Осознание

***

Томас очнулся, вырываясь из недр кошмаров. Он открыл глаза, что казалось непосильной задачей, и сразу же подскочил. Все тело пылало, словно оно было фитилем свечи, а мысли, не успев оформиться, растеклись горячим воском. Первым делом Томас задрал футболку. Он медленно прикоснулся к животу. Под пальцами ощущалась шероховатая ткань. Повязка. Появилась боль, сильно жгло, и казалось, что все раздуло. Томас скорчился от подъема. В воздухе висел равномерный звук. Скользящий, ритмичный. Шум прибоя? Пробуждение вызвало новый приступ боли. Ньют. Тереза… Выступившие на глазах слезы - скорбь и чувство вины. Он убил своего лучшего друга. Он позволил Терезе умереть… Парень стиснул зубы и вышел из сарая, щурясь от яркого света. Как бы то ни было, необходимо собраться. Не время себя жалеть, не время… Томас замедлил шаг, охватывая взглядом это место. Неужели оно существует? Он стоял на вершине холма, а перед ним расстилался новый мир. Мир, где высокая зеленая трава, яркие цветы. Мир, в котором нет стен ненавистного Лабиринта. Берег, как казалось на первый взгляд, с белоснежным песком и волнами необъятного океана. Правый склон открывал долину с деревьями: лес, растянувшийся на несколько миль. Берег был заполнен людьми. Они громко смеялись, общались и не скрывали своих эмоций. - Долго же ты был в отключке , - раздалось где-то сбоку. Томас оторвал взгляд от волн, омывающих берег. - С возвращением, друг, - Минхо в два счета оказался рядом и крепко обнял его. – Все, кажется, закончилось… Боль от потери была непереносима. Томас смотрел в глаза своему близкому другу и видел еще одно лицо, которое будет преследовать его долгие годы. Со всех уголков начали стягиваться люди, все те, с кем они сражались бок о бок. Друзья начали обступать Томаса, приветствуя его, от каждого он слышал вздохи облегчения. Глядя друг на друга, они заново переживали все, через что им пришлось пройти. Но теперь вокруг царила надежда. Впервые за долгое время, они все обрели покой. Хоть и такой большой ценой. Томас надеялся, что когда-нибудь и он сможет ощутить тоже самое… Тем не менее, здесь пахло свободой и новой жизнью. - О, Господи, он же не знает! – на лице Бренды заиграло неподдельное волнение. – Минхо! Толпа медленно расступилась, освобождая едва вытоптанную тропу вверх к примитивным хижинам, выстроенным буквально за сутки из подручных материалов. - Идем, - Минхо кивнул головой. Томас некоторое время постоял, затем последовал за ним. - Чего я не знаю? Минхо не ответил. И Томас молча побрел вверх, не имея представления, что его может ждать за бугром. Минхо привел его к одному из сараев. Просвечивающиеся стены открыли мало истины, пока Томас не обошел сооружение с другой стороны, где был вход. Его взгляд ухватил чье-то тело на самодельной жесткой кровати. По мере осознания, зрачки Томаса расширились, а пульс зачастил, вызывая головокружение. На той самой самодельной жесткой кровати лежал Ньют. Томас не смог поверить своим глазам, списывая все на обман зрения. Шаг сорвался на бег. Спотыкаясь и загребая ногами песок, Томас упал перед его телом, пытаясь разглядеть человека и уловить какие-либо признаки жизни. - Это же Ньют?!?! – нет сомнения. - Ньют жив, дружище! - Как вы спасли его?! – Томас не отрывал глаз от лежащего друга. - Нам удалось залатать его. Противоядие замедлило процесс. - Но… он сейчас выглядит совершенно здоровым? - Это все благодаря ей… - Минхо с сочувствием опустил взгляд. - Тереза… - прошептал Томас, и ее имя задело слух. - В твоем кармане мы нашли это, - Минхо поднял в воздух пустой флакон лаборатории ПОРОКа. – Это спасло его. Она… Мне жаль, Томас. Правда… - Я все еще не могу поверить в это, - произнес Томас. В его голосе слышалась боль от потери. Но взгляд продолжал жадно осматривать Ньюта. Теперь он попробует с этим справиться. Теперь это кажется реальным. Ньют казался таким маленьким и хрупким, что хотелось сжать его в объятиях и защитить от всех бед. «Но ты не защитил его». Томас смотрел. Смотрел на его спину. Видел, как плечо дернулось. Беспокойные сны не обойдут парнишку стороной. В Глэйде он спал чутко и вскидывался от каждого шороха, но сейчас совершенно измотанный, Ньют не проснулся от их голосов. - Ему сказочно повезло, как и тебе, Томас, - Минхо еще раз кивнул. – Ладно, увидимся, - и оставил их наедине. Томас наклонился. Его взгляд все еще не выпускал из виду ровное дыхание Ньюта. Он все еще не верил своим глазам. Дышит. Живой. Томас медленно сел на край кровати. В этот момент, когда рука легла на его спину, парень ощутил небывалое облегчение и легкость. Томасу на миг показалось, что он даже мог обрести душевный покой, как и все присутствующие на этом острове и которого ему не хватало эти долгие годы. Том неспеша разглядывал Ньюта, будто видел его впервые. Светлые, скомканные волосы, тело, искореженное последствиями всех битв. Рука, которую он не решался убрать, плотно сжала ткань на спине. Томаса раздирало чувство вины. Потерянный в собственных мыслях, он извернулся и лег рядом с ним, лицом к лицу. Пальцы дрожали, соскальзывали и прикасались снова к его лопаткам. Вот теперь Томас обнимал его по-настоящему. Цепляясь за него, как за спасательный круг. Ньют почувствовал на своих скулах прохладные пальцы. Он перестал дышать. Сначала от неожиданности, потом – боялся проснуться. Кошмары сменились чем-то приятным. Томас гладил его по щеке очень легко, едва касаясь, с каждым движением все увереннее. Рядом с ним он обрел покой. Его ладонь коснулась шеи и спустилась на грудь. Томас замер, прислушиваясь к сердцебиению. Пальцы нащупали туго перетянутый бинт, место, где побывало лезвие ножа. И от воспоминания Томас сморщился, как от удара под дых. Голова Ньюта сползла и оказалась где-то между шеей Томаса и плечом. Тепло его кожи успокаивало, унимая биение крови. Руками он продолжал ощущать желоба ребер. Сон навалился неожиданно. Крепкий и тягучий. Засыпая, Томас все еще крепко обнимал Ньюта.