Авария, изменившая все

Наруто стоял на небольшом холме и, уперев руки в боки, гордо смотрел вдаль. Зелёная трава слегка покалывала его щиколотки, а под футболку забираля лёгкий летний ветерок. Ему нравился этот ветерок, приятно выделяющийся на фоне зноя Окинавы. Обе его ноги твёрдо стояли на земле, и в этот момент Наруто чувствовал себя королём мира. — Восстаньте, мои воины! — крикнул он звонко. — Наруто, прекрати, мне страшно! — послышался снизу голос Карин, которая стояла у подножия холма. — Прошу, давай уйдём отсюда, здесь… жутко. — Брось, Карин, мы ведь только пришли. Ты посмотри, как здесь классно! — Нет ничего классного! Это… ужасно, Наруто. Пожалуйста, пойдём. Тётя Кушина сказала нам даже не соваться сюда, а ты пришёл сюда уже дважды! Ты забыл, что с тобой было в прошлый раз? — девочка с опаской покосилась на людей, стоящих в отдалении в поле и неотрывно следящих за детьми. — Все прошло отлично, нечего бояться, — улыбнулся Наруто, не замечая никакой опасности. — Смотри, как я могу. — Что? Нет, Наруто, прекрати! Прекрати-прекрати-прекрати ПРЕКРАТИ! ПРЕКРАТИ!.. Карин сорвалась с места и побежала так быстро, как могла. Жаркое солнце опаляло её детскую кожу, она чувствовала, как сарафан, который ей подарили родители на день рождения, начал сковывать движения, заставлял её потеть, но она не посмела остановиться. Паника гнала её вперёд, к дому семьи Намикадзе, к тёте Кушине, которая сейчас, наверное, резала сочный прохладный арбуз и готовила лимонад. Её отправляли сюда каждое лето. Карин всегда демонстративно плевалась и говорила, что месяц наедине с этим оболтусом для неё настоящая пытка, но на самом деле ей нравилось проводить время с Наруто. Он всегда был шумный, забавный и сходу придумывал много интересных игр. Больше всего ей нравилось играть с ним в паранормальных детективов и искать екаев. Карин обязательно играла роль мозгового центра, потому что она любила читать и знала много легенд про ёкаев и древних божеств, а Наруто из этой информации мог состряпать целый сюжет, концовку которого Карин никогда не удавалось предсказать. — Киса! — крикнул Наруто во время одной из их привычных игр, указывая пальцем на полосатую кошку, прошмыгнувшую мимо них в кусты. — Это Бакэнэко! — поправила его Карин, на ходу вспоминая известные ей мифы. — Нам нужно скорее её поймать! — Это она съела нашего предводителя секретного клана ниндзя Минато! Мы должны отомстить. Вперед! — И с этим боевым кличем дети бросились в погоню. Все изменилось этим летом. Наруто стал странным и очень, очень страшным. Карин оглянулась, испугавшись погони, но позади остались только необъятные поля сочной летней травы и чистое голубое небо. Кажется, Наруто был слишком увлечён своей новой игрой и не заметил пропажи сестры. Лёгкие Карин уже горели, и она, поняв, что опасность на время миновала, остановилась отдышаться. В глазах плыли тёмные пятна, пока девочка судорожно хватала воздух ртом. До дома, где их ждала тётя Кушина, оставалось ещё приличное расстояние, и от этой мысли Карин ощутила лёгкую дрожь в коленках, а затем рухнула в траву, уставившись на пушистые лениво текущие облака. Девочка неспешно переводила дыхание, прокручивая недавно увиденное и… кажется, она хотела расплакаться. — Тётя Кушина! — Едва добравшись до дома, Карин тут же принялась громко кричать и заглядывать во все комнаты в надежде увидеть тетушку, но почему-то её нигде не было. Девочка забежала на залитую мягким дневным светом кухню, но и та оказалась пуста, только стеклянный кувшин с лимонадом ждал её на столе. К глазам снова подступили слезы, и на этот раз Карин не смогла их сдержать. Она начала громко, навзрыд, плакать, продолжая звать тётю. Слезы застилали глаза, сколько бы Карин ни терла их руками. Почти наугад она продолжала ходить по комнатам, ища Кушину. — Тётя Куши-и-на-а… Куда же вы пропали… Карин вдруг ощутила, как сзади её обхватили нежные руки. — Я рядом, не плачь, Карин, — ласково прошептала Кушина и развернула девочку к себе. Её глаза лучились нежностью, и Карин стала понемногу успокаиваться. — Скажи, этот оболтус опять тебя обижал, да? Ух, я ему покажу балбесу… — Нет, он не обижал, — Карин смахнула остатки слез с раскрасневшихся щёк. — Тётя, с ним происходит что-то странное, с тех пор… с тех пор как он увидел этот… этот… глаз... В груди снова стало невыносимо тесно, и девочка дала волю новым слезам. Кушина рассеянно погладила её по волосам в надежде хотя бы немного успокоить, но в ней самой росла тяжёлая необъятная тревога. — Я бою-ю-юсь, — завыла Карин. — Мне очень страшно, тетя-я. Пожалуйста, помогите братику. Я-я не знаю, что делать… Я просто… просто хочу играть, как раньше, вы-выдумывать ёкаев и побеждать их. Не хочу настоящих ёкаев… Тётушка, пожалуйста, прогоните их! Рука Кушины, погладивающая племянницу по волосам, замерла. Жалость и нежность в груди сменились вздымающим волосы на загривке ужасом. Показывать страх нельзя. Карин ещё не в том возрасте, чтобы узнать, что взрослые не такие всемогущие, как кажется, — усмехнулась про себя женщина, отмечая едва заметную предательскую дрожь по телу. Не этого она ожидала, когда они с мужем приняли решение уехать подальше от больших городов и зажить в тихой деревушке подальше от суеты и уличной преступности. На свежем воздухе, черт бы его побрал… Наруто сейчас совсем один… Она должна срочно увидеть своего мальчика! — Тише, Карин, не плачь, дорогая, — Кушина заставила себя улыбнуться и заботливо убрала прядь волос девочки за ухо, чтобы она не лезла в глаза. — Доверься тёте. Скажи мне, где сейчас Наруто? Ты сможешь отвести меня в нему? Карин шмыгнула носом и кивнула, опустив взгляд на ноги. В сандалях запутался пучок травы и немного покалывал между пальцами, но до сих пор девочка не обращала на это внимание. — Хорошо, дай мне руку. Сейчас мы вместе пойдём и во всем разберёмся. — Тётя, я боюсь туда идти. Вы можете сходить без меня? Я расскажу, куда идти… Кушина позволила себе тяжело вздохнуть, затем как ни в чем не бывало усадила девочку на стул и осторожно погладила её по голове. — Конечно, — улыбнулась Кушина. — Я схожу, а ты пока выпей лимонаду. Бедняжка запыхалась, пока бежала. Пить, наверное, хочется, ужасно. Кушина шла по полю в направлении, которое указала ей Карин, хотя женщина и сама уже знала, куда идти. В том самом месте она нашла Наруто и в первый раз, а ведь она говорила, что туда нельзя ходить ни в коем случае… Фигура её сына уже виднелась впереди, и Кушина облегчённо выдохнула, убедившись, что он цел и невредим, но новая волна тревоги тут же накрыла её, когда она поняла, ЧТО она видит. Наруто стоял на небольшом холме, гордо выпятив грудь, а перед ним, у подножия, стояли люди. И не двигались. — Наруто! — позвала Кушина, не решаясь подойти ближе. Сын тут же обратил на неё внимание и расплылся в улыбке. — Ма! Привет! — Мальчик махал ей рукой радостно и беззаботно, и от того ей становилось ещё более жутко. — Я же… — Кушина запнулась. Она старалась выдавить из себя строгую мать, но голос так и норовил застрять где-то в горле. — Я же говорила вам с Карин не играть здесь! Идём домой, юноша! — Ну ма-а-ам, — захныкал мальчик. — Здесь ведь так весело. Посмотри, что я могу. Наруто демонстративно прочистил горло, будто перед важной речью, затем вскинул руки, обращаясь к людям, стоящим перед ним. — Воины мои! Скажите привет моей ма! Нет, в этот момент Кушина не поседела, но до самого момента, как она вернулась домой и посмотрелась в зеркало, она была убеждена, что стала белой как снег. Все эти люди, стоявшие неподвижно и глядящие на Наруто, внезапно синхронно обернулись, вперив пустые безжизненные взгляды прямо в Кушину. — Привет, ма, — хором поздоровались они.