byun baekhyun's forbidden fruit

Вот стоит мужчина... на дне пропасти, которую он сотворил. 《 SYML — The War 》

По иронии судьбы, в этом мире у каждого есть пара, от которой, если отказаться, ровными линиями на груди у обоих вырисовывается чёрный крест, именуемый «частично одинокий». В этом мире люди не связаны идентичными буквами на разных участках тела или же массивными рисунками, что сколько ни старайся, сколько не три жёсткой губкой — не смываются. Ритм живого сердца, что острым клинком режет пелену тишины, пуская внутри человека множество порхающих бабочек — любимейшая мелодия второй половинки и тот механизм, что тонкой красной нитью плетёт одно будущее на двоих. Идеально, не правда ли? Но, как говорится: бесплатных завтраков не бывает. Природа учла всё в построении мира и зародившейся в ней жизни до мельчайших деталей. Абсолютно всё, кроме двух ключевых факторов: местонахождение так называемых «родственных душ» и возможности продолжения рода для однополых пар. Забавно, ведь таких ближе к двухтысячным годам оказалось больше гетеросексуальных. Со временем эта реальность становится хуже и несправедливее по отношению к человечеству. Недопустимость привязываться к людям — яркий страх, блуждающий в мыслях любого соулмейта, который всё ещё не нашёл свою истинную пару среди семи миллиардов с половиной. «Рождены одиночками в ожидании кого-то» — таких называют «дефектными», таких никакая терапия не исправит.

***

Когда в сознании Бэкхёна начинается дождь из вопросов, он льёт, не переставая, до самого утра. Очередной сон, в котором ему не удается спасти жизнь пациенту, будоражит смутным воспоминанием его разум. В каждом кошмаре, словно в театральной пьесе, Бэкхён играет свою роль до самого конца. Вместо аплодисментов слух режет пронзительный женский крик, следом слышится глухой удар хрупкой ладони. Просыпаться в холодном поту — давняя привычка Бэкхёна. В груди колет обида вперемешку с моральной усталостью. Он ошибся всего лишь один раз, но будет сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Мужчина тяжело вздыхает, пытаясь нащупать где-то на столе вибрирующий телефон. Сон как рукой сняло вместе с выключенным надоедливым будильником. Волосы пепельно-русого цвета неприятно липнут ко лбу, его глаза сильно зажмурены, а на лице еле заметная глупая улыбка. «Снова», — думает он, пытаясь перевернуться на другой бок, чтобы скрыться от ярких лучей солнца. Свет ослепителен, но так тепло и приятно греет белоснежную кожу. Понедельник, пять утра. Лухан снова отомстил папе за непрочитанную сказку и несостоявшийся поцелуй в щёчку вчера вечером. Бэкхён возражать не имеет права. Его сыну недавно исполнилось шесть лет, и он пока понятия не имеет, какая у отца профессия и почему звонок главврача важнее даже его дня рождения. Мужчина не раз пытался вбить в маленькую голову, что основная задача кардиохирурга — спасать жизни, дарить людям второй шанс, расплачиваясь за это драгоценными часами сна и нервными клетками. О последнем Лухану знать не обязательно, это Бэкхён говорит уже самому себе вечерами, пока читает у камина книги, связанные с медициной. Однако сын, даже если и является тихоней во время поучительных лекций и чтения, на самом деле тот ещё мститель после. В итоге горе-хирург уже две недели подряд встаёт в пять утра. Несмотря на то, что оба молча объявили друг другу холодную войну, они не могут бесконечно обижаться. Первым, чисто из отцовской солидарности, сдаётся Бэкхён, ведь чьё сердцебиение, если не Лухана, спящего на его коленях, скинет моральное бремя с расцарапанных плеч. Как бы странно ни звучало, но пульс сына он любит больше какой-либо другой песни из тех, что успел услышать за всю свою жизнь. Крепкие руки Итыка, лежащего за спиной хирурга, держат его в плену теплых объятий. Он громко сопит и моментами вздрагивает. «Неужели очередной кошмар?» — риторический вопрос, каждый раз возникающий в мыслях Бэкхёна, что успокаивающе гладит чужую, покрытую выступающими венами руку. Его тело — плюшевая игрушка возлюбленного, который даже сквозь сон не позволяет ему покинуть мягкую кроватку до тех пор, пока сам не проснется. Бэкхён понимает, что эту «муку» ему терпеть ещё как минимум два часа, ведь Итык спит богатырским сном, и даже мимо проезжающий фургончик мороженого его не разбудит. Уже который раз мужчина обречённо вздыхает. За несколько минут он насчитывает целых тридцать шесть чёрных точек на потолке и осознаёт, что стоит начать пинать Итыка наконец заняться их истреблением, ведь Бэкхён совсем низкий, не дотянется, да и желанием не горит. Очередная попытка выпутаться из одеяла или хотя бы скинуть с себя тяжелую ногу блондина завершается неудачей. Порой это чудаковатое собственничество Итыка совсем не играет Бэкхёну на руку, но он любит своего партнёра по-настоящему и готов мириться с подобным отношением. Ведь нет ничего плохого в том, что тобой дорожат, тебя боятся потерять и ценят. «Человеку нужен человек», — совсем тихо бормочет Бён себе под нос спустя полтора часа. Этими словами он успокаивает себя и отгоняет прочь мысли о том, чтобы зарядить супругу нехилую такую пощёчину: может хоть тогда проснётся. ㅤㅤㅤ— Человеку нужен правильный человек, — в самое ухо шепчет Итык, заставая Бэкхёна врасплох. — Ты опять специально не разбудил меня, и я уже который раз точно опоздаю на работу. ㅤㅤㅤ— Сам только десять минут назад глаза открыл, — прыскает он в кулак. ㅤㅤㅤ— Врёшь и не краснеешь. ㅤㅤㅤ— Можешь не верить, больно надо, — поспешно надевает халат Бэкхён, поднявшись с постели. — Сегодня, вообще, твоя очередь отвозить Лухана в садик, но, видимо, мне снова придется тебя выручить. ㅤㅤㅤ— Скидывать всю вину на меня в твоём стиле, — широко улыбается Итык, пока выбирает рубашку. — Красная или голубая? Лучше бабочку или галстук? ㅤㅤㅤ— Красная с чёрным галстуком. ㅤㅤㅤ— Отличный выбор. ㅤㅤㅤ— Жду тебя внизу через пятнадцать минут. Не забудь проверить Лу и, если он спит, разбуди, а то мы так все дружно опоздаем, — кидает Бэкхён через плечо, выходя из комнаты с журналом в руках. — Пятнадцать минут, Итык, а не два часа. К девяти тебе на работу. ㅤㅤㅤ— Да-да, — отмахивается он, развалившись на кровати в позе морской звезды.

***

Бэкхён спускается на первый этаж и лениво плетется на кухню, попутно разминая руки. Пару раз моргнув, он наконец-то фокусирует свой взгляд на настенных часах. Увиденное не радует Бэкхёна, поэтому он в спешке обходит кухонный стол и барную стойку, дабы побыстрее что-нибудь приготовить. Оглянувшись, Бэкхён осознаёт, что вчера ночью, пока он в очередной раз отсутствовал, Итык снова психанул из-за какой-то несостыковки на работе. Всюду небрежно раскиданы листы бумаги, открытые папки и несколько его калькуляторов. Он даже успевает наступить на какой-то договор, после тихо пискнув. «Вряд ли Итыку это понравится». — поднимает с пола лист с отпечатком собственной ступни Бён, затем пряча его под кучей остальных. Руки немного онемели от того, что мужчина несколько часов лежал неподвижно в объятиях мужа. Бэкхён игнорирует ноющую конечность и принимается убирать всю эту бумагу хотя бы со стола, а то завтракать на полу как-то не комильфо. Спустя целых десять минут, когда гора макулатуры оказывается в далеком углу комнаты рядом с кактусом, Бэкхён выдыхает с облегчением. Протяжно зевнув, он оборачивается, чешет затылок и начинает рыться в полупустом холодильнике. Веки слипаются, а сам мужчина еле держится на ногах от усталости. Прикрыв ладонью очередной зевок, он мысленно даёт себе обещание впредь больше не злить маленького проказника, что таинственным образом каждый раз заводит будильник на пять часов утра. Бэкхён никогда не решает вопросы касательно своего мальчика силой. Они с Луханом всегда разбираются посредством коротких поучительных бесед у камина. Временами Бэкхёну кажется, что сын с ним всегда соглашается только для того, чтоб эта мука быстрее закончилась. Действительно. Разве кому-нибудь нравится, когда морально подавляют? Мужчина спешно моет овощи, глазами выискивая на верхней полке среднюю кастрюлю. На самом деле, Бэкхён редко готовит и, кажется, множество рецептов уже даже забыл. Его самого это не радует, но что поделаешь? В любое время Чунмён может вызвать в больницу для очередной операции, которая не терпит отложений. Бён считает, что жизнь человека важнее завтрака, обеда, дней рождения, да и вообще чего угодно, и он несомненно прав. Шторм — самое подходящее слово, которое могло бы описать юность Бэкхёна. Именно тогда он ощутил на собственной шкуре, каково это — чуть ли не потерять родителя. В шестом классе, когда мальчик был в школе, папа звонил ему несколько раз, но Бэкхён не брал трубку, а после шестого звонка и вовсе выключил телефон. Он ненавидел себя за то, что не отказался продолжить игру в футбол вместо того, чтоб просто ответить на звонок. Чувство вины поедало его изнутри всё больше с каждым днём, проведенным в палате рядом с папой, что лежал в бессознательном состоянии. Мужчина очнулся через две недели: слабый, бледный, одной ногой в потусторонний мир. «Красивый труп с живыми глазами» — как-то неудачно подшутила над пациентом медсестра у регистрационной. У господина Бёна редчайшая группа крови. Ему обещали месяц перед неизбежным или операцию и спокойную жизнь минимум до сорока лет, если найдется подходящий донор. Шанс снять у папы с головы терновый венец и вместо него надеть нимб выпал Бэкхёну. Грехи ребёнка унесло осенним ветром сразу же после операции в конце ноября. Но простить себе столь глупую ошибку, из-за которой платой могла стать чья-то жизнь, оказалось задачей не из простых. Бэкхён знал: «Люди рождаются, чтобы умирать, и умирают, чтобы возродиться». Вот только не столь омерзительной кончины он хотел для своего родителя. Последствия инцидента давили на хрупкие плечи до пятнадцатого дня рождения, когда господин Бён подарил сыну три книги по человеческой анатомии. На первой странице одной из них аккуратным почерком папа написал ему коротенькое, но очень важное послание: «Я верю, ты спасёшь много жизней».

***

Кусочки говядины тушатся в кипяченной воде. Бэкхён поспешно режет овощи для своего фирменного салата, без которого не обходится ни один завтрак. Это блюдо больше него любит только госпожа Пак — мама Итыка. Вспомнив, с каким трудом он смог поделиться рецептом, Бэкхён тепло улыбается. Большая ладонь внезапно опускается на его левое плечо, отчего мужчина невольно вздрагивает. Руки аккуратно проникают под ткань белого халата, нежно лаская затвердевшие соски. Бэкхён тает, поддаваясь ласкам мужа, и с трудом сдерживает эмоции. Итык в курсе всех его эрогенных зон и активно пользуется ценными данными, каждый раз заставая врасплох. Когда руки опускаются ещё ниже, задевая резинку боксеров, мужчину пришибает током. Бэкхён локтем пихает блондина в живот, затем испепеляя его недовольным взглядом. ㅤㅤㅤ— Итык, не забывай, что мы не одни, — он безрезультатно пытается вырваться из крепкой хватки. ㅤㅤㅤ— Я пару минут назад проверил. Лу спит, так что мы можем спокойно... ㅤㅤㅤ— Папа! — раздаётся по всему дому игривый детский вскрик. ㅤㅤㅤ— ... позавтракать, — обреченно вздыхает Итык, медленно отходя от Бэкхёна. Мальчик выбегает на кухню с улыбкой до ушей, застав родителей в неловком положении. У него в руке фигурка G-Dragon-а эры «MADE». Лухан хочет похвастаться, что ему наконец-то удалось переодеть айдола и надеть ему парик другой куклы — CL, но тут же забывает о своей затее. Прищурившись, он чувствует неладное. Его папа нервно режет лук, с трудом сдерживая слёзы, пока отец громко смеется над ним. Эти двое что-то от него скрывают. ㅤㅤㅤ— Оте-е-ец, будешь снова дарить папе цветы в вашей комнате? — Лухан скрещивает руки на груди, дожидаясь ответа. — Вы никогда не показываете мне букеты. — дует губы мальчик. ㅤㅤㅤ— Какие цветы, Итык? Чему ребёнка учишь, а? — хлопает мужчину по плечу, затем впиваясь ногтями в ткань чужого пиджака. ㅤㅤㅤ— Как чему? — нервно трёт ладони обеих рук. — Я учу Лу полезным вещам, например, что нужно дарить цветы своему соулмейту. ㅤㅤㅤ— Нашему сыну только недавно исполнилось шесть лет, — закатывает глаза Бэкхён. — Он толком не знает про «родственных душ». ㅤㅤㅤ— Чем раньше, тем лучше. Пару минут Бэкхён недовольно косится на своего мужа, не зная, что ответить. Итык всегда красноречив в своих выражениях. Он умело завуалирует каждую пошлость за никем не тронутым двухсторонним зеркалом. Итыка учили профессионально обманывать. Делать это настолько искусно, чтоб верилось самому. Спустя несколько лет упорного труда из него вышел почтенный депутат со светлым будущим. Его мысли — вялый букет, а слова для них — эликсир возрождения. Улавливая на себе недоуменный взгляд двух пар глаз, Бэкхён сдаётся, выдохнув: ㅤㅤㅤ— Ладно, уважаемый мастер пикапа, с тобой у нас будет отдельный разговор, — затем он поворачивается в сторону мальчика, что так и не отошел от дверного косяка. — Лухан, садись за стол, покушаешь, а потом в садик. ㅤㅤㅤ— Па-а-а, не хочу, Фехун снова будет меня доставать, — его глаза молят о пощаде. ㅤㅤㅤ— Обещаю, что мы проучим Фехуна, — мужчина прокашливается. — то есть Сехуна, а сейчас кушать. Итык и Лухан садятся за стол друг перед другом, хихикая в ладони, в то время как Бэкхён наливает им чай со вкусом клубники, ставит две тарелки с шоколадными печеньями и готовый салат. Он мечется туда-сюда в поисках дел, успокаиваясь лишь тогда, когда Итык осторожно хватает его за руку, намекая, что стоит передохнуть. Бэкхён сначала непонимающе смотрит в глаза мужу, а потом всё же садится, желает приятного аппетита и начинает есть. Чаще всего они едят молча, довольствуясь тишиной и спокойствием. Их разговоры за столом обычно ограничиваются лишь просьбами что-нибудь передать. По сравнению с остальными, Лухана сложно назвать поклонником столь необычного, как он думает, ритуала в их семье. Мальчик любит болтать обо всём на свете, узнавать много нового, чтобы потом было чем похвастаться перед ребятами и утереть нос Сехуну и Минсоку. Из всех ребят в садике Лухан больше всего ненавидит Сехуна, потому что тот никогда не оставляет его в покое, крадёт обеды и пачкает одежду. ㅤㅤㅤ— Па-а-ап, расскажи мне больше про «соулмейтов»? — глаза мальчика блестят в предвкушении. Этот вопрос застаёт Бэкхёна врасплох. Про «родственных душ» он знает на уровне своей профессии, однако никогда не испытывал на собственной шкуре те чувства, что в мельчайших подробностях описаны в книгах. Бэкхён живёт знаниями и уверенностью в том, что Итыка он любит, а его сердцебиение ему нравится. Вот только это чувство нельзя назвать связывающей нитью двух «родственных душ». «Нравится» недостаточно для того, чтобы насладиться своим партнёром и жизнью в полной мере. Бэкхёна мучают мысли не о связи соулмейтов, а сомнения. С одной стороны его пара, предназначенная высшими силами, уже тридцать второй год не заявляет о себе, а с другой — никогда не бывает поздно. Мечтатель внутри Бэкхёна на грани смерти. У него любящий муж, подающий большие надежды сын, успешная карьера, деньги, одним словом — всё и одновременно почти ничего. Порой не хватает ощущений. Временами интересно узнать, каково это — слушать сердцебиение, предназначенное судьбой одному тебе. Тяжело говорить о том, в чем ты не до конца уверен, но собравшись с мыслями, Бэкхён отвечает: ㅤㅤㅤ— Ну-у-у, этот как лучший друг, только больше, — он отводит взгляд в сторону. ㅤㅤㅤ— Это как вы с отцом? — широко улыбается Лухан. Кажется, Бэкхён перестаёт дышать, когда с губ мальчика срывается вопрос, которого он давно избегает. Глаза смотрят в одну единственную точку, а сердце, что обильно истекает кровью вперемешку с болью, грозится выпрыгнуть из груди. Перед ним словно открывается таинственная дверь, перейдя за порог которой, Бэкхён наконец-то скинет тяжелейший камень с души. Никто не мешает ему рассказать Лухану всю правду, только он не может. Его сын — маленькая звёздочка на пустом небе, что гаснет от тяжести несправедливой реальности и, в конце концов, возродится, но только уже другим человеком. «Слишком рано ломать детские мечты». — каждый уважающий себя родитель поддержит в этом Бэкхёна. А врать сейчас крайне необходимо, пусть в будущем за свою трусость придется крупно заплатить. Мужчина сглатывает ком в горле, не смея проронить и слова. Итык смотрит ему в глаза, пытаясь уловить хотя бы одну мысль супруга, но в ответ ничего не получает. Его рука накрывает мелко дрожащую бэкхёновскую в знак поддержки. Итык обманывает стольких людей ежедневно с тех пор, как заполучил место в Парламенте, но сейчас, видя широкую улыбку на лице собственного сына, это кажется невыполнимым испытанием. ㅤㅤㅤ— Да, Лу, мы с твоим папой соулмейты, — уверенно отвечает Итык спустя несколько мгновений. Бэкхён мысленно благодарит мужа, а с другой стороны — ругает, ведь на этом вопросы точно не закончатся. Их сын до жути любопытный, он буквально растет на знаниях и желании однажды обойти родителей и, может быть, улететь в космос, а ещё стать певцом, написать книгу, сочинить стихи. У Лухана много желаний и амбиций, что нормально для ребёнка, только он отличается от своих сверстников тем, что не просто мечтает, а пытается достичь поставленных целей. ㅤㅤㅤ— Как вы нашли друг друга? — спрашивает он, при этом поедая салат. ㅤㅤㅤ— По ритму сердцебиения, — выдыхает Бэкхён. — В мире у каждого оно уникальное, и твоя «родственная душа» обязательно узнает тебя, если вы столкнётесь. Достаточно прикосновения. ㅤㅤㅤ— А если моим соулмейтом может оказаться некто, вроде противного Фехуна? — хмыкает, высовывая язык. ㅤㅤㅤ— Тогда вы должны сгладить все острые углы, — Итык проводит рукой по пшеничной макушке, улыбаясь. — И кто этот Фехун, а? Чем же он тебе так насолил, что ты каждый раз о нём так плохо отзываешься? Лухан от злости краснеет, сам того не ожидая. Сехун — единственный во всей группе, с кем он не ладит. Парень всегда отбирает у маленького Бёна конфеты, пачкает одежду песком и высмеивает перед всеми его низкий рост. Лухан до сих пор не знает, чем заслужил подобное отношение к своей персоне, но и выяснить не пытается. Легче ударить, а потом слушать очередную лекцию папочки, чем унижаться перед Сехуном. Мальчик на долю секунды дует губы, а потом поспешно вновь принимается за салат, притворяясь, что не слышал вопросы отца. Громко смеясь, Бэкхён решает, что мужу стоит знать. ㅤㅤㅤ— Не Фехун, а Сехун, — хихикает он. — Просто мальчик шепелявит, вот Лу и дразнит его. Из всей группы они единственные всё никак не поладят. Каждый раз дерутся, — Бэкхён смотрит на сына. — Луханни, если ты и дальше хочешь учиться хапкидо, тогда не практикуйся на Сехуне. Госпожа О вчера звонила, и она была не в лучшем настроении. Прекрати бить хёна, обещаешь? ㅤㅤㅤ— Нет, — Лухан скрещивает руки на груди, гордо задрав носик. — Ещё чего, перед противным Фехуном унижаться. ㅤㅤㅤ— Это мой сын! — почти кричит Итык, не сдерживая эмоции. — Ничего страшного, любимый, они же дети. ㅤㅤㅤ— А теперь, будь добр, позвони госпоже О и скажи ей то же, что и мне, — вспоминает вчерашнюю ссору Бэкхён. ㅤㅤㅤ— Ой, это с ней ты вчера ругался? — его глаза увеличиваются в размере. — Ы-ы-ы, противная женщина, я пас. Лухан хочет поддержать отца, но Бэкхён неодобрительно мотает головой, затем кивая ему на холодильник, где на магнитике держится листок с желаниями мальчика на Китайский Новый Год: «Хочу велосипед и шоколадную горку». ㅤㅤㅤ— Итык, без двадцати девять. Мне кажется, или ты куда-то опаздываешь? — тонко намекает. — А ты разве нет, мистер? — обращается он к сыну. ㅤㅤㅤ— Нет, — как ни в чем не бывало отвечает Лухан, вытирая рот салфеткой, затем глядя на отца умоляющим взглядом. ㅤㅤㅤ— Не сработает, — шепчет Итык, поправляя галстук. — Твой папа непоколебим. ㅤㅤㅤ— А с тобой всегда срабатывает, — наигранно-обиженно бурчит Лухан. ㅤㅤㅤ— Что это у вас там срабатывает? ㅤㅤㅤ— Ничего-ничего, — он хватает с дивана сумку и телефон. — Позвони, как доберешься до Чонина, а Лу я сегодня забираю, — он не сдерживается и обнимает Бэкхёна, а затем и сына. — Люблю вас. ㅤㅤㅤ— Не думай, что отделаешься только этим, — кричит ему вслед муж, а потом забирает ключи от машины с комода. — Лу, надень кофту, бери рюкзак и в машину. ㅤㅤㅤ— Может не надо? — последняя попытка. ㅤㅤㅤ— Надо, маленький, выбора нет, — он успокаивающе целует его в макушку. — Беги давай, а то опоздаем.

***

Молодой человек в синем костюме заходит на территорию садика, крепко держа сына за руку, что плетется рядом не с такой уж и большой охотой. Работницы кланяются мужчине в знак уважения, некоторые слабо жмут руку, только в глаза никто не осмеливается смотреть. Почему-то люди считают себя никчемными рядом с опытным врачом, не желая тратить его время на себя впустую. Бэкхён же, в свою очередь, сдержанно улыбается каждому, автоматически кланяется в ответ и кивает, при этом не говоря ни слова. Он наклоняется к сыну и шепчет ему на китайском прибавить шагу, дабы не опоздать. Благодаря сложной и столь важной профессии, а также бесчисленным спасённым жизням, о Бён Бэкхёне наслышан весь город. Большинство жителей уважают его, не считая некоторых определенных личностей, которые невзлюбили мужчину совсем не из-за профессии. У Бэкхёна колкий и непростой характер. Он стоит горой за честь семьи и готов порвать любого, кто смеет оскорбить людей, что ему дороги. Однако есть те, которым угрозы и навыки Бёна в хапкидо не помеха. Среди них числится и госпожа О, от которой Бэкхёна сейчас разделяют несколько шагов. О Ли Мин — педагог в местном университете, кандидат наук и знающая себе цену женщина: высокая, красивая, с длинными чёрными волосами, большими карими глазами, а также первая и единственная жена О Мин Юна, декана того же учебного заведения, где сама преподаёт. У неё тяжелый характер и острый язык, но как стало известно на днях, у Бэкхёна он острее. ㅤㅤㅤ— Господин Бён, — ухмыляется она, — ваш сын ничего не хочет сказать моему? ㅤㅤㅤ— Во-первых, и вам доброе утро, госпожа О, во-вторых, кажется, вчера мы всё выяснили, — цокает Бэкхён, сжимая руку Лухана, который начинает злиться. ㅤㅤㅤ— Мой муж крайне недоволен поведением вашего сына. Из-за него у Сехуна фингал под глазом, — Ли Мин толкает мальчика вперед. — Скажите мне, разве это красиво? ㅤㅤㅤ— Во всяком случае, красивее поведения Сехуна. ㅤㅤㅤ— Да как вы смеете!? — кричит она. — Лухан пачкает одежду моего сына, крадёт его обеды, высмеивает перед всей группой из-за высокого роста, а у вас язык ещё поворачивается издеваться надо мной? Светловолосый мальчик стоит в недоумении. Всё, что сказала госпожа О — правда, но с точностью до наоборот, ведь это Сехун не оставляет Лухана в покое и портит ему детство неприятными воспоминаниями. Кончики ушей под пшеничными волосами краснеют от злости, а мальчик не знает, куда себя деть. Он еле дослушал недавнюю речь, а если этой мерзкой женщине поверят, Лухан точно не отвертится как минимум ещё от пяти таких же утомительных и скучных бесед у камина. Он поднимает взгляд на папу, который явно не торопится с ответом, а потом переводит его на Сехуна. Тот стоит в нескольких шагах перед ним и еле заметно улыбается. Мальчик в этой гримасе разглядывает хитрость. Пахнет местью, неприятный запах. ㅤㅤㅤ— Противный Фехун, вот почему ты врёшь? — вскрикивает Лухан. ㅤㅤㅤ— Меня не Фехун зовут, оленёк! — закатывает глаза брюнет. — Видишь мам, он меня даже при тебе обижает. ㅤㅤㅤ— Господин Бён, научите сына манерам. Его поведение возмутительно! ㅤㅤㅤ— Вот ради чего вы кричите, уважаемая? Я вас прекрасно слышу, а если вы не верите мне, то могу подойти ближе, — он уверенно шагает вперёд. — Надеюсь, сейчас вы уловите смысл того, что я скажу, но только не при детях. Бэкхён поворачивается всем телом к сыну. Тепло улыбнувшись, мужчина глазами указывает на дверь, прося выйти. За ним не торопясь следует и Сехун. Затем Бён возвращается в изначальное положение, стряхивая невидимую пыль с голубого цвета пиджака и поправляя галстук. На его лице ни одной эмоции, и он выглядит вполне спокойным, бесцветно улыбаясь. На самом деле, Бэкхён зол, возмущён и крайне опасен. Женщина перед ним обвиняет Лухана в том, на что он попросту не способен. ㅤㅤㅤ— Наши сыновья оба воспитаны должным образом, — мужчина показывает на доску почёта, где в первом ряду фотографии обоих парней. — Только ваш мальчик явно заинтересован моим, — в потрясении, Ли Мин открывает рот. — Поверьте, я тоже от этого не в восторге. ㅤㅤㅤ— Тогда как вы объясните фингал? ㅤㅤㅤ— А что тут объяснять? Сехун получил по заслугам, потому что сам обижает Лухана, — хмыкает Бэкхён, доставая телефон. — Доказать? ㅤㅤㅤ— Я вам верю, — машет рукой она. — И что нам делать? Они же дети. А вдруг окажутся «родственными душами»? Ох! Не дай Бог породнится с вами. Бэкхён закатывает глаза, скрещивая руки на груди. «Эта несносная женщина, как её муж вообще такую терпит?» — проносится в голове. ㅤㅤㅤ— Хоть в чем-то мы согласны, — бубнит он себе под нос. — Во всяком случае рано об этом думать, они ещё дети, сами ничего толком не осознают, да и я не верю, что наши сыновья предназначены друг другу судьбой. Беспокоиться не о чем. ㅤㅤㅤ— Поверю на слово, только поговорите ещё раз с сыном, пусть заканчивает драться с Сехуном. ㅤㅤㅤ— А ваш пусть выражает свою любовь, если она есть, правильно, — громко смеется Бён, хлопая в ладоши. ㅤㅤㅤ— Никогда больше так не шутите. Они выходят из класса одновременно, бегло целуют ошарашенных сыновей в макушку и со словами «Ведите себя хорошо» покидают здание. Бэкхён садится за руль белого «BMW i8», моментально скрываясь из виду за облаком пыли. На дороге он никогда не бывает осторожным. Мужчина позволяет себе гонять выше нормы по опустошенным дорогам и не только. Бэкхён питает страсть к гоночным автомобилям, зачастую рискуя попасть в аварию, но это никогда его не останавливает. Чувствовать текущий по венам адреналин — истинное удовольствие не для каждого. На данный момент скорость свыше ста километров в час. Это не мешает Бэкхёну вытаскивать из кармана брюк телефон и открыть переписку с Чонином. baekhyunee: Я скоро выйду на Мёндоне. Ты хотя бы дома?

kai's killer lips: Уже? Как так быстро?

kai's killer lips: Понял, тупой вопрос. Я в кафе напротив моего дома, «Universe».

baekhyunee: Скоро буду. Уже через пятнадцать минут он аккуратно паркуется перед кафе, в котором внутри, около окна, его ждёт Чонин. Бэкхён выходит из машины, на ходу поправляя пиджак, предварительно надев солнцезащитные очки. Мужчина толком не помнит, зачем Чонин позвонил ему вчера, почти умоляя навестить его, и почему он так быстро согласился на встречу, но всё же... Сначала стоит предупредить Итыка, а потом выслушать очередной бред друга. baekhyunee: Я на Мёндоне. Скорее всего задержусь у Чонина. baekhyunee: Кстати, разобрался с госпожой О, так что сегодня Лу должен придти чистый, счастливый и с деньгами при себе.

xxteukxx: Бедная женщина, мне её жаль xD

Бэкхён закатывает глаза, мысленно делая пометку о том, что поучительные лекции не помешают и Итыку. baekhyunee: Сегодня вечером у камина, любимый.

xxteukxx: Упаси боже. За поцелуй простишь? А за ещё один букет цветов?

Он мысленно бьет себя ладонью по лбу, следом отключает телефон, убирая его в карман брюк. Заметив Бэкхёна, Чонин встаёт со своего места, в спешке направляясь прямо в его сторону. Почему-то Бён не светится от радости также, как и Ким, которого можно легко спутать с солнцем. Мужчины не виделись почти полтора года из-за плотного графика Кима, который находился в японском турне, поэтому сейчас ему неловко перед другом. ㅤㅤㅤ— Привет, Бэкки! — почти вскрикивает он на всё кафе, кидаясь на ошарашенного мужчину с обнимашками. ㅤㅤㅤ— Мы не в старшей школе, Ким-убийственные-губы-Чонин, — нахмурившись, сквозь зубы ядовито проговаривает каждое слово Бён. ㅤㅤㅤ— Да ладно тебе. Как в старые добрые времена. ㅤㅤㅤ— Серьёзно, Кай? — ухмыляется он, доставая телефон и махая им перед лицом друга. — Как в старые добрые времена? Словно под гипнозом качающегося из сторону в сторону гаджета, Чонин вспоминает университетские дни, одновременно со всеми проигрышами в покер на желания. Ему не раз приходилось с красным от смущения лицом бегать голым по всему общежитию, при этом сверкая своим достоянием общества перед комендантом. Или лежать с переломом, после того как он ходил по улицам, предлагал людям групповой секс, а потом убегал от всяких амбалов, что в итоге его всё равно поймали и избили. Бэкхён, в свою очередь, как однокурсник безбашенного Кая, истинный лучший друг и обладатель «потрясающих» желаний, снимал всё на камеру и делал фотографии со всех возможных ракурсов. Избиение Чонина не входило в его планы, поэтому извинялся он долго, и в отместку ему самому пришлось побегать голым по всему Мёндону. Вот только Чонин, в отличие от Бэкхёна, не додумался наснимать компромата. ㅤㅤㅤ— Ладно-ладно, больше не буду, — бормочет он себе под нос. — Давай присядем во-о-он за тот столик, — Ким хватает друга за руку, уводя в нужном направлении и принудительно усаживая на деревянный стул. ㅤㅤㅤ— Что хочешь заказать? — высовывает он нос из меню, выгнув левую бровь. — Кстати, ты всё ещё не ешь сладкое? ㅤㅤㅤ— Конечно же не ем. Аллергию никто не отменял. ㅤㅤㅤ— Да не обижайся ты так, я же не могу всё помнить, — чешет затылок Чонин. — Так что ты будешь? ㅤㅤㅤ— Придёт официант, и я что-нибудь придумаю, — отнекивается он. — А ради чего мы собрались в столь скромном, для твоей персоны, месте? Ким обреченно вздыхает, вспоминая истинную причину, из-за которой он ежедневно пьёт литры кофе именно в этом заведении. Некоторые официанты уже даже не спрашивают у него заказ, а сразу приносят горький кофе. Большинство думает, что артист попросту устал, и так он лечится от сонливости, но не тут-то было... Знали бы они, что надежда на счастье у Чонина такая же горькая, как и напиток перед ним. ㅤㅤㅤ— Да я просто решил, что пора завязать. Нагулялся. ㅤㅤㅤ— А-ха-ха-ха-ха! — прыскает от смеха Бэкхён, вытирая слезу с правого глаза. — Серьёзно что ли? — Чонин перед ним даже не моргает. — Правда? Тут нигде нет скрытой камеры или диктофона? — он оборачивается, оглядываясь по сторонам. ㅤㅤㅤ— Бэкхён, я сейчас тресну тебя чем-нибудь тяжелым по голове. ㅤㅤㅤ— Просто скажи мне, кто этот бед- ㅤㅤㅤ— Здравствуйте, — вмешивается молодой человек, кланяясь. — Меня зовут До Кён Су, я администратор и по совместительству владелец этого кафе. На вас поступили жалобы, господин... ㅤㅤㅤ— Бён Бэкхён, — с гордостью отвечает он. ㅤㅤㅤ— Господин Бён, будьте сдержаннее, пожалуйста, — Кёнсу всем телом разворачивается к Чонину. — Вам как всегда, горький кофе? ㅤㅤㅤ— Конечно, — автоматически соглашается Ким, наблюдая за удаляющейся фигурой. Бэкхён несколько мгновений переводит взгляд с друга на барную стойку, за которой сидит администратор, и обратно. Чонин выглядит счастливее обычного, намного счастливее. Глаза предают все его чувства. Бэкхён хмурится, пытаясь вникнуть в суть увиденного и составить в голове логическую цепочку. Что-то тут явно не так. ㅤㅤㅤ— Что происходит? — недоумевает он. ㅤㅤㅤ— «Боже, извините нашего непутёвого сотрудника, пожалуйста, вам принесут другой кофе за наш счёт» – и Кёнсу покраснел, – я смог лишь выдавить глупую улыбку, кивнув. ㅤㅤㅤ— М-м, это многое объясняет, Холмс, — хмыкает Бэкхён. — А теперь переведи для Ватсона. ㅤㅤㅤ— Проще говоря, я хочу дотронуться до него, — шепчет Чонин. — Очень надеюсь, что он моя «родственная душа». Бэкхён не знает, как ему на это реагировать. Всё, на что он способен — молча глупо хлопать ресницами. Чонин, в свою очередь, наконец-то понимает — зря сказал, только надавил на больное, вскрывая старые раны. Выпив глоток только что принесённого кофе, Бэкхён осознает, что зависть, оказывается, на вкус до жути горькая. У всех людей вокруг него есть шанс встретить предназначенного судьбой, и только Бэкхёна обходит стороной любая возможность. Спустя тридцать два года есть ли вообще какой-либо смысл? Не суть. На данный момент только семья придаёт его жизни ценность. Бэкхён давно свыкнулся с мыслью: жить нужно мгновениями и в каждой адской муке надо искать частичку рая.

***

Серый «Lamborghini Centenario» останавливается у массивных железных ворот одного из самых дорогостоящих зданий в Южной Корее. На красной дорожке от входа до главных дверей стоят несколько репортёрш в изысканных длинных платьях, что вместе с остальными гостями ожидают виновников торжества, ради которых половина всех знаменитостей Сеула собралась на этот благотворительный вечер. Дамы с микрофонами в руках без устали комментируют наряды знаменитостей, при этом активно жестикулируя. Повсюду известные личности: от айдолов до СЕО и даже актёров, светящих своими драгоценностями перед множеством камер папарацци. В воздухе витает запах, полный напряжения и взволнованности. Дом в антикварном стиле принадлежит Ву Ифаню, владельцу Wu Inc. в Китае и половины акций компании своего мужа, Хуана Цзи Тао — Z.Tao Ent. в Южной Корее. Ифань построил это здание, опираясь только на эскизы своего партнёра, ещё в 2012 году в честь шестой годовщины со дня их свадьбы, а сейчас превратил многоэтажку в отель. Сегодняшний вечер не был организован в честь события, связанного с владельцами, а для поддержки кандидата в президенты страны и его сына, на которого возлагаются большие надежды. Из автомобиля неспешно выходит молодой человек под аккомпанемент восторженных криков, вспышек множества фотоаппаратов и поклонов в знак уважения большинства гостей. Высокий брюнет, одетый в изысканный чёрный костюм с брошью феникса такого же цвета около сердца, выпрямляется, демонстрируя красивое, в меру накаченное телосложение, при виде которого действительно трудно сдерживать эмоции. Он стоит неподвижно, бесцветно улыбаясь то в одну сторону, то в другую. На груди мужчина носит авторский аксессуар — символ вечного обновления и бессмертия от известного дизайнера бижутерии, хотя сам уже много лет не изменяет своим принципам, везде появляясь с серьёзным лицом и без единой капли иных эмоций. «Он погас». — слишком часто говорят политики, занимающие позицию на конфронтирующей с его отцом стороне. Однако никто не знает и не должен узнать, почему наследник крупной компании вечерами проводит взглядом из окна частного дома таких же одиночек, как и он сам, вместо того, чтобы уже наконец жениться. Никто не должен узнать, почему у него стеклянные глаза и хрустальное сердце. Не проходит и пяти минут, как перед ним появляется работник дома в соответствующем его должности красном костюме. Он достает из кармана брюк ключи, ожидая дальнейших действий юноши. ㅤㅤㅤ— Добро пожаловать на «**** 5th Anniversary Charity Gala Dinner», господин Пак Чанёль. — низко клянется шофёр, аккуратно забирая у почтенного гостя ключи от машины. — Надеюсь, вы насладитесь этим вечером в полной мере. ㅤㅤㅤ— Благодарю. — мужчина кивает, затем помогая и отцу выйти из машины.