Пари со скуки

Все замерли. Взгляды Глена, Шиньи, Лакуса, Рене и Гоши были устремлены на Микаэля, слушающего последние слова напутствия священника, понурив голову. Лишь один вопрос неизменно вертелся в голове у каждого — что все это значит? Один только Батори со вздохом хлопнул себя по лицу. Он был удивлен ответом Мики, однако не так сильно, как остальные, ибо проведя с Шиндо так много времени бок о бок и наблюдая за его состоянием, усугубляющимся с каждым днём, он был готов к какому-нибудь неожиданному повороту, а потому шокирующей новостью это для него не стало. Микаэль стоял перед алтарем, точно в другой реальности. Собственный ответ, сразил его сродни молнии и теперь он застыл на месте, не слыша перешептываний друзей, даже не чувствуя, как его толкают в бок, дабы он опомнился. Пораженные парни, затаив дыхание, ждали когда Мика, наконец, скажет правду и остановит бредовое происходящее, однако тот ничего не делал, даже когда их официально объявили мужем и женой и по правилам они должны были совершить свой первый узаконенный поцелуй. — Что он задумал? — хмуро прошептал Шинья, глядя как Микаэль безропотно позволяет себя обнять и поцеловать его другу, с наслаждением впившемуся в его губы. — Чертовщина какая-то. Что он себе думает? — вполголоса проговорил Ичиносе. — Это не входило в планы. После завершения церемонии «молодожены», обернулись к друзьям. Сияющий Юичиро с непониманием поглядел на их вытянутые от удивления лица. Почему они замерли и молчат? Смотрят на них, как будто перед ними не он с женой, а два инопланетянина. Вообще-то, как нормальные друзья могли бы и поздравить. — Мика, что это значит? — тем временем прошипел на ухо другу Батори. — Ты рехнулся? Прекращай все немедленно. Ты в своем уме? Говори немедленно, что отказываешься. Но Мика его не слышал и уж тем более ничего не стал делать. С Амане под руку он вышел из храма по красной дорожке, будучи словно в тумане. Он не мог ничего ответить Фериду, так как ему нечего было отвечать, он не знал, почему сделал это. До последнего, слова отказа вертелись на языке, однако в ответственный момент сработал какой-то незримый переключатель, вынудивший его дать согласие. В один миг он понял, что не сможет сказать ему «нет» и это осознание застило все прочие логические доводы, временно помутив рассудок несчастного парня. Вместе с Юу они вышли на порог. Ликующая толпа зевак зааплодировала свежеиспеченной семейной паре. — А теперь нас ждет скромный банкет, — со счастливой улыбкой проговорил Юу, переводя взгляд с толпы на жену. — Нет, — Мика отрицательно качнул головой. Понимание происходящего было где-то далеко в его подсознании, все действия были чисто на автомате. — В чем дело? — парень с непониманием взглянул на жену. — Нет, не могу, — Шиндо зажмурился. — Хочешь сразу домой? — мягко осведомился Юу. — Поскорее, — простонал Мика. — Хорошо, как скажешь, — поразмыслив, согласился Юичиро и сам уже рвущийся в уютный уголок, где можно побыть с ней наедине. Тем более, выйдя следом, товарищи не спешили тянуть его в ближайшее заведение. Все стояли, как столбы, и по-прежнему с удивлением глазели на них, без тени ожидаемых улыбок. — Ребят, — Юу обратился к парням. — Простите, но мы пожалуй никуда не поедем. Все уже заказано, место вы знаете. Если хотите, можете поехать отпраздновать сами, а мы с Микой поедем домой. — Юу, — единственное, что выжал из себя Глен, сделав шаг вперед. Но слова стали колом в горле. Остальные и подавно не могли ничего путного из себя выдавить, они просто ожидали, что будет дальше, ведь завязывалось нечто нестандартное и неожиданное. — Еще раз простите нас. Увидимся завтра, — усмехнулся Юичиро. — Мика, — он взглянул на девушку, которая подняла на него испуганный взгляд. — Букет. — Да, — растерянно пробормотал Шиндо и, взглянув на белые розы, подбросил их в воздух, даже не глядя, куда он упадет, а затем поторопился спуститься вниз, чтобы поскорее очутиться в такси. Юичиро только и успел хмыкнуть, узрев краем глаза, что букет Микаэлы оказался в руках Шиньи и Ферида, которые увидев, что он летит в их сторону, одновременно вытянули руки. — Мика, постой. Куда ты так спешишь? — Юу захотел было приостановить, рвущуюся к стоянке девушку, но та неслась очертя голову. — Мика, — Юу не мог сдержать улыбки. «Куда она так торопится?» Забравшись на заднее сидение такси, в котором они с Батори прибыли сюда, Мика в ужасе от того, что происходит, отвернулся к окну, не в силах взглянуть на брюнета и что, самое ужасное, начать говорить. «Нет, не сейчас. Не здесь. Пусть это случится в другом месте, но, только не тут. Они должны быть наедине. Он все ему объяснит, но только пусть все уляжется в голове. Они приедут домой и он все ему объяснит». Крутились мысли в голове, пока они ехали по городу в специально снятый ими накануне номер в отеле. — Мика, — Шиндо содрогнулся, ощутив Юичиро совсем близко. — Это самый волнительный день в моей жизни. Я ужасно рад, что это произошло и теперь мы будем вместе. — Приобняв Мику, он шептал ему на ухо эти слова, опаляя своим дыханием кожу. — Я очень надеюсь, что ты испытываешь то же самое. — Юу, пожалуйста, — Мика отвернулся к окну, убирая его руку со своей талии. Юичиро мягко улыбнулся. Теперь они женаты, а она все еще продолжает смущаться. Глупышка. Но, ничего скоро это пройдет. Ведь признаться, на самом деле он тоже чувствует себя неуверенно. Все же теперь они по-настоящему вместе и сегодня впервые окажутся один на один в таком статусе и уже на законных основаниях, он останется с ней в одной комнате на ночь. Впервые за почти три месяца их знакомства. Это тоже немалозначимо и весьма волнительно, особенно когда ты уже так долго ждешь этого момента и расписал себе его в красках, теша себя грезами о первом сексе, почти каждую ночь, прежде чем заснуть. — Тебе нечего бояться, я с тобой, — мягко прошептал Юичиро, целуя девушку в щеку. Машина остановилась у входа в отель. Посетителям было непривычно, созерцать в холле и в лифте, торопящуюся в свой номер красивую девушку в шикарном свадебном платье и темноволосого парня, облаченного в дорогой черный костюм. Не каждый день выпадает видеть подобные картины, редко кто из новобрачных, сразу после церемонии едет в гостиницу, обычно едут в родные дома. — Мика, да что с тобой? Я гонюсь за тобой буквально всю дорогу, — с улыбкой Юу поглядел на девушку, открывая дверь в номер и пропуская ее туда. Тень непонимания ее действий, сквозила во взгляде зеленых глаз. — Юу. Извини, просто все это так… — Мика закусил губу. Приподняв подол платья, он быстро последовал в спальню за вещами. «Поскорее в ванную. Куда-нибудь подальше от него. Остаться одному, подумать. Взвесить. Собраться с мыслями и сказать правду». — Мика, постой же, — Юу нагнал его, схватив за руку. — Подожди, не убегай. Чего ты? — он нежно приобнял девушку за плечи. — Я так хотел внести тебя в номер на руках, но ты так торопилась. — Целуя ее в шею, сказал он. — Я представлял все это немного иначе, более чувственно и торжественно. — Извини, — дрожа всем телом, от странного нахлынувшего чувства, пробормотал Микаэль, подавшись вперед, чтобы все же уйти, но Юичиро вовремя среагировал, сжав объятия. — Мика, — Юу развернул ее к себе и томно взглянул в синие глаза. — Не беги от меня. Это выглядит странно, ведь теперь ты моя жена. — Юу, — Шиндо уперся руками в грудь Юичиро, мешая тому приблизиться и поцеловать его. — Я очень хочу переодеться, позволь мне это сделать. — Ну, хорошо, — вздохнул тот. — Давай помогу. — Не нужно, — испугался Шиндо, отпрянув. — Я сама справлюсь. Я скоро. — С этими словами он зашмыгнул в соседнюю комнату, где оставил ранее свои вещи. Юу остался стоять в гостиной. Странное поведение девушки было необъяснимо, но вероятно она переволновалась и теперь хочет побыть одна, принять, так сказать, факт случившегося замужества. Ну что же, каждый по-своему реагирует на подобные вещи. Видимо, у нее этот стресс проявляется так. Конечно, обидно до чертиков, что она не дала пойти ему вместе с собой и помочь сбросить этот, подчеркивающий каждый ее изгиб, наряд, но, наверное, ей трудно привыкнуть, все же она впервые осталась с парнем один на один. У нее этого никогда не было и она, скорее всего, очень волнуется и пока не готова принять его. Ей нужно немного времени, чтобы прийти в себя, зато вечером все станет на свои места. Кое-как стянув с себя платье и дурацкие украшения, венчающие его голову, Микаэль набросив халат и захватив вещи, выскользнул из комнаты. — Юу, — все внутри Мики обмерло, когда его взору предстал улыбающийся Юичиро в привычной футболке и джинсах. Темные волосы были слегка влажными, похоже, Юу опередил его с душем, пока он неумело снимал с себя свадебный наряд и доставал из чемодана одежду. Мика припал к двери, не в силах шевельнуться, прижимая вещи к груди. В паху сладко стянуло при виде парня в «домашней одежде», в тот же момент на щеках появился легкий румянец. — Ты долго, — Юу приблизился, став почти вплотную и волна мурашек пробежала по позвоночнику Микаэля. — Все же, так непривычно видеть тебя такой домашней, — усмехнулся Юичиро, проводя кончиками пальцев по овалу девушки и легко целуя ее в губы. — Юу, остановись, умоляю, — простонал Шиндо, изворачиваясь и прижимаясь корпусом к двери, чтобы Юу не заметил его возбуждения. — Мика, Мика, — шептал Юичиро, покрывая нежную кожу на шее девушки поцелуями, одновременно оглаживая ее плечо и припирая к стене. — Ты великолепна. Наконец-то мы одни… Мы можем быть вместе. — Юу, — выдохнул Шиндо, прогибаясь в пояснице, чувствуя руку Юичиро скользящую от его талии к ягодице. Неумолимо обдает жаром это желанное касание, Мика с трудом сдерживает стон. — Мне нужно в душ. Подожди еще немного. Дай мне принять душ, — сдавленно шепчет он с жалобной интонацией, при этом сжимая руку, которой он опирается о двери на уровне головы, в кулак. — Только недолго, — еще одна волна только теперь уже от самого голоса Амане, пробегает по всему телу, намертво въедаясь в каждый уголок сознания. — Я быстро, — дрожащим голосом пообещал Мика и как только Юу отстранился, бросился в ванную. Кровь неистово стучала в висках, внизу живота все горело. Мика сбросил на пол халат и прошел к душевой. «Твою мать», опершись о край ванной, мысленно изрек он, справляясь с тянущей болью в паху, сдвигая ноги. Как же он хочет его, это невыносимо так терзаться. В мозгу нещадно пульсирует животная мысль, навеянная ласками Юичиро. Он включил смеситель и тут же комнату наполнил звук, бьющейся о стенки высокой душевой, воды. Мика не стал снимать накладные пряди, смывать косметику, просто принял душ, чтобы остудить свой пыл и попытаться начать соображать трезво, а не под влиянием сексуального возбуждения, а после, облачившись в удлиненную футболку и короткие шорты, совсем на чуть-чуть выступающие из-под нее, остался сидеть на краю ванны. Зачем он снова вырядился в это тряпье, парень не давал себе четких пояснений. Собственно, другой одежды у него тут нет, так что выбирать не приходится. Что было, то и натянул. Но зачем оттягивать неизбежное? Проще было сказать сразу, как только они вошли. Нафига он пошел снимать платье, нафига выпросился в душ, почему сидит тут и ждет? Чего? Чего можно ждать в его ситуации? Волнение безжалостно давило на сознание, а сердце отчаянно колотилось в груди. Он думал, когда останется сам, то успокоится, но не тут-то было. Уединение еще пагубней сказывалось на мозге, нежели пребывание в обществе Юичиро. Он знал, что должен делать, но как? Как сказать ему правду? Как убить его ней? И главное, как убить самого себя? Они тут, они вдвоем, Юу с трепетом ожидает наступления темноты и не скрывает своей заинтересованности, такое впечатление, что он готов наброситься на Микаэлу прямо в прихожей и сделать ее своей по-настоящему. Мика должен сказать ему, должен прекратить это. Должен. Должен. Обязан сказать правду и перестать терзать его и себя. Это эгоистично и подло по отношению к Юичиро — умалчивать. Ему ужасно страшно, больше всего ему хочется признаться, но что-то мешает ему. Мешает встать, открыть дверь, позвать Юу и выложить все как есть начистоту. Страх потерять любимого ледяным пленом сковывает мысли и чувства. Страх порвать раз и навсегда мешает смелым поступкам. Если он это сделает, Юу потерян. Но он должен сознаться, должен исправить свою ошибку. Микаэль решительно встал и вышел из ванной. Снаружи Юичиро не было и Мика двинулся в гостиную. — Мика. «Господи, да почему же у тебя такое счастливое лицо, черт бы тебя побрал». Мика застывает на пороге, и слова замирают на кончике языка. Он великолепен, так красив, так лучится счастьем и так воодушевлен, что Мика окончательно теряет возможность соображать и говорить что-либо. «Я не хочу причинять тебе боль, не могу», звучит внутренний голос и колебание, плещущееся в синих глазах становится заметным. — Я еле дождался, иди ко мне, — несмотря на свои слова, Юу сам подходит к девушке и заключает ее в свои объятия. Запуская руку в волосы, так небрежно разметанные по плечам, он накрывает ее губы в глубоком, откровенном поцелуе. — В чем дело? — он отстраняется, когда та перестает отвечать ему и отводит взгляд. — Мика, почему? — Юу, я не могу, — задыхаясь от душащих тело и душу чувств, говорит Мика. — Что такое? — Юу понимает ее смятение и страх, а потому осторожно гладит по лицу. — Не бойся, это не страшно. Все будет хорошо. — Нет, ты не понял, я, правда, не могу, — выдохнул Микаэль. — Почему? Что не так? — Юу недоуменно глядел на девушку. — Я… я… — Мика теряется и путается в собственных чувствах. Говори, придурок, скажи уже наконец и покончи со всем. — Я не могу, потому что я… у меня. — Мике кажется, что он сходит с ума, потому что внезапно мысли переходят в новое русло. — Мы не можем это сделать. Мы должны подождать еще. — Почему? — У Юичиро уже лопается терпение, но он сдерживается. — У меня такие дни… — Мика склонил голову. — В общем, нам придется отложить. — Фу, черт, — Юу облегченно и одновременно досадливо выдохнул, отступив назад и облокотившись о стену вытянутой рукой. Вот в чем дело, а ему уже стало мерещиться всякое. Твою мать, что за хрень! — Неужели не могла сказать сразу? — Юу с легкой укоризной взглянул на понурившую светлую голову девушку. — Это началось внезапно, я так занервничала, поэтому испугалась, — быстро проговорил Мика, ощущая себя полным кретином. — И потому так торопилась вернуться? — Юичиро мягко, но в то же время серьезно глядел на нее. Мика утвердительно кивнул, не поднимая глаза. — Тогда все ясно, — усмехнулся Амане. — Не переживай так, — он поцеловал девушку в лоб. — Я подожду. Может, так даже лучше, ты привыкнешь ко мне. Кстати, ты не голодна? — он улыбнулся. — Я закажу нам что-нибудь? — спросил он, собираясь выйти из комнаты. — Да, буду только «за», — натянув улыбку, кивнул Микаэль и когда Юу вышел, он припал к стене спиной и закрыл лицо руками. «Какой же ты идиот. Что ты делаешь, Шиндо?»

***

Пока Юичиро заказывал им ужин, Мика, закрывшись на балконе с телефоном и поглядывая на двери, чтобы тот не вошел, быстро набрал номер. — Да, господин, — раздался из динамика ровный голос дворецкого. — Шусаку, я отключу мобильный на пару дней, если родители будут звонить, соври им что-нибудь, — попросил Мика, понимая, что рассказав Юу правду сегодня, он вряд ли сможет адекватно общаться с родителями ближайшие дни. — Как вам угодно, — любезно отозвался парень. — Будут еще какие-нибудь распоряжения? — Нет, пока только это, — ответил Шиндо и, сбросив вызов, облегченно вздохнул. Одна проблема решена, если предки надумают позвонить, поинтересоваться его жизнью, Шусаку соврет им что-то правдоподобное. На время приготовлений и церемонии Мика отключал мобильный и, включив его только сейчас, обнаружил несколько непринятых от друга. Быстро нацарапав ему пару слов в смс, он снова выключил мобильный, чтобы сегодня их никто не тревожил звонками. «Значит так», глядя на высотные здания мегаполиса, рассуждал Мика, легонько постукивая себя по подбородку смартфоном. «Нужно сказать, решиться и сказать. Не мучить ни себя, ни его. Сейчас Юу закажет ужин, я успокоюсь, мы поедим, а потом я во всем ему признаюсь». Он страшно жалел, что ляпнул про эту чертову менструацию, вместо того, чтобы рассказать всё сразу, но что уже теперь казниться, придется снова отложить разговор. Микаэль был серьезно настроен донести истину сегодня же и не откладывать на несколько дней. Но для начала необходимо обдумать план поведения и слова, а за совместным ужином он как раз все это и осмыслит. — Ты знаешь, я себе это представлял, как мы будем вместе, будем вот так вот вдвоем ужинать, разговаривать, сидеть рядом и смотреть телевизор, быть в одной комнате, вместе ходить в ванную, ложиться спать, а утром проснувшись и увидев тебя спящей, наблюдать как ты просыпаешься, любоваться твоей первой улыбкой, столько всяких мелочей, — Юу усмехнулся, поглядев на свою тарелку. — Но я даже не думал, насколько здорово все это будет в реальности. — Он снова поднял нежный взгляд на девушку, сидящую напротив. — Это такое захватывающее чувство, что его даже нельзя описать. Находиться рядом с тобой, знать, что ты моя, что теперь мы никогда не расстанемся, и так будет всегда — такое счастье для меня. — Юу, — от этих слов сердце Мики сжалось в тиски. «Молчи, не говори таких слов, пожалуйста. Ты даже не можешь представить, как мне больно их слышать». Кусок не лезет в горло, но Мика насильно запихивает в себя ризотто. Чужие речи затуманивают мысли и путают чувства и вместо того, чтобы обдумывать свои слова, Шиндо тупо наслаждается минутками уединения с любимым человеком. Все это так прекрасно и Юичиро прав, это чувство нельзя передать словами. Столько всего разного скапливается в душе, что кажется, она не выдержит такого напряжения. — Мне так хорошо рядом с тобой, Мика, — с улыбкой проговорил Юичиро. — Я навсегда запомню этот вечер, этот ужин, он фактически первый настоящий, первый в нашей семейной жизни. Со дня встречи с тобой у меня скопилось много всяких теплых моментов, которые я никогда не забуду, чтобы ни случилось. — Я тоже буду помнить, — опустив глаза, прошептал Микаэль. — Всегда… до последнего дня. — Мика, — мягко усмехнулся Юичиро. Одно смущало его в настроении девушки — ее легкая грусть. Он списывал это на волнение, как и ранее. — Я сейчас вспомнил твои слова, когда ты сказала, что хотела бы остановить время и запечатлеть момент счастья, — начал Юу с улыбкой. — И вот я хотел спросить, сейчас ты бы хотела, чтобы тот день длился до сегодняшнего дня? — Тот день? — Микаэль усмехнулся, поглядев на свою левую руку, на безымянном пальце которой, вместо кольца для помолвки, сверкало теперь обручальное. — Нет, — он покачал головой. — С того дня произошло столько чудесного, что сейчас я бы не простил себе, не простила, если бы осталась там навсегда. Каждый день, что я была с тобой на протяжении этого месяца со дня нашей помолвки, приносил мне невероятную радость. И я клянусь, я никогда их не забуду, — Мика поднял взгляд полный любви и нежности, на Юичиро. — Ведь, я люблю тебя. Юу даже опешил на мгновенье от этого признания. Микаэла говорила с такой болью в голосе, точно прощалась с ним. Ее взгляд был таким любящим и трепетным, каким еще не был ни разу за все время их знакомства. Он кожей ощущал искренность слов девушки, сквозящую в интонации и плещущуюся в ее выразительных глазах, цвета морской волны. — Я тоже тебя люблю, Мика, — мягко сказал он, глядя ей в лицо. — Очень люблю. — Ты, правда, любишь? — Шиндо знал, что задает глупый вопрос и на минуту ощутил себя персонажем дешевой мелодрамы, которые на дух не переносил. — И любил бы в любом случае, даже если бы знал, что я, это не я? — Конечно, — усмехнулся Юичиро. Странные у нее формулировки, ну что поделать. Девушек, даже таких сдержанных как его Микаэла, иногда заносит и им нужны признания. — Я любил бы тебя любую, ведь это ты, — мягко добавил он. — Что у тебя за вопросы такие? — улыбнулся Амане. — Просто я хотела услышать, любил бы ты меня, окажись я кем-то иным? — Микаэль потупил взгляд. — Кем бы ты ни была, кем не оказалась, я все равно буду любить тебя, — терпеливо ответил Юичиро. — «Буду я с тобой, в обличье любом узнаю тебя». — Юу-чан, — голос дрожал, Мика усмехнулся, вспомнив процитированные Юу слова песни, услышанной недавно ими в кафетерии. Как же сейчас они были в точку. Юу даже представить себе не мог, как он угадал, попав в самое больное. «Узнать-то ты узнаешь, но вряд ли захочешь полюбить…»

***

После окончания ужина Микаэль прохаживался по гостиной. Он был настроен на разговор и предпочел, чтобы он состоялся именно тут. Он злился на самого себя, ведь за трапезой он намеревался подготовить нужные слова, но так погрузился в атмосферу пребывания с Юу, что позабыл все напрочь. Даже сейчас в голову ничего не шло.  — Может быть сходим куда-нибудь? — Юичиро вошел в гостиную. Шиндо вздрогнул и обернулся. — Юу, — начал было он и сразу осекся. — Разве мы недостаточно находились за месяцы знакомства? — с улыбкой произнес он. «Он невероятен. Сказать ему сейчас — нереально. Ведь так все хорошо, он тут, рядом». Шиндо неспешно преодолел небольшое расстояние между ними и стал напротив, глядя в зеленые глаза, он коснулся лица Юичиро ладонью. — Я никуда не хочу. — Отлично, потому что я тоже, — с мягкой улыбкой прошептал тот. — Иди сюда, — он потянул девушку на диван. — Эй, ты чего? — внезапно запаниковал Мика. — Давай просто посидим, — Амане свободно уселся на диван, усадив девушку рядом. — Побудем вместе. Мика с удовольствием принял предложение и, удобно устроившись рядом, опустил голову тому на плечо. Он скажет, он всё обязательно скажет, но чуть позже, а сейчас, он насладится этими минутками блаженного счастья. — Двигайся выше, — произнес Юу и Мика вскинул на него удивленный взгляд. В тот момент, Юичиро подвинулся и прилег на довольно широкий диван. — Ложись. Волнительная дрожь прошла по телу Микаэля от услышанной перспективы прилечь рядом с Юичиро. Быть с ним настолько рядом, даже сногсшибательней чем сидеть в обнимку. Так заводит. Но, невзирая на все опасности, Мика опустился рядом, положив голову на плечо Юу, развернув бедра так, чтобы его «достоинство» не коснулось бедер Амане. — Тебе хорошо? — спросил брюнет. — Очень, — прошептал Мика, чувствуя как волнуется его душа и как это волнение сказывается на теле. Как бы там ни было, а вот так вот лежать вдвоем, прижавшись, было невероятно здорово. Так тепло, уютно, расслабляюще. Как можно прервать эту идиллию и начать говорить… — Что ты сказала своим? — спросил Юичиро, поглаживая Мику по спине и плечу. — Попросила Шусаку придумать что-то, — вырываясь из неги блаженства, ответила девушка. — А ты? — Сказал, что у нас поездка всей группой на экскурсию в горы, а там мобильник не ловит. Так что нас никто не побеспокоит в ближайшие пару дней. — Здорово, — улыбнулся Мика, прижимаясь к Юичиро. Он такой теплый, такой нежный… Мика вновь слышит немного учащенное биение его сердца. Видать, ему трудно сдерживать свои инстинкты в такой ситуации. Быть рядом с той, кого любишь и ничего при этом не делать. Как же Мика понимает его состояние, ведь он ощущает себя аналогично. Юу тут, рядом с ним, расслабленный, готовенький, можно дотронуться, но прикоснуться к нему по-настоящему не представляется возможным. — Мика, — Юичиро чуть развернулся и, проведя пальцами по овалу лица девушки, взялся за подбородок. Шиндо с трепетом глядел в ярко-зеленые глаза, чувствуя как большой палец Юичиро, скользит по его нижней губе. Юу приблизился еще немного и низ живота Микаэля пронзил спазм. Он сжался всем телом, дыхание прервалось. И тогда же, Юу склонился над ним еще ближе и, проведя языком по пересохшим губам, заскользнул внутрь. Сплетаясь языками, лаская один другого, они с упоением жались друг к другу. Шиндо ощущал, как этот мокрый поцелуй, пробуждает в нем животную похоть, но не мог оторваться, не мог остановиться, он только сильнее сдвинул бедра, так чтобы его эрекцию ощущала только обивка дивана. Будучи втянутым в совсем нескромный поцелуй, Мика заходился удовольствием, пусть не секс, но хоть какая-то близость. Он все равно чувствует его, он рядом, его язык умело вылизывает ему рот, это так возбуждающе, так горячо. Мика чуть приподнимается на локтях и рукой касается груди Юичиро и ведет ею вниз к подтянутому прессу, а далее к боку, выглаживая и чуть придавливая, укладывая Юу на спину. Инстинктивно Мика норовит оказаться сверху. Юу поддается, при этом увлекая девушку за собой, придерживая за затылок, ибо разрывать поцелуй так не хочется. Дышать сложно и они прекращают его лишь на время, чтобы глотнуть воздуха, а потом снова остервенело впиться друг в друга. Уже сам насилуя рот Юичиро, Микаэль закрыв глаза, скользит рукой по желанному телу, сминая бок, лаская бедро. — Мика, — задыхаясь, выдыхает Юичиро, чувствуя флюиды источаемые девушкой. Он даже не думал, что она будет так горяча, будет проявлять такое нетерпение. Вот значит, как бывает, когда девушка не имеет контактов с противоположным полом до такого возраста. Она полностью готова и жаждет проникновения в себя, предвкушая получить истинное наслаждение от акта. Тяжело дыша, отвечая на яростный поцелуй и держа руки на лице девушки, Амане чувствует, что нужно немедленно завязывать, учитывая ситуацию. — Мика, остановись, — просит он. — Юу, — Шиндо отстраняется и у Юичиро пробегают мурашки по спине от ее томного взгляда и похотливого выражения лица. Безумно хочется повалить ее на диван и наконец-то сделать приятно им обоим. Пожалуй потом, он ее вовсе из постели не выпустит. — Мика, извини, — раскрасневшийся Юичиро, встает с дивана. — Прости, я сейчас вернусь. Мне надо в душ, я уже кончаюсь. Надеюсь, ты понимаешь. — Да, извини, не хотела, — виновато произносит Шиндо сквозь неровное дыхание и когда Юу покидает комнату, сдавленно стонет, поскольку промежность невыносимо распирает. Черт, надо было первому отпроситься в душ. Что же теперь делать? Он болезненно морщась, стает на четвереньки. Блядь, так еще хуже. Когда давление убралось, распирающее промежность чувство усилилось в стократ. Кое-как Мика дошел до спальни и, закрывшись, болезненно поежился у двери. Черт возьми, это невыносимо. Нечто густое и горячее наполняет всю область паха. Делать нечего. Пробравшись к чемодану с вещами, кусая губы, Мика приподнимает футболку и расстегивает ширинку джинсовых шорт, высвобождая из-под белья затвердевший член. Ему плевать, если Юу выйдет раньше и начнет стучаться в двери, но он не может больше сдерживаться. Слишком томительно. Слишком невыносимо. Плотно обхватывая рукой член, Шиндо начинает плавные движения, которые перетекают в быстрые. Он с трудом сдерживает стоны удовольствия, рвущиеся из глотки. Нужно молчать, нельзя чтобы Юу это услышал. Блядь, как же приятно. Мика глотает протяжный стон, быстрее надрачивая. Вся рука уже влажная от смазки. Последний раз он занимался этим будучи еще подростком. Потом предпочтение отдавалось полноценному сексу. Всего несколько движений и, дрожа всем телом, Мика излился в первую вытащенную из чемодана шмотку. А что делать, если ничего другого под рукой нет. Даже полотенца, они все в ванной, где вероятно сбрасывает свое напряжение Юичиро, а может, и нет, может он не решает свои проблемы подобным образом. Может действительно охлаждается под водой, шум которой доносится до слуха Микаэля. Глубоко дыша, чувствуя блаженное облегчение, засевшее в закутках сознания, Мика стирает остатки роскоши с поникшего органа и закидывает, оказавшееся первым, что попало под руку, платье, обратно в чемодан. «Интересно», Мика оперся рукой о стену номера, глядя на открытый чемодан. «Если бы Юу нашел это, о чем бы он подумал в первую очередь?» Нет, больше нельзя допускать подобного. Слишком опасно быть так близко, да еще и увлекаться поцелуями. Так думал Микаэль, застегивая ширинку и спуская край футболки. — Юу, — Мика остановился в дверном проеме. — Мика, прости, но давай не так рьяно? — усмехнулся Юу стоя с полотенцем, переброшенным через плечи. «Значит, ограничился душем», мысленно усмехнулся Микаэль. «А ты выносливее, Юу-чан. Я не смог». — Конечно, — кивнул он. — Я не должна была тебя провоцировать. — Глупости, просто я так тебя хочу, что не могу спокойно находиться рядом, — Юу приблизился и легко поцеловал девушку в губы. — Тогда постельный вопрос решился сам собой, — слабо улыбнулась она. — Похоже на то, — со вздохом изрек Юичиро. Черт, а ведь он так мечтал о первой совместной ночи с ней, а теперь это табу на ближайшие дни. Что за хрень?!

***

Лежа в роскошной двуспальной постели, Мика глядел на неоновый мираж за окном. Юу отправился в гостиную и должно быть уже спал. Везет ему, ему не о чем переживать кроме как о своем воздержании. Но он уверен, что несколько дней и он свое получит. Это единственное, что тревожит его на данный момент не чета Микаэлю, чья голова разрывается от дум и переживаний «как сказать?», как поступить?». Он снова промолчал, снова растянул пытку, решив отложить разговор до утра. Какие сейчас беседы на такие убийственные темы, на улице темно, а им так хорошо вдвоем, что нарушить свое счастье кажется самоубийством чистейшей воды. Нет. Лучше завтра, на свежую голову, а сегодня тайна останется не раскрытой. Завтра… завтра он скажет Юу правду. Завтра утром все окончится. Как только они встанут, Мика усадит его и все скажет. Завтра…. А сегодня… Неслышно встав с постели, Мика прошел к двери. Повернув в замке ключ — предосторожность, чтобы Юу не мог вломиться к нему в спальню с утра или ночью и увидеть, раньше времени, нескромную особенность своей девочки, — Мика выскользнул из комнаты. Как он и думал, Юичиро спал и, присев рядом на диван, Мика устремил на него тоскливый взгляд. «Завтра ты возненавидишь меня, я стану твоим злейшим врагом, но сегодня я хочу побыть с тобой, Юу-чан. Хочу запомнить этот день, ведь уже завтра я потеряю тебя навсегда», Мика склонился над спящим и коснулся губами виска. Сердце тягостно сжималось в груди. Такая невыносимая боль зарождалась в нем и неумолимо распространяла свою власть в душе. Коснувшись лбом плеча Юу, Мика закрыв глаза, впитывал его тепло, вдыхал запах тела, запоминая все эти ощущения, слушал ровное дыхание и легкая улыбка тронула его губы. Больно было осознавать, что это последний совместный вечер. А ведь их могло быть еще так много впереди и они могли бы быть еще более восхитительными, если бы между ними не стоял такой барьер из вранья, ненависти и предрассудков. Не барьер, а целая Китайская стена, тянущаяся на многие километры. Убийственно, ведь нет ни шанса на понимание и примирение. — Я люблю тебя, Юу… — едва слышно прошептал Микаэль, жмурясь. — Прости меня… — Мика? — Шиндо отпрянул, услыхав сонный голос Юичиро, а после мягко улыбнулся, поймав на себе взгляд зеленых глаз. — Извини, не хотела тебя разбудить, — Микаэль поднялся. — Я уже ухожу. Спи. Спокойной ночи, — он прильнул к губам парня. — Спокойной ночи, Мика, — сонным голосом, прошептал Юу и снова улегся на подушку, в то время, как девушка вышла из гостиной.

***

Время приближается к полудню. В одном из летних кафешек, расположенных под открытым небом, сидят двое. Парень с длинными, серебристыми волосами, собранными в хвост, вальяжно устроившийся на стуле и девушка, чьи золотистые локоны, также собраны в два низких хвоста и лежат на плечах. — Мика, что за маскарад? — Батори изогнул бровь, взирая на друга, уже не официально, выряженного в женскую одежду. — Зачем ты опять это напялил? Неужели так вжился в роль? — Это единственные мои вещи на данный момент. Я же должен был в чем-то выйти сегодня на улицу, чтобы за теми же вещами домой съездить, — надпивая кофе из чашки, серьезно ответил ему Микаэль. — К тому же если Юу меня здесь увидит… пусть лучше увидит, как Микаэлу. — Где он, кстати, говоря? — полюбопытствовал Батори. — На пару часов в универ ушел, а я сразу к тебе, — Мика поглядел на наручные часы. — Ладно, — кивнул Батори и, сложив руки на столе, пристально поглядел на друга. — Теперь давай объясни, какого черта там у вас творится? В частности у тебя. Я тебе весь вечер пытался дозвониться, пока ты мне смс не кинул, но и там никаких пояснений. Что это ты вчера такое вытворил? — Я сам не знаю, — Мика подпер рукой голову. — Ты понимаешь, что натворил и чем все может обернуться? Почему ты не сказал ему «нет»? Ты же должен был, — строго проговорил Ферид. — Я сказал, я не знаю, — выдавил Мика. — Я не знаю, что произошло, но в последний момент я испугался. Испугался, представил, что это конец, финита, и не смог сказать. — И что теперь? — Понятия не имею, — мотнул головой Шиндо. — Он ведь до сих пор не знает, я прав? — сузил глаза Батори. — Да. — Но вы же были вместе в отеле, всю ночь, неужели он ничего не понял? Это же нельзя скрыть. Кое-что обязательно бы бросилось в глаза, когда бы вы легли в койку, — Ферид насмешливо фыркнул. — Пришлось соврать, что у меня критические дни, и я не могу заняться с ним сексом. Вот тебе и ответ, — мрачно ответил Шиндо. — Мика, ты меня поражаешь, — Ферид откинулся на спинку стула. — Я понимаю, не сказал сразу, побоялся, но потом, потом ты обязан был сказать! Это уже даже не смешно. — А я и не смеялся, — огрызнулся Шиндо. — Я знаю, я все это прекрасно знаю. Знаю, что поступаю как последний трус и кретин. Я вчера весь вечер собирался признаться, настраивался, но так и не смог, отложил на утро, — на надрыве произнес Мика. — Но и утром… — он склонил голову. — И когда ты собираешься покаяться? — алые глаза смотрели с упреком и без тени сочувствия. — Дня три-четыре у меня в запасе есть, — он поднял глаза и встретился с недовольными взглядом рубиновых глаз. — Но, я не собираюсь откладывать. Я скажу ему сегодня же. Как только вернусь. — Мика, если ты не скажешь ему сам, это сделают другие и тогда… — Я уже разослал сообщения парням, чтобы они не вмешивались, — ответил на это Мика. — Написал, что все поясню позже. Я должен сам признаться ему. Это наше личное дело, никто не должен вмешиваться, понятно? — Мика строго поглядел на Батори, уловив ход его мыслей. — Понятно, что уж, — пожал плечами тот. — Это ты правильно сделал, я по поводу парней, ты бы видел вчера их лица, — ухмыльнулся Батори. — Представляю, — нахмурился Шиндо. — Не затягивай. Чем дольше будешь откладывать разговор, тем сложнее тебе будет сказать, а сказать все равно придется. Ты не сможешь отмазываться вечно, — медленно проговорил Батори. — Я же говорю, сегодня, — уверено изрек Шиндо. — Сегодня, я все скажу. — Хорошо, — Ферид решил сжалиться над другом, который и без того выглядел потрепанным. — Лучше скажи, как вы провели остаток дня, голубки? — Не напоминай, — Мика уронил голову на руки. — Я весь вечер от него шарахался. Спать пришлось отдельно, под веским аргументом, что раз секса не будет, лучше друг друга не тиранить и заночевать в разных комнатах. Юу уступил мне спальню, а сам улегся в гостиной, — невесело ухмыльнулся парень. — Я на всякий случай дверь на ключ закрыл, чтобы он ко мне ночью не ввалился. Ужасно хотелось быть рядом, но я понял, что еще и такого испытания не вынесу. — Месяцы воздержания дают о себе знать, — ухмыльнулся уголком рта Ферид. Мика обреченно покачал головой. Тут он умолчал о своем ночном путешествии к постели Юичиро, да и от того, как ему пришлось нелегко справляться со своей мужской природой. — Не завидую, — протянул Батори. — Тебе должно быть сейчас очень хреново. Слушай, насчет Юу, я тебе как друг советую, сказать немедленно. Долго ты в таком темпе не протянешь, вид у тебя дерьмовенький. — Я полночи не спал, — честно признался Мика, ведь это была чистая правда. — Все думал над тем, что натворил и как теперь сказать правду. — Так и скажи, как есть и возвращайся к себе, а там уже будем думать, как быть дальше. — Что думать? — усмехнулся Микаэль. — Когда я скажу, уже ни о чем не нужно будет думать. — Не преувеличивай, ты не знаешь, как все обернется, — спокойно отозвался Батори. — В том то и беда, что знаю. Короче говоря, сегодня я с Юу в отеле, и сегодня я расскажу ему всё. — Давно пора, — фыркнул Батори. — Так, ладно, — Мика встал из-за стола, глядя на экран смартфона из которого вытащил сим-карту. — Я должен возвращаться, а то Юу скоро придет, а я хочу подготовиться. Увидимся вечером. — Давай, увидимся, — кивнул Ферид, глядя вслед удаляющейся девушке.