Ласточкино гнездо

Когда Барнс открыл глаза, кровать, что стояла напротив, была пуста. Во мраке ночи он видел смятое одеяло и откинутую в сторону подушку. Приподнявших на локтях, мужчина увидел девушку, которая сидела перед окном, придвинув к нему стул. Он не хотел ее тревожить и собирался лечь спать, когда Ласточка обернулась. — Я тебя разбудила? — тихо спросила она, смотря на Джеймса через плечо. Тот качнул головой, и девушка снова отвернулась к окну. — Почему ты не спишь? — спросил он, перевернувшись на бок. Спать уже не хотелось, хоть и дни были трудными. Барнс смотрел на ее прямую спину и, пусть не видел в темноте, но знал, что вся она была покрыта шрамами. — Плохие сны, — Ласточка перебирала пряди волос пальцами, выдавая свою тревожность самой же себе. — Тебе они все еще снятся? — Иногда, — Баки перевернулся на спину, смотря в потолок. Он думал о том, стоит ли ему вылезать из теплой постели. — Работа с психологом мне немного помогла. Наверное. — Мне интересно, догадывались ли мои родители, куда именно меня отправляют, — девушка перебросила волосы на спину, заметив свою оплошность. — Если да, почему не остановились. — Откуда ты знаешь, что ты попала туда именно так? — мужчина смотрел на потолок, но чувствовал напряжение в голосе девушки. — Ты мне сказал. Джеймс ничего не сказал, но в прохладном воздухе от открытого окна повис вопрос. Ласточка прикрыла окно, чтобы сильно не дуло, и поерзала на стуле, устраиваясь поудобнее. — Первым, кого я увидела, был ты. После обнуления нас встречали и провожали в общую комнату, где мы ждали Фрау. Я была растеряна, и ты мне напомнил, что мои родители отдали меня в модельную школу, поэтому ты должен проводить меня ко всем остальным детям. Мне было лет десять или одиннадцать. — Я не мог соврать? — Джеймс выдавил из себя эти слова, пытаясь принять ту мысль, что кто-то помнит его как Зимнего Солдата. — Не мог, — Ласточка обернулась, улыбнувшись. Ее глаза блеснули в темноте, и мужчина знал, что она скрывает что-то большое. — Расскажи. — А ты мне что? — девушка поднялась и медленно прошла к кроватям, чтобы, словно кошка, забрать в ноги мужчины. — Что захочешь, — Барнс приподнялся, садясь и давая девушке больше пространства. — Это сработало как с утятами. Я, ничего не помнящая о себе, впервые увидела тебя и поняла, что за тебя нужно держаться, — Ласточка усмехнулась, смотря на свои руки. — Я тебя не боялась, хотя ты всегда меня прогонял и пытался от себя отвадить, когда я сбегала с занятий, едва услышав полслова о тебе. Меня часто наказывали за это, но я терпела, потому что взрослый друг мне был важнее, чем мое тело. — Я ничего о тебе не помню, — Джеймс чувствовал себя виноватым, но где-то внутри зарождалась мысль о том, могло ли это быть правдой вообще. — Сейчас, — Ласточка наклонилась, чтобы дотянуться до открытого рюкзака. Она достала маленькую шкатулку и положила ее на одеяло между ними. Открыв ее, девушка достала нашивку со старой формы Зимнего Солдата. — Вот. Украла ее на память. — Что у тебя еще есть? — Джеймс взял шкатулку, перебирая впотьмах находки. — Это мои волосы? — Точно, — Ласточка смутилась и быстро забрала шкатулку из рук мужчины. — Я была ребенком и таскала все, чтобы пережить твою заморозку. Когда нас через несколько лет перевели в другое место, Фрау наконец-то могла делать со мной все, что угодно. Тогда меня и определили Черные Ласточки, поставили клеймо и начали отправлять на первые прослушки. Для тех, кто любил помоложе. — А как насчет нашего задания? — Барнс все еще думал о собственной пряди волос, что у него украл ребенок. — Байкеры да, — Ласточка усмехнулась, отвернувшись к окну. — Я стала капризной, когда поняла, для чего служат Черные Ласточки. Мне нужно было прийти на переговоры с бандой сынов анархии, и я настояла, что мне нужна охрана. И именно определенный человек. — Я? — Да, — девушка кивнула. — А дальше ничего особенного. Переговоры не удались, а я получила первую пулю. В бедро. Они сидели молча какое-то время, пока Ласточка не вскинула руки вверх, потягиваясь. Она перелезла на свою кровать, накрываясь одеялом. — Рассказы меня утомили, — сказала она, пряча лицо в одеяле. — Угу, — Джеймс сполз вниз, укладываясь. Ему не хотелось спать после таких рассказов, и он смотрел в потолок, думая о том, что для Ласточки он был самым главным человеком в жизни, но сам ее не помнил. Те вещи, что она привела в доказательство, заставили его поверить, что все это было по-настоящему. Он мельком посмотрел на накрытую с головой девушку и пытался не винить себя в том, кем он был из-за ГИДРЫ. Поэтому Ласточка обратилась к нему. Она надеялась, что Баки согласится и хотела сохранить их одностороннюю дружбу в секрете даже от самой себя. Мужчина перевернулся на другой бок, заставляя себя уснуть. Ему хотелось разбудить девушку, потрясти ее за плечи, чтобы она рассказала все. Все, до последнего слова, что знала о нем. Доказала, что он хоть на каплю не был ужасным человеком, как сам себя рисует в кошмарах. Но Ласточка спала, забыв про свои плохие сны и мужчина понимал, что она не выложит ему все и сразу. Тогда он принял решение подождать утра и постараться заснуть.