Со скверною в крови

      Старая дорога вела Стражей через пропитанные росой поля.       Солнце неохотно явило путникам свой светлый лик, чуть выглянув из-за сточенных ветрами почти до основания гор. За ними, на северо-востоке, и лежал эрлинг Амарантайн.       Башня Бдения должна была стать, помимо прочего, новым домом для Героев Ферелдена. Путь дал им время на столь необходимые разговоры — о судьбе страны, о восстановлении Ордена, о поисках лекарства от Зова… И об их будущем. Последняя тема не нуждалась в тщательном обсуждении: Алистеру было достаточно одной фразы, произнесённой Эдукан ещё в Денеримском дворце.       Иногда молодому стражу снилось её тёплое дыхание у самого уха, беззаботный смех и щекочущий шёпот:       «Моё место — рядом с тобой».       И он просыпался, окрылённый счастьем, в зарослях пшеницы, долго смотрел на занимающееся зарёй небо и округлое лицо спящей гномки; он думал о том, как легко дышится вдали от столицы, а в его глазах исходили пологими дюнами бескрайние золотые пески. Если Сайра — та самая, что тихо сопела, уткнувшись ему в бок — и вправду всегда будет рядом, то о чём же ещё просить Создателя?..       Светило вяло тянулось к зениту, когда двое остановились на отдых.       Земля была жёсткая, как после засухи, однако пышный травяной покров служил отличной подстилкой. Гномка достала из сёдельных мешков четверть сырной головы, краюшку свежего хлеба, завёрнутую в тряпочку, и какую-то склянку, разложила яства на скатерти. Отхлебнув из фляги немного ледяной родниковой воды, Алистер кивнул на банку:       — Вижу, ты снова припасла что-то интересное?       В путешествиях им и раньше порой попадались редкие ингредиенты для самых изысканных блюд, однако условия Мора и гражданской войны, мягко говоря, не позволили в полной мере насладиться кулинарными шедеврами. Чего скрывать — стражи ограничивались пустой похлёбкой да вяленым мясом, а всё остальное раздавали мирным жителям. Теперь же обстановка наоборот располагала новоявленных Героев Ферелдена к исследованию окружающего мира.       — Это нам на сладкое. — Эдукан лучезарно улыбнулась. — Не знаю, откуда в рыбацком посёлке взялось орлесианское лакомство, но я уверена, что это стоит попробовать.       — Ты меня заитриговала… А как называется этот загадочный деликатес?       Защитник разглядывал содержимое банки. Бледно-розовая масса на просвет становилась нежно-персиковой, напоминая необработанный янтарь.       — Это розовое варенье, Алистер.       Воин от изумления чуть не выронил десерт из рук.       — В Орлее едят цветы?! Никогда бы не подумал.       Гномка, добродушно рассмеявшись, придвинулась поближе к напарнику.       — Лелиана рассказывала, что там едят лягушек. — Заметив, как собеседник скривился при её словах, гномка снова прыснула со смеху. — А ты думал, почему Огрен никогда не подпускал её к котлу?..       Наевшись хлебом и сыром, молодой страж настороженно открыл стеклянный сосуд. Кушанье источало тонкий цветочный аромат, кое-где в нём были видны полупрозрачные лепестки. Столовых приборов с собой напарники не взяли, поэтому пришлось отломить два маленьких кусочка сыра и использовать их в качестве ложек.       Эдукан зачерпнула варенье и осторожно лизнула его кончиком языка. Сперва она лишь равнодушно пожала плечами, но потом, попробовав лакомство ещё раз, вдруг оживилась.       — Алистер, попробуй… Это такая вкуснятина! А с сыром ещё лучше!       Юноша недоверчиво покосился на розоватую жижу, но всё-таки окунул в неё свой кусок и отправил его в рот. Поначалу ему показалось, что он жуёт сахарную голову — таким приторным был десерт — но потом чуть горьковатый привкус раскрылся ароматным букетом, а сыр смягчил ощущения, подарив неописуемое удовольствие. Да, такого он точно отродясь не пробовал…       Алистер с неприкрытым блаженством смаковал орлесианскую сладость, когда Эдукан вдруг спросила:       — Ну как? Теперь это и твоё любимое блюдо?       Вытерев край рта тыльной стороной ладони, воин обернулся в сторону девушки. Гномка ела аккуратнее своего напарника, но на её пухлых губах всё же осталось немного варенья; тёмно-алые, эти губы напомнили юноше о роковой ночи у озера Каленхад. Он так и застыл, не смея отвести взгляд. Потом, вспомнив, что сидит с набитым ртом, медленно дожевал и проглотил божественное кушанье.       — Было вкусно, но есть вещи намного слаще…       Сайра слегка склонила голову набок, упавшие на плечо пряди засверкали в лучах солнца подобно кристаллам кровавика. Её спутник, усевшись поудобнее, продолжал:       — Знаешь, есть одно лакомство, настолько сладкое, что оторваться невозможно. Сам я пробовал его только раз в жизни, и с того дня постоянно мечтаю о том, чтобы попробовать ещё хоть раз.       — Так почему же не пробуешь? — Гномка тут же отозвалась, сделала небольшой глоток из фляжки. — Это какой-нибудь дорогущий сыр? Или блюдо, которое готовят только в деревнях близ Редклиффа?       Алистер протянул руку за флягой и, не отрывая глаз от девушки, отпил. Вода оказалась нестерпимо студёная — ему тут же свело скулы — однако Страж даже не моргнул.       — Скорее, это вообще не имеет цены.       Эдукан не успела даже удивлённо приподнять бровей, когда верный защитник осторожно притянул её к себе на колени, бережно, будто боясь поранить, дотронулся ладонью до щеки и так же невесомо, еле дыша, коснулся уголка её губ своими.       Прикосновение затянулось, и Алистер опустил веки. Снова он уловил лёгкий аромат, снова распробовал едва заметную сладость. Только теперь это было не варенье.       Когда он отстранился, то не поверил увиденному: девушка лежала в его руках, свернувшись клубочком; суховей играл её волосами, а серые, такие родные её глаза, были плотно закрыты. Юноша не удержался и поцеловал её снова, в этот раз — прямо в губы, и вздрогнул, поймав на себе изумлённый взгляд.       Два стража, не проронив ни слова, так и уставились друг на друга.       Если Сайра — та самая, которая сейчас глядела на него так ошарашенно, подушечками пальцев зажав свой вымазанный вареньем рот — и вправду всегда будет рядом, то о чём же ещё просить Создателя?..