Crystal lacrimis

Метатрону не привыкать терять. Из этого, в общем, состоит его жизнь. В прочем, всё в этом мире закономерно. Если сейчас ты теряешь, то в будущем обязательно обретёшь что-то новое. Он всегда теряет много. Например, мать. Он грустит, но приходит отец, такой ласковый, добрый и любящий. Его окружают заботой, восполняют потерю, и Метатрон думает, что замена одного родного человека другим весьма неплоха. Когда с жизнью расстаётся отец, он не плачет, сжимая похолодевшую от поцелуя смерти руку. В его глазах отражается солнечный свет, когда он смотрит на голубое безоблачное небо, а мужчина с небритым лицом и мозолистыми руками крепко сжимает неровный черенок лопаты, забрасывая деревянный гроб влажной землёй. Она липнет к ботинкам, пачкает ткань брюк и с мерзким глухим звуком падает на крышку. Метатрон чувствует лишь лёгкое сожаление от потери, и уходит, не дожидаясь конца погребения. Ему больше ничего не остаётся, кроме как ждать очередную замену. Время течёт быстро, и юноша становится мужчиной. Он не работает в каком-то определённом месте и предпочитает труду физическому труд умственный, пропадая в местных библиотеках днями и ночами. Он подвергается осуждению людей за то, что спит как с девушками, так и с парнями и не скрывает этого. Тем не менее, его охотно нанимают совершенно на все должности, платят довольно приличный оклад и точно так же вышвыривают при первой возможности, обдирая до последней копейки. Метатрон, будь он хоть с ног до головы в грязи и помоях, с пустыми карманами и без котомки на плече, продолжает улыбаться всё так же ясно и жизнерадостно, как будто является хозяином этой жизни. Этот знойный молодой человек продолжает жить по правилу, выученному с детства: после потери всегда следует приобретение. Он теряет много и одновременно ничего. После похорон одного друга, на которых он стоит с деланным сочувствием и переживанием, следует свадьба другого. После потери медной монеты он находит пять золотых. И так продолжается до бесконечности, что начинает надоедать своей монотонностью. Пока не появляется ангел. Метатрон встречает его не случайно: беловолосый женоподобный юноша листает книгу, стоя рядом с его обычным местом для чтения. У него перехватывает дыхание и сохнет во рту, и почему-то сомнений в том, что перед ним не человек, а кто-то намного превосходящий его, не возникает совсем. Юноша отрывается от чтения, и в вишнёвых глазах Метатрон видит неподходящую для его облика мудрость и усталость. -Здравствуй, - говорит он отчего-то совершенно обычным мальчишечьим голосом, но от него Метатрон чувствует себя как-то…особенно. -Я слышал, ты весьма начитан и знаешь толк в военном деле, - продолжает незнакомец, и он зачарованно кивает, подтверждая сказанное. –Меня зовут Михаил. -Метатрон, - выдыхает человек, когда пожимает протянутую руку. Ему кажется, что от юноши веет чем-то неземным, чистым-чистым, и он старается как можно быстрее прервать затянувшееся рукопожатие, чтобы, не дай Бог, не очернить, не испачкать. -Поговорим? *** -Пойдёшь со мной? С их знакомства проходит всего-то месяц, но Метатрон готов кинуться за Михаилом хоть в пучины горящего Ада, лишь бы угодить. -Куда? Они встречаются каждый день в разных местах и с лёгкостью подбирают темы для разговоров, столь же различных, как и они сами. Однако, это не мешает им наслаждаться (как кажется Метатрону) обществом друг друга. Берег реки, уединённый от посторонних глаз, становится их излюбленным местом. Михаил сидит рядом с ним, прислонившись хрупким плечом к нему, а Метатрон тайно любуются чётким отражением в воде, запоминая нежные черты лица. -На Небеса. Я вознесу тебя. Метатрон тонко улыбается глупым словам и по-птичьи склоняет голову, стараясь рассмотреть выражение лица Михаила. Его губы сжаты, а в вишнёвых глазах плещется решимость и, наверное, тайная надежда. -Покажи крылья, - вместо ответа просит Метатрон и ждёт. Михаил смотрит загнанно, будто прижатый к стене, мнётся в сомнениях, но отрицательно качает головой: -Не могу. -А если я соглашусь? -Тогда… возможно. Улыбка на устах Михаила расцветает подобно первому подснежнику, и Метатрон чувствует, как влюбляется ещё больше. -Если ты хочешь точный ответ, то и мне нужно однозначное согласие. Михаил хмыкает, но говорит с заметным азартом: -Хорошо. Ты увидишь мои крылья, если согласишься. -А вы, однако, искуситель, архангел Михаил, - Метатрон ненавязчиво сжимает изящные пальцы в своей грубоватой ладони и проникновенно заглядывает своему ангелу в глаза. –Боюсь, я не смогу устоять перед такой заманчивой перспективой. Ваша взяла. …Крылья у того просто волшебные и совсем не похожие на те, что он часами рассматривал в книгах. Они роскошно белого цвета и кажутся невероятно мягкими. -Хм, не помню, что разрешал их трогать, - недовольно морщит нос Михаил, но не делает попыток отстраниться или хоть как-то помешать прикосновениям. Метатрон никак не реагирует на справедливое замечание, продолжая изучать крылья, пока чужие губы касаются его лба в целомудренном поцелуе. -Так надо, -невозмутимо поясняет Михаил, покрываясь еле заметным румянцем. – Нам пора. Потом насмотришься. У тебя будут точно такие. -Позволь… Он не договаривает, не дожидается согласия, и всё равно касается любимых губ в целомудренном поцелуе. -Думаю, так будет эффективнее, - невозмутимо поясняет уже Метатрон, пока Михаил задыхается от такой наглости. *** Он теряет свою человеческую жизнь на двадцать четвёртом году, взамен обретая новую, бессмертную. Метатрон следует за Михаилом постоянно, поэтому достигает чина архангела довольно быстро. Михаил всё так же холодно-прекрасен, но продолжает смягчаться при виде своего нового помощника. Столетия тянутся медленно, а Метатрон начинает бояться, наверное, впервые. Он ровным счётом ничего не теряет, но приобретает всё в двойном объёме. Это напрягает, действует на нервы. Метатрон успокаивает себя тем, что теперь он больше не человек, и привычный ход будней изменён, но беспокойство с каждой секундой увеличивается с геометрической прогрессией. В надежде заглушить свой страх, он начинает заниматься тем, что получается у него лучше всего: плетёт интриги, создаёт заговоры и обольщает неприступного Михаила. Последнее даётся труднее всего, но архангел с каждым разом сдаёт позиции, и Метатрону становится не до шуток. Михаил выглядит уставшим, немощным и беспомощным, и юный архангел с паническим страхом осознаёт одну простую истину: ещё немного, и всё. Поэтому он увеличивает свой напор, предлагает выспаться к месту и не к месту, раздражая уже не только Михаила, но и весь Круг. С интригами и заговорами дела обстоят куда лучше, но это уже не радует так, как радовало раньше. Он вяло продолжает просчитывать дальнейшие ходы и предугадывать действия, искусно скрывается за маской доброжелательности и спокойствия и делает вид, что всё в порядке. Ночью же его будит чувство необъятного ужаса. Метатрон лишается сна и меняет его на удушающий страх. Пожалуй, это единственный раз, когда он действительно не рад сложившимся обстоятельствам. *** Метатрон устало смотрит на то, что происходит, от части, по его вине. Войны, войны, войны. И Михаил. Воспрявший духом, но осунувшийся и будто постаревший. Всё такой же любимый, но изменившийся до неузнаваемости. В его руке появляется меч, и он первым бросается в атаку. В нём не кипит азарт битвы как раньше, лишь бьётся беспокойная мысль: «Не поранить». Он не понимает зачем нужна эта бессмысленная дуэль, но до сих пор готов потакать капризам Михаила, поэтому отражает удар за ударом и наносит свои в полную силу. Они сплетаются в звенящем танце битвы, и жар сражений неожиданно охватывает его, когда Михаил разрывает ткань на его плече, и из царапины появляются маленькие капельки крови. Соблюдать осторожность. Быть внимательным. Действовать аккуратно. Всё проходит мимо него, и Метатрон видит отражение своих чувств в глазах Михаила. Он усмехается и атакует, атакует, атакует… Либо они умрут вместе, либо оба выживут. Другого не дано. *** У Михаила кожа отливает белизной, и Метатрону кажется, что тот сделан из мрамора. Он лежит на холодном камне, и его открытый лоб неимоверно хочется поцеловать, но Метатрон стоит, не в силах двинуться с места. Михаил поднимает руку, объятую призрачным свечением. Контуры пальцев стремительно размываются, будто художник пролил на холст воду. Метатрон на дрожащих ногах подходит к нему, присаживается на одно колено и сжимает дрожащую руку в своей. -Почему? Голос срывается, Метатрон переходит на шёпот. -Потому что он мёртв, - губы Михаила беззвучно двигаются, но Метатрон всё понимает, лишь сильнее сжимая практически растаявшую руку. –Моё желание исполнено. Всё закончилось. Метатрона обдаёт волной холода, а потом в лицо резко ударяет порыв горячего воздуха, и он вынужден зажмуриться. Когда же он вновь открывает глаза, перед ним лишь серый камень и в руке сжато белое перо. Кто-то говорит: «Спасибо». Возможно, ему это только кажется, но он всё равно улыбается и смотрит в чистое безоблачное небо. Здесь нет солнца, но его блеклый отблеск отражается в бардовых глазах. Он не плачет. Но одинокая слеза скатывается по щеке. А за ней ещё. И ещё. Он не плачет. Просто так получилось. *** Метатрону не привыкать терять. Но впервые он не знает, что сможет заменить его.