Спеши любить

«Вечером море так прекрасно, отблески заката, словно разведенная акварель, расплываются по волнам. Я безумно рад, что пришёл сюда с тобой, хён.»       Намджун небрежно кидает покрывало на песок, в то время как Чимин, цокнув, начинает его поправлять, ставя по краям ткани камни, чтобы прибрежный шальной ветерок случайно не прихватил его с собой. Ким уже раскладывает продукты из своего рюкзака, весело подпевая: — Солёное море, солёное море. Шторма — на неделю, любовь — навсегда! Что-то там, что-то там, ла-ла-ла… — Может тебе в айдолы податься, а? — хихикает Пак, а затем в шутку выпаливает. — Хотя, учитывая то, что ты всегда поёшь только половину песни, а другую не помнишь, на сцене выступать будет сложновато. — Я бы послушал, как ты поёшь, теоретик недоделанный, — кидает в ответку Джун, а младший поступает совсем по-детски: показывает тому язык.        Время проходит незаметно, становится холоднее, и только луна вдали слегка освещает ночной мрак, которого, утонувшие в разговорах о прошлом, ребята даже не замечают. — Как-то в детском саду у нас был конкурс рисунков, и я нарисовал ночное небо с множеством мелких звёзд и луной. Прямо как эта. — юноша задирает голову вверх, смотря на небо и вспоминая свой рисунок. На его лице расцветает мягкая улыбка, а в глазах отражается созвездие малой медведицы. Чим чувствует умиротворение, подобное волшебству, которое заполняет его, начиная с кончиков пальцев, и растекается по всему телу. Он вновь смотрит на Кима и, видя, как тот искренне улыбается, на него находят мысли, в которых он обещает самому себе, что рано или поздно признается старшему в своих чувствах. «Обязательно…» — А я в садике был лучшим в догонялках, — решается тоже похвастаться старший. Парень гордо поднимает взгляд на Чимина и продолжает. — Да, любого мог за секунду поймать. Вот так вот… — Правда что ли? — разыгрывает удивление Пак, желая подразнить блондина, в чьих глазах сразу же появляются отблески возмущения и даже некоторого смущения. — Да. — громко изрекает Нам. Его немного задевает подобная усмешка Чимина. — Ну, тогда попробуй догони меня, — хитро улыбаясь, кидает младший, после чего смело стартует к морю, в глубине души надеясь на то, что Намджун поймает его быстрее, чем он залезет в воду. — Йа! — кричит вслед Чиму старший. Парень решает доказать правдивость своих слов и начинает бежать вдогонку за обнаглевшим малым. Мгновение спустя.       Ким не рассчитывает своих сил, когда, поймав Чимина, случайно заваливает его на песок. Их лица становится донельзя близко друг к другу, но это лишь сильнее веселит парней: они звонко смеются, одновременно борясь с шумной одышкой. Как говорится, детство в жопе заиграло. — Сказал же, я был лучшим, — немного успокоившись, выдыхает Джун. На что Чимин лишь хихикает.       Ким вдруг осознаёт, что никак не может перестать смотреть на это чудо. Он чувствует, что его влечёт и очень сильно, будто невидимым магнитом Нам приближается к младшему и, вконец теряя связь с рассудком, накрывает его пухлые полуоткрытые губы своими.       Чимин сперва недоуменно и растерянно хлопает ресницами, пытаясь понять во сне это происходит или наяву. Решив забыть про границы реальности и воображаемого мира, наконец-то начинает отвечать на поцелуй.       И пускай их поцелуй длится недолго, в памяти каждого он останется навсегда.       Мгновение. Старший резко отстраняется от Пака, спешно произнося: — Прости! — в его глазах виднеется одно лишь смятение. — Прости-прости. Я не должен был… Не знаю, как это произошло.       Ким встаёт на ноги и немного отходит назад, в его голове вселенский хаос: всё вверх дном и нигде даже намёка нет на то, что смогло бы объяснить произошедшее. Джун, с головой утонувший в беспокойстве, лохматит свои волосы в хлам и только через несколько минут решается взглянуть на Чимина.       Парень сидит весь красный, как рак, и взгляд у него настолько растерянный и смущённый, что Нам просто уверен, если младший заговорит, то он обязательно будет заикаться. «Наверное, потому и молчит», — подмечает про себя блондин.       И тут внезапно Намджун вспоминает, что последний автобус до города уезжает в 23:00. Парень спешно смотрит на часы и, за секунды испытав ужас, злость и разочарование, изрекает: — Мы опоздали на автобус… — Что?! — вскакивает с места младший. — Как мы доберёмся до Сеула? Намджун-хён, что нам делать? — Что-что, пойдём в гостиницу. Здесь рядом есть одна и недорогая причём, — спокойно сообщает Ким, уже смирившись со своей участью. — Пойдём. В гостинице. — Простите, но у нас остался только одноместный номер. — Хорошо, — тяжело вздохнув, отвечает Джун и переводит взгляд на Чима. — Ты не против? — Нет, — тихо произносит шатен, после чего Ким расплачивается за номер и берёт ключи.       Парни подходят к лифту, которого уже ждали пятеро человек. И вот двери лифта открываются, люди заходят, Чимин почему-то тормозит и остаётся позади, и если бы Намджун не заметил и не потянул юношу за собой, то он бы так и остался стоять в коридоре. — Почему у тебя ладони так вспотели? — шепотом интересуется Ким, до сих пор держа младшего за руку и всё ещё не осознавая всю неловкость своих действий. А Паку плохо и хорошо одновременно. У него мурашки по телу табуном бегут, сердце стучит, будто вот-вот вырвется из груди, и ноги ватными становятся. Но, несмотря на всё это, ему чертовски нравится ощущать то, как старший держит его руку в своей. 02:06       После душа Ким по привычке заваливается на кровать и уже почти засыпает, но вовремя появившийся Чимин тактично ему намекает, что спит он сегодня не один и… — Можешь подвинуться немного, пожалуйста? — Да, конечно, извини, — тараторит Джун в ответ, пытаясь скрыть своё смущение. Парень оставляет Чимину больше половины кровати и, повернувшись к стене, кидает как-то скомкано: Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Хён, — с грустью в голосе изрекает Чим и ложится спать. Он смотрит на чужую спину и сожалеет, что вообще согласился поехать сюда. И если бы можно было перемотать сегодняшний день, то Пак бы обязательно это сделал.       Этот розовый закат, море, разговоры, взгляды, поцелуй… Чимин бы пересилил себя и стёр бы всё, и плевать, что это было для него самым настоящим счастьем, мечтой, которая наконец-то сбылась. Гораздо важнее, что после всего случившегося между ним и старшим появилась некая дистанция. Нам, конечно, старается не показывать своих истинных эмоций и делает вид, что всё в порядке, но у него плохо получается. Ведь Пак видит и всё понимает. — Хён, ты спишь? — тихо произносит шатен и, слыша в ответ лишь тишину, продолжает. —  Даже если ты не сможешь меня услышать, я всё равно буду считать, что сказал тебе это… Мне очень дороги наши отношения, и я не хочу, чтобы они испортились. Поэтому, пожалуйста, забудь этот день, — юноша делает паузу, набираясь смелости признаться. — Для тебя я просто друг и, наверное, всегда останусь им, но для меня ты нечто большее. Ты тот, кого я люблю… И если я тебя потеряю, то никогда себе этого не прощу.