Пять раз

Тэхён проснулся от шума океана и волн, разбивающихся о берег белой пеной, и ему даже казалось, что он слышал дельфина, или двоих где-то вдалеке. Перевернувшись в постели, чтобы проверить время на своём телефоне, взгляд Тэхёна уцепился за пустую вторую кровать, по соседству с его собственной. И без того большой номер отеля без присутствия Чимина казался гигантским. На часах пять утра и Чимин никогда не просыпался так рано. По крайней мере, Тэхён думает, что не просыпался до этого. Все мысли о том, чтобы вновь вернуться ко сну быстро улетучились, а вместо этого все внутренности сковало желание найти Чимина, быть с ним рядом. Только когда Тэхён сел на кровати он увидел силуэт Чимина, стоящего на балконе, обрамлённого в солнечные лучи, словно какой-то невиданной магией. Тэхёну отчаянно захотелось достать камеру и запечатлеть этот момент, потому что обычно Чимин сиял, даже если взглянуть на него со спины. Но сегодня что-то было не так. Чимин, который всегда держался прямо и уверенно (настолько, насколько его небольшой рост позволял), сейчас казался совсем щуплым и крошечным. Голова опущена, ладони с силой сжимали балконное ограждение, и если взглянуть достаточно пристально, можно заметить мелкую дрожь, сотрясавшую его тело время от времени. Теперь Тэхён был уверен, что он на балконе, потому что плачет. И, вероятно, Чимин вышел туда, чтобы не разбудить его. Но Тэхён всё равно проснулся, потому что всегда чувствует Чимина, потому что они соулмейты и они связаны. Тэхён поднялся с кровати, дал себе секунду прийти в полное сознание и пошёл на балкон. Открыв стеклянную дверь, он смог наконец рассмотреть океан, звук которого слышал всего несколько минут назад. Солёный воздух ударил в нос, он шумно и жадно вдохнул, чем напугал Чимина. — Тэтэ, — Чимин засмеялся и немного развернулся к Тэхёну лицом, ровно настолько, чтобы можно было скрыть волосами заплаканные глаза, — Ты напугал меня. Почему ты не спишь? — Могу спросить у тебя то же самое, Чиминни, — ответил Тэхён и подошёл ещё ближе. Он заметил, как Чимин отвернулся, притворившись, что разглядывает воду. — Отличный вид, правда? — Чимин шмыгнул носом, и утёр рукавом толстовки щёки, (Тэхён уверен, что слёзы). — Да, — Тэхён повернулся, чтобы взглянуть на Чимина и сделал глубокий вдох. — Что случилось, Чиминни? Почему ты плачешь? Чимин напрягся, отстранившись ещё дальше от Тэхёна. Это немного задело его. — Я не плачу. — Плачешь. Ты знаешь, что не сможешь скрыть это от меня. Тэхён повернулся к нему лицом. — Пожалуйста, поговори со мной. Чимин тяжело вздохнул, признав поражение, и повернулся, чтобы посмотреть на Тэхёна, его глаза налились кровью и слезы всё ещё струились по его щекам. Он снова утёр лицо рукавами, и его взгляд поймал Тэхёна. Тэхён мог бы солгать о своих чувствах, но он не будет. Его дыхание участилось, а сердце выскакивало из груди. — Я... потрясен? — отвечает Чимин, потупив взгляд на землю, двенадцатью этажами ниже, — Я не расстроен или что-то в этом роде, просто...я внезапно почувствовал много всего. Это даже не плохие эмоции, некоторые из них очень хорошие, но я хотел выплеснуть это, но, в то же время, я не хотел тебя будить, поэтому просто вышел сюда и… — Ну, я не сплю, — ответил Тэхён, как само собой разумеющееся, — Так что, может, просто поговоришь со мной, а? — Тут правда не о чем говорить. — Тогда поплачься мне. Всё на секунду замерло — под их ногами шумел океан, пение птиц создало фоновую музыку для этой маленькой сцены, ветер шептал Тэхёну слова поддержки — Чимин наконец полностью развернулся к Тэхёну, его нижняя губа дрожала, а глаза наполнились свежими слезами, он, не мешкая больше ни секунды, бросается в объятия Тэхёна. Тэхён среагировал быстро, обхватив Чимина в ответ. Он зарылся носом в сладко пахнущих волосах Чимина, нашёптывая, что всё в порядке, и каждые несколько секунд касался мягких прядей губами. Чимину не понадобилось много времени, чтобы успокоиться. Вскоре его рыдания превратились в тихие всхлипы, а потом и они сошли на нет. Когда это произошло, Чимин был первым, кто отстранился. — Ты очень красивый, — прошептал Тэхён, хрипло и низко, потому что это чистая правда. Чимин выглядел потрясающе, и он заслуживал того, чтобы ему это говорили. — Тэтэ, не говори такие вещи! — он заливисто смеялся, лица коснулся нежный розовый оттенок и он снова опустил глаза в пол. — Я не просто… я не просто говорю такие вещи, я имею это в виду, Чиминни. Ты прекрасный, добрый и удивительный, и то, что ты рядом, — это благословение для меня, и ты всегда точно знаешь, что нужно сказать, когда сказать это, даже как сказать это, и ты просто такой совершенный, и я так благодарен, что ты есть у меня, что иногда я плачу, и я... Тэхён взял Чимина за руки, переплетая их пальцы. — Тэхёни, тебе не нужно ничего говорить. — Но я хочу, — ответил Тэхён, — я хочу сказать, как много ты для меня значишь. Я хочу сказать, как сильно я люблю тебя. Я хочу сказать, почему я люблю тебя, и я хочу сказать как я тебя люблю, потому что я… Потому моя любовь, это не то, что обычно испытывают к лучшим друзьям… Это другое. Чимин сжал Тэхёновы пальцы крепче в своих ладошках, как будто подбадривая, чтобы продолжить разговор. — Я хочу держать тебя за руку, я хочу целовать твои губы, хочу водить тебя на свидания, и целовать твои щёки, и отдавать всю свою любовь, и целовать тебя в шею по утрам, и целовать твои губы... — Кажется, это ты уже говорил. — Вот, как сильно я хочу этого, Чиминни, это то, как сильно я хочу, чтобы ты был моим. У меня есть только ты, и я хочу, чтобы так было всегда, насколько вселенная нам позволит. Лицо Чимина полностью красное. Он прикусил нижнюю губу, опустил глаза в пол, и на его лице была та самая чудесная в мире улыбка и Тэхён отчаянно хотел поцеловать его. Тэхён хотел целовать его, пока не закончится воздух в лёгких, потому что слова не в состоянии выразить то, что он чувствовал. — Могу я поцеловать тебя? — Да. И он поцеловал. Наклонился к Чимину и оставил нежнейший поцелуй на пухлых губах. Чимину понадобилось совсем немного времени, чтобы поцеловать его в ответ с таким пылом, что у обоих закружилась голова. Поцелуй не идеальный. Им обоим потребовалось несколько секунд, чтобы поймать ритм друг друга, пара попыток, чтобы найти то самое положение головы, но поцелуй всё ещё кружил им головы. И им обоим нравилось это. Когда они наконец отстранились, прижавшись друг к другу лбами, пальцы всё ещё переплетены, а тяжёлое дыхание отдавалось на губах друг друга. Они провели так какое-то время, а затем Тэхён рассмеялся. Они смеялись так чисто и искренне в компании друг друга, потому что оба чувствовали себя дома в этот момент больше, чем когда-либо. — Я так долго пытался тебе всё сказать, — прошептал Тэхён. — Тебе не нужно было, Тэтэ. — Я очень хотел.