Наваждение

Он проживал в огромном доме, Где свет от ламп, огонь из плит. Имел места при гастрономах, Но как не взглянешь - все молчит. Она ж являлась агрономом, Жила вдовой в своей норе, Зато цвела, цвела весною... Любила жить в своем дворе. Любил он вид из окон шумный, Автомобили, город, дым Любил свободным быть, простым Иметь свой бизнес, хоть не крупный, Зато любил он вечер лунный - Смотреть на небо вместе с ней, Молчать, как мог и спать весь день. Они смотрели вместе в небо - Он - сквозь окно, а та - на крыше. Она страдала, он ей: "Тише..." И так прожили вновь все лето. "Прости, подруга, что далеки Мы скоро встретимся, ты слышишь?" "Обман и лесть - твои пороки", "Люблю тебя, пока ты дышишь". Они друг друга не любили, И вечно врали, - но зачем? Их корабли давно уплыли, Не нужно им таких ночей. Любовь и сила, страсть смелость, Обвила крепкая лоза, Любовь же их глаза в глаза... От сердца к сердцу протянулась И после смерти душ сомкнулась Они теперь - окаменелость. Свети же, чувств моих звезда! Она вдруг вспомнит все обиды И вновь ему письмо напишет... Не прозаично, но открыто. Она же в нем поддержки ищет: "Когда мне язвишь - небо падает, А если кричишь - то и звезды. Им не исполнить наши желания - Они невозможные просто. Когда ты уходишь, то ветер Летит за тобой, снося ивы, Которые плачут все вместе Со мной, принося себе гибель. Когда разбиваешь в осколки любовь, Земля расступается под поселением, Где когда то ты сделал мне предложение, От которого в душу вливается кровь. Твой холод - для всех катастрофа. Мы терпим, не чувствуя сердца, В стихах твоих бранные строфы, На картинах дьяволов лица. Ты сжигаешь те одуванчики, Что когда то дарил мне под маской. Кем ты стал, мой любимый мальчик? Переходишь границу на красный. Луна от неверности плачет, И душа моя рвётся на части... Что теперь твоя ревность значит? Сердце твоё чёрной масти. Ну вернись же, прошу, мой любимый, Довожу я себя до безумия. Стань ты тем, кого я любила. Останови своё вольнодумие" Но надо ль боль терпеть и мучить Себя напрасною тоской Бежать за теми, кто не любит? Не легче ль обрести покой?