Моя паническая атака от GUCCI

      ― Ну что, как слышно? ― Ваня сидел с ноутбуком на коленях и разговаривал с Мироном по Скайпу.       ― Прекрасно, ― улыбался Мирон. ― Как добрался?       ― Родители привезли меня сюда, а потом махнули во Франкфурт. Кажется, у них опять нормальные отношения. Ты был во Франкфурте на Одере? Мы проезжали мимо, я думал, что опять Питер.       Мирон только смеялся по ту сторону экрана.       ― Завтра начнутся мои занятия. Видел бы ты как тут круто, Мир. Я как будто в отеле, а не в клинике. Теперь ясно, чего батя предпочитает лечиться в частных учреждениях. Палата у меня своя, есть интернет, телек. Заряжаю телефон, готовлюсь использовать Гугл переводчик весь день.       ― Я рад, что тебе там нравится.       Ваня минутку помолчал.       ― Ну вот. Не успел приехать ― и уже скучаю, ― он стеснительно опустил взгляд. ― Надеюсь, что скоро буду дома.

***

      ― Привет, Мир. Привет Питеру из Германии. Хорошие новости: я не безнадёжен, ― Ваня светился, глядя в экран. ― Возможно, я опоздал, и тебе уже позвонила мама. Не шесть, а четыре месяца, Мирон! Но я расскажу, как тут живём. Просыпаемся, выкатываемся или выкатывают, а кто-то сам идёт, в холл, огромный такой. Делаем зарядку. Потом завтрак и по палатам. Далее осмотр врача, процедуры. И никаких тебе уколов, Мир! Ещё общение с психологом. Вот тут проблема, потому что я плохо говорю на английском, а это, типа, важная ступень реабилитации. Они обещали что-то придумать. В свободное время можно гулять по территории. Тут потрясающие аллеи. Видел фотки? Чего ты смеёшься, Мир? Во мне проснулась тяга к прекрасному. Вернусь и будешь со мной по Питеру гулять.

***

      ― Ты знал, что лёжа поднять и согнуть ногу это нереально сложно? Он мне такой «мув ё лег» а я ему «ват». Айдонт понимаю ю. Ну, потом-то я понял, что мне нужно пошевелить ногой. Твои уроки не прошли зря, Мироша. Как ты? Не скучаешь по преподавательским дням?       ― Я думаю подрабатывать репетиторством осенью. Сейчас многие литературой заинтересовались, спрос будет. Тут так без тебя тихо, Вань.       ― Что? Отвык? – рассмеялся парень. ― Ничего, вот вернусь и задам тебе! Будет тебе шуму, жидуля. А ещё прогулки по Питеру. Ты не представляешь, как я хочу ходить. Не важно, куда. Просто ходить.       ― Наконец-то, а то твою жопку от Наруто не оторвёшь.       ― Я бы попросил!

***

      ― Это прямой эфир, как слышно? Всем, кому интересно, как тут я, смотрите! Это дорожка типа беговой, но медленная. И что я делаю? Сейчас на неё встану! Сейчас поставим телефон вот сюда, чтобы было меня видно… Сползаем… Хоба! Я стою, товарищи. Я стою!

***

      ― Знаешь, что произошло после прямого эфира, Мирон? Я упал. И потом уже не смог ни шага сделать. Меня это пиздец подкосило, Мир. Как будто я на самый первый этап лечения упал.       ― Ванюша, зачем ты зацикливаешься на этом? Ты смог забраться на эту чёртову дорожку, я уже горжусь тобой! Всё, вытирай слёзы и спать. Завтра ты снова будешь заниматься, и, я уверен, сделаешь даже больше, чем сегодня. Я в тебя верю!

***

      ― Мирон, ― Ваня лыбился в экран, ― а ты помнишь, какой сегодня день?       ― Не надо, ― Мирон еле сдерживал смех.       ― Надо, Мирон Янович, надо. Я въехал в жопку вашей тачки, а потом вы получили на орехи от меня за то, что там её поставили.       ― Но-но, Ваня! Это ты начал беспричинно качать права.       ― Я уронил свои таблетки и разозлился, ― фыркнул Ваня.       ― Так, что набил мне фейс?       ― О да, Янович. А ты, падла, мне мстил потом.       ― Было за что. Между прочим, я прилично потратился, чтобы восстановить машину.       Ваня расхохотался в голос.       ― Вернусь, хочешь повторим?

***

      ― Ну что, к Новому году я буду в России. Знаешь, я уже пообвыкся тут, даже язык немного подтянул. Парня из соседней палаты зовут Марк. Прикольный чел, правда, я через раз его понимаю. Я понял, что он любит снимать летсплеи или ещё какую блогерскую хуйню. Знаешь, а Ютьюб это действительно способ подзаработать, как считаешь?

***

      – Сегодня ходил в бассейн и понял, что мне пиздец не хватает питерской хлорированной воды. Нет, правда. Хочу на родное болото, на родной район. Давай запишемся в бассейн. Это пиздатое занятие, ты знал?

***

      Мягкая европейская осень сменилась сырой питерской. Ваня в аэропорту поймал такси, попросил везти для начала по одному адресу, затем на Мойку. Мужик оказался хорошим и помог с Ваниными костылями. Закинув рюкзак на спину, Ваня побрёл по набережной, вдыхая знакомый запах реки и осени. С неба сыпала мелкая морось, на ноги и костыли то и дело налипали последние пожухшие листья. Ваня чувствовал, как ноет его тело после перелёта, как тянет в сон после смены часовых поясов, но всё равно был счастлив оказаться здесь. Он никому не сказал ни слова, что прилетает. Мирон сегодня ждёт его в Скайпе в двадцать два по Москве, там это восемь вечера.       Ваня знал, что ему предстоит ещё делать упражнения самостоятельно, расхаживать ноги. Он уже чувствовал, что норма на сегодня превышена, но упорно продолжал брести по набережной. Руки едва ли не сводило судорогой от напряжения, но он шёл. Шёл и думал, что скоро всё изменится. У него была безумная идея, но она должна была выстрелить. Для них с Мироном всё изменится.       И была ещё одна идея, которая родилась сиюминутно прямо в аэропорту. Подумав, Ваня свернул, держа путь к «ДЛТ».       Ему безумно хотелось увидеть родителей, показать, что он снова ходит, затусить с Глебом, даже можно пострелять. В мишени, разумеется.       Устав, Ваня сложил костыли и сел на лавку. Он был даже рад вымокнуть под питерским дождём. Парень закурил, не спеша, задумчиво. Подумать только, год назад, примерно в это время, он остался без крыши над головой из-за собственных глупых поступков. Начинало смеркаться. Нужно потихоньку двигать домой. Ваня понимал, что полчаса на ногах не выдержит. Но он встал, и, опершись на костыли, упрямо пошёл. Вот Мирон удивится!       Ваня поднялся на лифте и осторожно открыл дверь в квартиру. Держал сюрприз до последнего. Ноги ныли ужасно, но он не мог сдержать улыбки, вдыхая знакомый чистый запах.       Мирон выбрался в коридор, посмотреть, кто это осмелился отпереть входную дверь.       ― Ну привет, ― Ваня рискованно отставил костыли. ― Не ждал, жидуля?       ― Охуеть, ― выдал Мирон, позабыв все литературные слова. Мужчина прытко, как мальчишка, ломанулся через весь коридор. Обнял Ваню, кажется, даже приподнял в воздух. Они вместе повалились на косяк.       ― Мирон, ты поехавший! ― Ваня хохотал в голос. В шутку отбивался от Мирона, но тоже обнимал его. Мирон смеялся вместе с ним. ― Скажи уже что-нибудь, Мир!       Мирон вместо этого усадил его на стул. Стащил мокрую куртку, ботинки. Ваня просто сидел и улыбался.       ― Я пиздец скучал, Мир.       ― Я не могу поверить, ― наконец, начал говорить Мирон, ― не могу поверить.       Мужчина подал парню руку, и тот поднялся.       ― Я шёл от самой Мойки. Сам! ― глаза Вани горели. ― Представляешь?       Мирон отпустил руки и отошёл на шаг. Ваня продолжал стоять, только чуть-чуть пошатывался.       ― Я не могу поверить, Ваня.       ― А кто громче всех кричал, что в меня верит, дурында? ― Ваня улыбнулся. ― Мне ещё нужно делать упражнения. Не может он поверить, ― Ваня раскинул руки и покрутился. ― Вот он я... И я падаю!       Мирон аккуратно подхватил Ваню на руки и усадил обратно на стул.       ― Мне нужно к родителям! К Глебу! Пешком!       ― Не сейчас, Ваня, ― Мирон принялся гладить его волосы. ― Ты голоден? Давай закажем еды...       ― Если я напьюсь, сам меня по Питеру искать будешь, ― Ваня поднялся, ― пойдём.       Ваня шёл, опираясь одной рукой о стену. Его немного покачивало, но он шёл! Мирону снова захотелось потрогать его, чтобы удостовериться, что он реальный. Ваня зашёл в комнату Мирона.       ― Чёрта с два я лягу спать один, ― пояснил Ваня, а потом рухнул в кровать.       Мирон сел рядом, и, пока Ваня копался в телефоне, смотрел на него.       ― Это осень во Франкфурте. А смотри, какое здание вокзала крутое! ― Ваня показывал фотографии с телефона, но мозг Мирона был слишком возбуждён таким внезапным возвращением. Тем, что он может ходить. Снова. И, вот же он, Ваня, реальный, сидит и показывает фотографии, которые Мирон уже перестал воспринимать.       ― Эй, ты чего? ― Ваня внимательно посмотрел на Мирона.       ― Я тоже скучал.

***

      Когда приехал курьер, Ваня с Мироном выкатили столик и поставили его у кровати. Сначала еда располагалась там, но потом всё-таки перекочевала на кровать. Мирон разлил виски по стаканам и предложил выпить за возвращение.       ― Следующий тост мой, ― объявил Ваня чуть позже. ― Думаю, тебе стоит напомнить, кто твой муж. Это всё ещё я, ― Ваня гордо указал на себя. ― И, я уверен, ты скучал достаточно сильно. Поэтому, Фёдорова Оксана Яновна, позвольте вашу ручку.       С этими словами Ваня вытащил из кармана коробочку и торжественно протянул её Мирону, едва сдерживая смех.       ― Ваня, блин!       ― Давай ручку свою, Оксана, ― парень сцапал ладонь Мирона и надел кольцо на его безымянный палец.       Тот залпом осушил стакан.       ― А кольцо красивое всё-таки, ― мужчина посмотрел на свою руку. ― Откуда у тебя деньги на Гуччи?       ― Знал, жидуля, что глазки твои навыкате загорятся, ― улыбнулся парень, ― а на кольцо я заработал. Сам!       Ваня хохотал так, что чуть не подавился виски. Мирон налил в свой стакан ещё       ― С возвращением, Ванька. С возвращением.

***

      ― Я знаю, как выбраться из этого болота, Мирон, ― Ваня задумчиво курил на кухне, хотя, по-хорошему, курить там не стоило. ― И нет, я не о Питере. Я тебе рассказывал про Марка, помнишь? Не, я не полезу в летсплеи и блогерство, это всё параша полная. Музыка, чувак.       Ваня предупредительно махнул рукой, хотевшему было возразить Мирону.       ― Ты дослушай! Я долго думал и кое-что понял, ― Ваня затушил окурок, ― если ты будешь читать на полном серьёзе, это параша. Каждый второй якобы «рэпер» читает про то, сколько у него бабла и как он ебёт тёлок. Если это прокатило у Глеба, не значит, что это верный путь. Мы поспорили с ним на эту тему.       Ваня замахал руками. Он сходил за ноутбуком и поставил его перед Мироном.       ― Смотри. Я ебался с этим ну пару суток, не больше. Минимум бюджета, чёткий посыл. Да, может, текст и не ахти, но зато правдивый. Профит. Пусть другие вкидывают бабло в свои клипы. Из бухла у нас была только Балтика, её же пацаны получили в качестве гонорара. Думаю, это уже готовый продукт. Его можно смело заливать в инет.       Мирон задумчиво потёр голову.       ― Значит, вот где ты пропадал всё это время.       ― Да. Сорян, Мироша, я не хотел показывать сырой продукт, ― пожал плечами Ваня.       ― Ладно, посмотрим.       ― Вот умница, – Ваня поцеловал Мирона в макушку.       ― Господи, Ваня!       После просмотра видео Мирон некоторое время задумчиво молчал.       ― То есть, твой путь к успеху ― это Балтика, парадное и команда гопников? Прости, и «актуальная тема». Веб-панк, видимо, ебать какая актуальщина.       ― Так, ― Ваня прищурился, ― ты что, в меня не веришь? Ты считаешь это отстойным? ― парень отобрал ноутбук и сел с ним на стул. ― А я сейчас же залью это на Ютьюб!       ― Ваня, послушай! Это не отстой, но для определённой аудитории, если хочешь ― андеграунд. И неизвестно, как это воспримут люди.       ― Вот и посмотрим! ― Ваня яростно стучал пальцами по клавиатуре.       ― Вань, ну тут шансов пятьдесят на пятьдесят. Либо взлетаешь, либо падаешь. Вот я к чему. Ты к этому готов?       ― Знаешь, Мир, ― Ваня оторвался от экрана, ― ты, к слову, тоже пишешь. Давай, выдай уровень, раз мои текста отстойные. Готово, ― парень повернул ноутбук экраном к мужчине, чтобы тот видел залитое видео. Затем он поднялся. ― Я не шучу, Мир. Сожги свой диплом Оксфорда к хуям собачьим. Пиши тексты. Ты же писал, когда жил в Лондоне? Что сейчас произошло? У тебя скилл ебать как выше моего, а ты его закапываешь! Хочешь, чтобы я надрал тебе задницу? Воплотил в жизнь то, что ты променял на ебучие библиотеки? Чтобы я через месяц тебя на Ютьюбе видел, понял?       Мирон ошалело смотрел на раскрасневшегося Ваньку. Вспомнил своё детство, свою молодость. Вспомнил, как представлял себя великим русским рэпером. Что-то писал. Что-то казалось гениальным, что-то охуеть каким гениальным. Но Мирон считал это детским наивом, чем-то несерьёзным. Реальностью был диплом Оксфорда и работа. Писать треки ― не работа. Читать рэп ― баловство. Но что, если безумная идея Вани выстрелит?       «Вспомни, Мирон, как ты отчаялся с дипломом Оксфорда в одном кармане и дырой в другом. Вспомни, как легко ты сделал этот шаг. Ты вернулся домой в Россию, хотя тебе это казалось чистым безумием. Нужно принять своё безумие. Ты принял свою болезнь? Не поверил лондонским врачам с их биполяркой, а сейчас вполне себе уживаетесь. Чай пьёте, будто соседи. Ты не делаешь ставки, Мирон. Тут дело в другом. Выстрелит или нет. Выстрелит – хорошо, ползи наверх по головам. Вы с Ванькой по разным путям, в случае чего, не задавите друг друга на пути к славе. А нет ― работы полно, если руки-ноги есть и голова на месте».       Мирон неопределённо качнул головой и пошёл в коридор. Достал из самых далей кладовки обувную коробку, до самой крышки забитую тетрадями, да так, что крышка вздулась. Что-то да выстрелит.       ― Ладно, Ваня. Ты прав. Я ещё успею себя закопать. Сейчас у меня больше шансов выстрелить.       ― Удачи тебе, Оксимирон, ― усмехнулся Ваня.       ― Ты уверен, что с таким именем мне стоит лезть? ― спросил Мирон, задумчиво рассматривая коробку.       ― Ну, только если ты не будешь говорить, что это про Оксану и Мирона, ― шепнул ему Ваня на ухо со смехом. ― Скажи, что оксюморон. Парню из Оксфорда ― умное имя. Подумай на досуге, как это обыграть. Ты же головастик.       Мужчина посмотрел на Ваню и ничего не ответил. Он был так близко. Ваня, казалось, тоже это заметил. Он мягко улыбнулся, наклоняясь ещё ближе. Слишком неприличное расстояние.       Губы Мирона оказались невероятно тёплыми и чуть шершавыми.       ― Давно хотел это сделать, ― парень бесстыдно перебрался на чужие колени. ― Мирон?       ― М?       ― Теперь всё будет хорошо?       ― Теперь всё будет намного лучше, чем хорошо.