлять в живых тех, кто знает тайну. Либо смерть, либо превращение. — А ты? — нахмурился мужчина. — Я сама разгадала их тайну, и была влюблена в Эдварда. Но он бросил меня, посчитав, что спасает так меня от их мира. — Но ты же все равно знаешь о них, — настаивал на своем Чарли. — Законники вампиров не знают об этом. А вампиры не знают о том, кто я… — Кэт прикусила губу. — И кто же ты? — спросил мужчина, однако его мысли, кажется, уже нашли ответ. — Я тоже… вампир, но другого вида, — выдохнула Кэт, садясь чуть поодаль от отца. В сердце кольнуло. — Это была ты, ты спасла меня сегодня, — сам себе произнес Чарли. — Я. Я весь день переживала, меня не покидали плохие ощущения… Я позвонила… — Квилетам, — подсказал мужчина. — Да, попросила их приглядеть за тобой. Хорошо, я не стала сильно надеяться на них.       Чарли задумался. — Ни вампиры, ни Квилеты не знают о тебе, я прав? — Да, я сильно отличаюсь от классических здешних вампиров. Заподозри Квилеты о моей сущности, за мной была бы уже охота. У них договор с Калленами, но не со мной. — Ты пила кровь людей? — спросил вдруг мужчина. — Да, без нее я очень ослабну. В конце концов или сорвусь или умру. — В округе нет ни одного сообщения об обескровленных телах, кроме Сиэтла. — Я не убиваю, лишь беру минимум, а в Сиэтле что-то происходит. Одна вампирша хочет отомстить Калленам, — про себя в качестве цели, Кэт промолчала, — вероятно, она собирает себе помощников. — Почему ты ответила на все мои вопросы, хотя могла и соврать? — вдруг спросил Чарли. — Ты — мой отец, я не хочу тебе врать. Да и знания могут тебя спасти однажды, — вздохнула Кэтрин, понимая, что больше вопросов о вампирах не будет.       Гадая, как теперь будет жить, девушка направилась к себе. — Белла, — отец поймал ее за руку.       Девушка удивленно обернулась и тут же оказалась в горячих объятиях отца. — Спасибо, что спасла меня, что доверилась. Кем бы ты ни была, ты все равно останешься моей любимой дочуркой.       Кэт всхлипнула. Она почувствовала, как тяжесть с груди уходит вместе с солеными каплями слез.