Все явное становится тайным

— Ты чертовски красив, — пробормотал Лео, проводя раскрытой ладонью по рельефному торсу Криштиану. — Это несправедливо. Я всё время думаю о тебе, мечтаю о тебе, о твоем лице… — он пальцами очертил высокие скулы, а потом губы. — О твоем теле под моим. О том, какой ты на ощупь и на вкус. — Криш инстинктивно приоткрыл рот, пропуская палец между губ. Затем игриво втянул его, посасывая, Лео резко выдохнул, вжимая его в подушки. — Я должен трахнуть тебя, — уверенно заявил он, наклоняясь к длинной гибкой шее португальца и кусая золотистую кожу так, чтобы оставить крошечные красноватые следы. — Скажи мне, что ты этого хочешь. И Криштиану хотел, но слова будто застряли в горле. Позволить себя трахнуть было одно, думал Криш, а вот попросить об этом — совсем другое. — Я не могу, — признался он, наклоняя голову, чтобы дать больше доступа к своей шее, его руки скользили по спине Лионеля, исследуя четкие мышцы. Тот еще раз прикусил тонкую кожу, на этот раз сильнее, и Криштиану вздрогнул от неожиданной колючей боли. — Это нормально, — выдохнул аргентинец. Его руки двинулись ниже, прослеживая мышцы на животе. Лео будто пытался запомнить, каково тело Роналду на ощупь, на случай, если он больше никогда не сможет коснуться его снова. — Ты будешь умолять еще до того, как закончится эта ночь. — Из уст любого человека это звучало бы как пустое бахвальство, но только не от Лионеля. Криштиану хотел улыбнуться, но был слегка сбит с толку тревожным чувством, колыхавшимся внизу живота. Да, желание было, как и любопытство, но также присутствовало и волнение. Лео начал раздеваться, пренебрежительно сбрасывая одежду, и затем забрался на кровать рядом с Кришем, держа маленький тюбик в руке. — Это то, что я думаю? — поинтересовался Криштиану, мельком указывая на вещицу, скрытую в ладони аргентинца. Тот обезоруживающе улыбнулся. — О чем ты? — Ты действительно был так уверен? — вскинув брови, немного насмешливо спросил Роналду. — Я догадывался, — пожал плечами Лео, наклонившись и целуя Криштиану в плечо, отбрасывая на кровать маленькую упаковку смазки. — А может, я просто очень хотел поверить. — Это ты имел в виду, когда говорил «я знал, что ты будешь «таким»? — полюбопытствовал Криш. — Так что значит «таким»? — Сабмиссивом, подчиняющимся, — пояснил аргентинец, укладывая Криштиану на постель и покрывая его торс, останавливаясь на его сосках. Криш вздрагивал от мокрых прикосновений, путаясь пальцами в густых волосах Лео. — Это не так, — возразил он, по-детски выпятив губу. — Я… никогда еще… — Но ты всегда им был. Просто никто не знал, как раскрыть это в тебе. Криштиану сделал глубокий вдох, очевидно, собираясь что-то сказать, и Лео мог поклясться, что португалец хотел выругаться. Поэтому он поступил так, как было логичнее всего в этой ситуации — жестко впился в его губы, языком вынуждая открыть рот, все еще чувствуя на губах Криштиану собственный вкус. Лео обхватил ладонью член Криша пока они целовались, и начал неторопливо поглаживать, мало-помалу, ощущая, как тело под ним расслабляется, становится податливым в его руках. Убедившись, что Криштиану уже не начнет возмущаться, Лео разорвал поцелуй и опустился ниже, едва касаясь влажными губами упругой смуглой кожи на животе португальца. Тот все еще ласкал его затылок, пропуская пряди волос сквозь пальцы. Криш знал, что последует дальше, и внутри него все сжималось от страха и ожидания. Аргентинец целовал и покусывал нижнюю часть живота Криштиану, будто пытаясь запечатлеть в памяти вкус его кожи. Криш отстраненно подумал, что Лео именно это и делал — вряд ли они когда-нибудь это повторят из-за несостыкующихся графиков, из-за риска быть пойманными, ведь это разрушит их жизни до основания. Роналду предпочел сосредоточиться на сейчас: на ощущении теплого рта Лео, скользящего по члену, на большой ладони, аккуратно раздвигающей его бедра. Каждый раз, когда Месси вбирал его плоть глубже, он все шире раздвигал ноги Криша. Это вызывало у Роналду чувство неловкости — он лежал с раздвинутыми ногами и жаждал ощутить в себе пальцы Лионеля. Но эти мысли быстро растворились от влажного рта вокруг его члена. И как бы сильно Криштиану не хотелось понаблюдать, от удовольствия закрывались глаза, а дыхание становилось все тяжелее. Он все же вздрогнул, почувствовав разминающий палец, скользкий от смазки — и когда Лео только успел? Криш даже не заметил его манипуляций — но пока он чувствовал лишь массирующие движения, Лионель не торопился, давая ему привыкнуть. Криштиану делал так самому себе пару раз, но никогда не решался протолкнуть пальцы слишком глубоко, но когда это делал Лео, было гораздо приятнее. Движения аргентинца были более опытными, он точно знал, куда нажать, чтобы заставить Криша протяжно застонать. Он все еще двигал головой, ртом насаживаясь на член португальца, и Роналду снова расслабился, немного двигая бедрами. Он нервничал, да, но ему было интересно, его сердце, казалось, вот-вот вылетит из груди от волнения перед совершенно новым опытом. Криштиану снова вскинул бедра, и Лионель воспринял это как зеленый свет, медленно проникая в него указательным пальцем. Криш шумно вздохнул — было не больно, но он и не ждал боли. По ощущениям просто немного странно… Пока аргентинец подвигал пальцем, и в какой-то момент короткая вспышка наслаждения током прошлась по спине Криштиану. Простата, затуманенно подумал он, все еще неуклюже вплетая пальцы в волосы Лео. Такие разнящиеся ощущения от минета и проникновения одновременно затрудняли возможность твердо мыслить. Лионель ускорил движения пальцем, пока больше пытаясь помочь Криштиану привыкнуть к ощущению, чем растянуть — Криш бывал на его месте, и прекрасно знал, что одного пальца даже близко недостаточно, особенно для крупного члена Лео, но он догадывался, что Месси хочет облегчить проникновение. Каждый раз, когда палец задевал его простату, Криштиану немного двигал бедрами и стонал, не столько от удовольствия, сколько от разочарования. Он хотел большего. К счастью, Лео быстро все понял, и вскоре Роналду почувствовал нажим проникающего в него второго пальца. Это было неприятно, руки у аргентинца были приличного размера. Он тихо зашипел от легкого жжения, и Лео ускорил темп, принимая его член в самое горло, стараясь отвлечь Криша от боли. Он просто оставил пальцы внутри без движения, давая Криштиану привыкнуть, размеренно двигая языком по его члену. Лео чувствовал, насколько тугим он был вокруг всего лишь двух пальцев — от мысли об этом сжимающемся жаре вокруг своей плоти сердце заколотилось в предвкушении. Его член был все ещё каменно твердым, несмотря на то, что к нему уже давно не прикасались; вид точеного тела Криштиану, его красивого лица, вкус на языке — этого было более, чем достаточно, чтобы держать аргентинца отчаянно возбужденным. Убедившись, что Криш достаточно расслабился, Лео начал медленно двигать смазанными пальцами. Было тяжело двигать ими без боли — внутренние мышцы поддавались с трудом, но Лео поднажал, намереваясь устроить португальцу лучший минет в его жизни, надеясь, что так тот сможет не обращать внимания на неприятные ощущения. Каждый раз, когда он проталкивал пальцы глубже, он постепенно все шире раздвигал их на манер ножниц, вскоре почувствовав, как Криштиану наконец начал расслабляться, облегчая движение; шипение и бормотания португальца потихоньку сменились на мягкие стоны. В постели он был таким же шумным, как и на поле, чему Лионель даже не удивился. Оставалось надеяться, что соседи их не услышат. Лео так долго отсасывал Криштиану, что его челюсть уже начала саднить, поэтому он отстранился с неприлично влажным звуком и, пройдясь по его телу дорожкой мимолетных поцелуев, устроился на коленях между длинными стройными ногами Роналду. Криш пристально наблюдал за ним, предательски краснея от стыда и возбуждения. Когда он открыл дверь своего номера и увидел на пороге Лионеля Месси, он и представить себе не мог, чем это закончится. Где-то желудке все еще гадко тянуло от волнения, и он, используя всю силу воли, попытался сконцентрировать внимание на лице Лео, а не на его крупном покрасневшем члене. Как бы он ни хотел почувствовать его в себе, страх начинал брать верх над желанием, и аргентинец заметил это по его лицу — он склонился ниже и начал шептать Криштиану на ухо о том, как он красив, как хорошо он держится, какое наслаждение Лео доставит ему. Похвала заставила португальца немного приободриться, он начал медленно двигать бедрами, желая покрасоваться перед аргентинцем. То, что Криш любил потворствовать своему эго, ни для кого ни было секретом. Лео почувствовал, что Криштиану расслабил мышцы вокруг его пальцев, поэтому взял любрикант и на всякий случай добавил на ладонь побольше, затем неторопливо вставил в задницу португальца безымянный палец, целуя его в губы и извиняюще зашептал, когда тот издал длинный болезненный стон. Это было так близко к сильной обжигающей боли, что Кришу пришлось сопротивляться желанию сдвинуть ноги и оттолкнуть от себя Лео. Он зашел слишком далеко, чтобы сдать назад, и действительно хотел этого, хотел почувствовать Лео на себе, хотел, чтобы Лео вжимал его в матрас, хотел, чтобы он трахнул его, хотел кончить, чувствуя его внутри. Он легко смог представить это в своей голове, и его член запульсировал от желания. Криштиану глубоко и медленно дышал, стараясь успокоиться и сфокусироваться на искрах удовольствия, пробегающих по телу, когда пальцы внутри задевали его простату. Лео размеренно двигал пальцами, раскрывая Криштиану миллиметр за миллиметром. — Все хорошо? — тихо спросил он, губами едва касаясь щеки Криштиану. Тот кивнул, тяжело дыша, потихоньку застонав от удовольствия. На этот раз расслабиться удалось куда быстрее, словно тело привыкло к проникновению, а постоянное давление на простату сводило его с ума. Лео немного отстранился, заглядывая Кришу в глаза. — Ты готов? — тихо спросил он. Криштиану снова кивнул.