Последняя воля Тома Риддла

Гарри Поттер проснулся, чувствуя себя счастливым и отдохнувшим. Проснулся от пения пташек за окном. Комната уже была залита солнечным светом. Он лежал в своей тёплой и очень удобной постели, ведь наконец-то у него выдалась спокойная ночь. Конечно, он чувствовал себя уставшим после вчерашней битвы, потому решил ещё немного полежать. Но когда Гарри услышал, что его соседи проснулись, то сел и мысленно попытался подготовиться к предстоящему дню. Похороны, пресса, а так же толпы людей, желающие поздравить его с победой над Волдемортом. Он улыбнулся: наконец-то, он победил Волдеморта, а значит, его жизнь отныне будет наполнена спокойствием и счастьем. Когда он встал с постели, чтобы отправиться в ванную, то заметил великолепную сову, стучавшуюся в окно. Гарри нахмурился — ведь МакГонагалл обещала, что вся его почта будет приходить в отдельное помещение, и с которой он будет разбираться позже, когда у него появится возможность. Но вот перед ним сова, которая принесла письмо именно ему. Птица терпеливо ожидала, когда её освободят от ноши. Гарри легким движением взял письмо. К счастью, он не взорвалось в его руках, как того ожидал молодой человек. С возрастающим любопытством он начал осматривать конверт, пытаясь угадать от кого же письмо. Конверт был сделан из явно дорогой бумаги, а его имя написано элегантным почерком. Быстрым движением он вскрыл конверт, вытащил письмо и начал читать. «Уважаемый мистер Поттер! Вы приглашены на оглашение последней воли Тома Марволо Риддла сегодня в одиннадцать часов. Так же приглашается мисс Гермиона Грейнджер. Она тоже включена в завещание. Во время вашего пребывания в Гринготтсе с вами хотел бы переговорить управляющий счетами Поттеров по некоторым вопросам, а также уточнить стоимость и возмещение ущерба, который вы вместе со своими друзьями нанесли банку некоторое время назад. Данное письмо является портключом, который доставит вас и мисс Грейнджер ко входу в банк Гринготтс ровно в десять тридцать, по прибытию подойдите к любому кассиру, вас проводят. Искренне Ваш Исполнитель воли Иронфист». Гарри шокировано уставился на письмо. Он осмотрелся вокруг, ожидая, что Рон или ещё кто-нибудь выпрыгнет, рассмеётся и скажет, что это всё шутка, но ничего не происходило. Он еще раз посмотрел на письмо, думая о том, как такое могло произойти, что Волдеморт по собственной воле оставил что-то ему и Гермионе. Особенно Гермионе, ведь она магглорожденная. Он спрятал письмо под подушкой и отправился в душ, все еще пребывая в состоянии шока. После душа он переоделся, а затем отправился в гостиную, спрятав письмо в сумку. Уже на лестнице к нему подходили, хлопали по спине, поздравляли. А он шел вперед, даже не слушая, что сокурсники говорили ему, оглядывая комнату в поисках Гермионы. Он обнаружил её сидящей у камина и наблюдающей за ним с улыбкой на лице. Он начал пробираться через толпу, что было довольно тяжело. Когда он наконец добрался до неё, девушка заметила его серьёзное выражение лица и сразу перестала улыбаться, а в её взгляде сквозило беспокойство. Он наклонился и шепнул ей, что имеется кое-какая важная информация и им нужно обсудить её наедине. Девушка встала, и они вдвоем отправились в Выручай-комнату. Но они не знали, что две рыжие головы, сидевшие в тени в гостиной, наблюдали за ними и хмурились. Они пришли на восьмой этаж, где Гарри трижды прошелся мимо заветной стены, думая о том, что ему нужна комната, где никто не сможет им помешать или подслушать. Вскоре перед ними появилась деревянная дверь, в которую они вошли. Внутри оказалась небольшая комната с двумя креслами и горящим камином. Гермиона с легким раздражением посмотрела на Гарри. — Ну, и что это за такая важная новость? Гарри ничего не сказал, а просто показал ей письмо. У девушки ушло всего несколько секунд, чтобы прочитать его, после чего она упала в одно из кресел. Она посмотрела на Гарри ошеломленным взглядом и дрожащим голосом спросила: — Но что он мог оставить нам и почему? Гарри пожал плечами и сел в другое кресло. — Как думаешь, это может быть ловушкой? Гермиона задумчиво посмотрела на него, прежде чем ответила. — Нет, не думаю. На письме печать Гринготтса, а поставить её может только гоблин. — Мы должны сказать кому-нибудь, Рону или Джинни? — уставившись на огонь, спросил Гарри. — Нет, они сразу же всё поймут неправильно, а нам потом разбирайся. Гарри кивнул. — А что происходит между тобой и Роном? — Не знаю, если честно. Порой мне кажется, что я что-то чувствую к нему, но все остальное время — нет. Вчера, когда он меня поцеловал, я была искренне возмущена его поступком, а сейчас я думаю, что так и должно было быть. А как насчет тебя и Джинни? Гарри почувствовал легкий укол ревности, когда она упомянула поцелуй, но тут попытался подавить его. — Не думаю, что мы будем вместе. Я не испытываю к ней тех чувств, что были раньше. Гермиона кивнула и тоже стала смотреть на огонь. Так они и сидели, загипнотизировано наблюдая за огненным танцем. Спустя какое-то время Гермиона вынырнула из своих мыслей и заметила, что осталось совсем немного времени до того, как сработает портключ. Она тут же потянула Гарри из комнаты, и они решили выйти из Хогвартса через потайные ходы, чтобы не попадаться никому на глаза. Наконец, они оказались за пределами замка. В назначенное время сработал портключ, и они оказались у входа в банк, с удивлением заметив, что остались стоять на ногах. Они быстро вошли внутрь и направились к ближайшему сотруднику, которому и передали письмо. Гоблин попросил их проследовать за ним. Они быстро проходили мимо множества дверей, которые были подписаны разными фамилиями, и вскоре подошли к двери, на которой висела табличка «Поттер». Гоблин открыл дверь и жестом попросил их зайти, а затем закрыл за ними дверь и остался снаружи. Гарри и Гермиона осматривали комнату, украшенную прекрасными картинами и оружием. На полу лежал восхитительный ковер, а в центре комнаты стоял большой дубовый стол, за которым сидел гоблин. Они прошли и сели на стулья, расставленные перед столом. Гоблин оторвался от бумажной работы и поднял на них глаза. — Доброе утро, мистер Поттер и мисс Грейнджер. Меня зовут Рапир, я являюсь управляющими счетами Поттеров и Блэков, главой родов которых вы являетесь. Гарри вопросительно посмотрел на него. — Что вы имеете в виду, говоря, что я глава двух семей? Почему мне никто об этом не сказал? Гоблин посмотрел на него, и заметив, что юноша сказал правду, ответил: — Мы отправляли вам письма с тех пор, как вам исполнилось одиннадцать. И смею предположить, вы не получили ни одного из них. Хотя нам стало ясно, что кто-то вмешивается в ваши дела, когда вы не пришли на оглашение завещания Сириуса Блэка. — Дамблдор сказал мне, что всё, что я получил — это дом и немного денег. Рапир нахмурился, а затем начал копаться в бумагах, прежде чем нашел необходимые. — Он вам солгал, мистер Поттер, поскольку вы получили гораздо больше. По завещанию вам перешло более трех четвертей всего имущества, включая золото, ценные бумаги, поместья, а также некоторые личные вещи. Что же касается вас, мисс Грейнджер, вам завещана вся библиотека Блэков и немного золота. Видимо, во время оглашения завещания Дамблдор сообщил, что он является вашим доверенным лицом. — Но я не просил об этом, — нахмурившись, сказал Гарри. — И я тоже, — добавила Гермиона. — Да, я вам верю, — кивнул гоблин. — Тем не менее, всё теперь находится в ваших хранилищах. Но более подробно вы узнаете на предстоящем оглашении завещания. Они кивнули, но всё равно были удивлены происходящим. — А почему здесь нет представителей Министерства? Я имею в виду, разве им не нужно присутствовать на оглашении последней воли, особенно, если это воля Волдеморта? — Министерство Магии сейчас погружено в хаос. Темный Лорд уничтожил большую часть документов, да и кадровые проблемы никто не отменял. Так что сейчас присутствие на оглашении завещаний не в их приоритетах. Что ж, пришло время для вскрытия его завещания. Просто проследуйте за гоблином, который ожидает вас в коридоре. Мистер Поттер, зайдите после, если будет время, нам нужно разобраться с вашими хранилищами. Гарри кивнул, а затем они вместе поблагодарили Рапира. В коридоре обнаружился другой служащий банка, который сопроводил их в большую комнату, в которой стояли только стол и два кресла. Они сели и начали ждать, пока гоблин зачитает завещание. Ровно в одиннадцать часов он достал небольшой флакончик с воспоминаниями и вылил его в омут памяти. Но ничто не могло подготовить присутствующих к тому, что произошло далее. Как только последняя капля оказалась на поверхности, из омута начала появляться сначала голова, затем руки и вскоре перед ними показалось все тело. Это был Лорд Волдеморт. Он стоял и ухмылялся, а затем шагнул к ошеломленному Гарри Поттеру. Он вытянул руку вперед, и Гарри закрыл глаза, уже представляя удар в грудь, но вместо этого почувствовал холод. Он медленно открыл глаза и увидел, что рука Волдеморта на самом деле прошла сквозь него. Волдеморт отдернул руки и зашелся в истерическом хохоте. — Ах, Поттер, Поттер, какой же ты дурак. Гарри не понимал, что сейчас происходит, как и Гермиона, которая тряслась от страха рядом. Они молча наблюдали как Волдеморт ходил по комнате, а затем присел на стол прямо перед ними. — Я же убил тебя, — дрожащим голосом начал Гарри. — Почему ты здесь? Что ты такое? — Глупый мальчишка, я просто фантомная версия себя. Да, ты убил меня, но я был создан ещё при жизни своего физического тела некоторое время назад. — Но зачем? Что у тебя есть для меня? — Ладно, Поттер. Для тебя у меня есть информация. Для тебя и твоей грязнокровки. Информация, которая перевернёт ваш мир. Она заставит вас пересмотреть и переосмыслить всё, что происходило с вами в этом мире. — Почему ты хочешь помочь нам? Ты же ненавидишь нас! — нахмурившись, спросила Гермиона. — Я мёртв и, хотя у меня нет причин вмешиваться в ваши дела и в ваши жизни, но всё же. Да, я когда-то вас ненавидел, но думаю, что за все те несчастья, что причинил вам, скажем так — я вам должен и хочу искупить вину. Гарри обдумал всё то, что сейчас произнес Волдеморт, и ему показалось, что в этом нет никакого подвоха, а информация его уже заинтересовала. — Так что же ты хотел нам сообщить? — Когда я подчинил себе Министерство, то уже после смерти Дамблдора я обнаружил некоторые документы, касающиеся вас. Это были брачные договоры для вас обоих с двумя младшими Уизли, по которым вы бы находились в их полном распоряжении. Они бы стали полноправными и единственными распорядителями ваших денег и имущества. Эти контракты были подписаны Альбусом Дамблдором, Молли и Артуром Уизли ещё на втором курсе вашей учёбы. Так же Уизли выплачивалась определенная сумма из ваших хранилищ с момента заключения контракта. Гоблин—распорядитель передал ошеломленным подросткам два листа пергамента, которые подтверждали слова Волдеморта. — Там же я нашел информацию о том, что Дамблдор был прекрасно осведомлён о жестоком обращении с тобой родственниками-магглами, что он заставлял их, а также усиливал их ненависть при помощи разных чар. Так же у меня есть некоторые интересные воспоминания Дамблдора относительно вас, которые нашел Снейп. Почему бы вам не взглянуть на них? Гоблин достал ещё один флакончик с воспоминаниями и вылил его в омут. Подростки наклонились и погрузились в воспоминания. Осмотревшись, они поняли, что упали в кабинет Дамблдора. Директор сидел за столом, а старшие Уизли стояли напротив. — Мы должны взять Гарри Поттера под наш контроль. Скоро он поедет в Хогвартс, поэтому мне нужна ваша помощь. Когда он попадет на Кинг—Кросс, именно вы должны ему помочь. А юный Рональд должен подружиться с ним. Оба Уизли кивнули, улыбнувшись. Внезапно всё вокруг побелело, прежде чем они снова оказались в кабинете директора, только теперь тут присутствовали члены Ордена Феникса. Все выглядели виноватыми. И как только эта мысль пронеслась в головах у подростков, они увидели ещё несколько воспоминаний о своих свиданиях, о своих поцелуях и о том, что Гарри гостил у Гермионы летом. И каждое из них заканчивалось заклинанием забвения для обоих. Наконец-то воспоминания закончились, и они снова оказались сидящими на стульях. Они в неверии посмотрели друг на друга, и вскоре Гарри уже обнимал плачущую Гермиону. Крепко прижимая её к себе, он шептал, что всё будет хорошо. И тут же его поразила мысль, что вот так, прижимая Гермиону, он чувствовал себя хорошо, что это правильно, а главное то, что ему хотелось большего. Девушка постепенно успокоилась, и Гарри посмотрел на ухмыляющегося Волдеморта. — И для чего ты всё это показал нам? — сжимая губы, спросил Гарри. Волдеморт усмехнулся и сказал: — Скажи-ка мне, что ты будешь делать с полученной информацией? Единственная причина, почему я рассказал тебе про это всё, так это то, что я уверен, что ты не спустишь всё на тормозах и захочешь отомстить тем, кто сотворил всё это с тобой и твоей грязнокровкой. — Кто сказал, что я захочу мстить? — уставившись на него, начал врать Гарри. — Что, если я просто возьму и уйду? — О, пожалуйста, Поттер. Я знаю тебя лучше, чем ты сам, поэтому не говори мне, что ты будешь и не будешь делать. Так что, как видишь, Поттер, тебе нужно было присоединиться ко мне, когда я просил тебя отдать Философский камень. Все было бы хорошо. Я даже разрешил бы тебе оставить себе эту грязнокровку с её превосходным интеллектом. Посмотри, что сделали с тобой те, кому ты доверял. Они предали тебя, они никогда не любили тебя. Всё, что им нужно было — это слава и деньги твоей семьи. Потому я ещё раз спрашиваю тебя, Гарри Поттер, что ты собираешься делать? Гарри слушал и соглашался со всем, что говорил Волдеморт. В нём поднималась такая волна гнева, какой он не испытывал никогда, даже к Волдеморту. Он поднял глаза и посмотрел на него. — Даже если мы хотим отомстить, то как мы сможем это сделать? Нас двое, а их целая толпа. Волдеморт посмотрел него, а в глазах сиял победный триумф, жестом он подозвал гоблина, который передал ребятам два флакончика с зельями. — Все очень просто, Поттер. Я уже осознал, что вы оба сильные волшебники. Это зелье поможет вам снять все блоки и ограничения, а также придаст вашей магии дополнительную силу. Ну, и уберёт физические недостатки. Гарри посмотрел на Гермиону, которая всё ещё находилась в его объятиях, и заметил, что она с любопытством рассматривает пузырьки. — Гермиона, что ты хочешь сделать? Она посмотрела на него, и Гарри увидел решимость в её глазах. — Мы доверили этим людям наши жизни, мы любили их, как родных, а они нас предали. Уизли, Орден, Дамблдор — они должны заплатить, Гарри. Теперь предельно ясно, что магический мир никогда не изменится, они никогда не будут думать о ком-то, кроме себя. Они использовали нас, Гарри, и теперь настало время платить по счетам. Гарри кивнул, они взяли по флакончику, откупорили их и одновременно выпили зелья одни глотком. И тут же упали на пол, сжимая головы руками — мучительная боль пронзила их тела, заставляя кричать. А Волдеморт наблюдал за ними со злобной усмешкой на лице, и только одна мысль крутилась в его голове. «Я выиграл, Дамблдор. Я победил».