Тайна уборщика на 13-ой улице

      Скучная, запарная работа кассира в кафе аэропорта не отличалась разнообразием. Привычный гул прилетающего транспорта. Беспокойные работники вокзала, как муравьи носящиеся туда-сюда, передают чемоданы и предлагают различные услуги. Постоянное хлопанье дверей… Казалось бы, местечко довольно оживленное, но мало у кого есть время забежать на чашечку кофе. Люди невыносимы. Опаздывать в их крови.       — Низкокалорийный шоколадный батончик, пожалуйста. Дам без сдачи, — нервно постукивая своим маникюром по стойке, быстро проговорила девушка, увы, совершенно незнакомая. — И побыстрее. У меня вылет через пятнадцать минут.       — Куда летите? — скорее от скуки, чем от интереса уточнил Дэмон, пробивая сладость на кассе по штрих-коду — сканер сломался еще два месяца назад.       — В Мальту…       — А разве он не вылетает через пять минут? — недоуменно проговорил Келлерман, впрочем, тут же об этом сожалея.       Пробитый товар и закрытый было чек так и не попал к покупателю. Девушка резко подняла голову на указанное ранее табло, сощурилась, будто крот, забывший очки в норе, что-то для себя решила и убежала, забыв о заказе.       — Сука, — в сердцах пробормотал парень, откладывая батончик в стол. — Вот же тупая курица.       — Не стоит так сквернословить, друг мой, — послышался понимающий возглас, отчего Дэмонтаниель резко выпрямился и ударился лбом об кассу. — Вижу, наказание Божье не заставило себя ждать.       «Какой проницательный, черт его дери», — зло подумал Дэм, потирая ушибленное место рукой и поднимая взгляд на «посетителя». Слегка ухмыляясь, одетый в черное, покупатель терпеливо ожидал. — «И не жарко ему? Вот стоило ли еще этой повернутой религиозной утке сюда вставлять свои тридцать три комментария!»       Парень попытался улыбнуться, но это было больше похоже на недовольную гримасу со стремительно развивающимся нервным тиком. Бросив попытки выглядеть приветливо, он хмуро уставился на служителя церкви:       — Чем могу быть полезен, святой отец?       — Латте, с собой.       — А разве Вам можно?       — Если вы найдете хотя бы одно негативное упоминание о нем в Библии, то я, пожалуй, откажусь, — его глубокий голос, доносящийся будто издалека и приправленный мягкой улыбкой, немного усмирил клокотавший гнев в груди его собеседника. — Будьте добры, одно латте.       Келлерман кивнул, чувствуя, как душу наконец наполняет спокойствие. То ли словесная перепалка со священнослужителем забрала все его силы, то ли цветок, нарисованный на кофе, привнес немного радости в один из его серых дней… Так и не разобравшись, что к чему, он передал заказ слишком молодому, по его мнению, падре, что весьма терпеливо отнесся не только к долгому завариванию пищевого продукта — кофемашина как всегда работала от случая к случаю, — но еще и к живущей своей жизнью кассе, что при святом отце сработала лишь после пятой перезагрузки.       — Могу я попросить салфетку?       — Почему нет? Конечно. Может, взамен освятите нам автомат? Если ему уж ремонт не помог, то тут уже спасет разве что Божья помощь. Смекаете?       — Не стоит использовать Силу в таких целях, уважаемый, — отказался падре, ухмыляясь от таких слов.       — В таком случае, коль нет обряда освящения, то не будет и салфетки! — обидчиво ляпнул Дэмон, демонстративно складывая руки на груди.       С минуту ничего не происходило. Священнослужитель молча принимал несомненно важное для себя решение. Об этом красноречиво говорило его лицо: бледное, острое и сосредоточенное, будто его сотворил человек, не видящей в своей жизни ничего, кроме ножей. Парень хотел было свести все к шутке, но был остановлен широким жестом, приказывающим выйти из-за стойки. Достав из-под сутаны золотой крест, Слуга Божий тихо, но уверенно проговорил что-то на одном лишь ему понятном языке, после чего перекрестил горе-аппаратуру и поцеловал реликвию.       В ответ на это кассир нагло кивнул:       — Думаю, в самый раз, — и наклонился за ничтожным бумажным прибором, который на самом деле был бесплатным. — Вам какого цвета: пурпурная, белая или коричневая?       Не дождавшись ответа, он поднял голову, вопросительно глянув на, казалось, не понявшего его вопроса падре. Тот моргнул, поспешно отведя взгляд:       — Пусть будет коричневая.       Келлерман пожал плечами: «Видимо, священник поймал приход...»       — С Вас пять долларов, восемь центов, — положив на стол салфетку, добродушно проговорил Дэмонтаниэль. — Есть без сдачи?       Видимо, удача наконец решила повернуться к кассиру в богом забытом кафе аэропорта лицом, а не тем местом, каким была повернута обычно. С утра мелочи в копилке не наблюдалось, а потому небольшое прибавление денег в ней сделало не получающего второй месяц зарплату Келлермана немного счастливее. Поблагодарив за покупку, он непонимающе приподнял бровь, когда святой отец достал из кошелька десять долларов и положил ее в чашу с надписью: «На чай».       — Мое спасибо, — пояснил он, улыбнувшись. — За салфетку.       С этими словами падре неслышно удалился. Удивленный Дэмон еще долго наблюдал ему в спину, пока тот не исчез из поля зрения, силясь понять, причем тут салфетка. Внезапно ему стало жарко. Запоздало осознав, за что именно его так отблагодарили, парень отчетливо чертыхнулся, сожалея, что не успел крикнуть святому отцу, что созерцание его бампера стоит куда больше десяти долларов… А вот предложение встречи в интимной обстановке в каком-нибудь ресторане и того бесплатно.       Подождав, (а вдруг вернется?) Дэмон вернулся к своим обычным делам. Время близилось к обеду, а инкассация сама себя не сдаст.