Учитель.

Pov Tom. Его глаза были немного странными, порой даже злыми, бывало пустыми, или смотрящими куда-то глубоко внутрь тебя. Но я их не боялся… Наверное, мне они казались единственными настоящими, передающими лишь искренние эмоции и чувства его обладателя. Сам же их хозяин казался мне очень странным, замкнутым, закрытым ото всех на свете и от меня тоже. Его длинные чёрные волосы, которые он всё время заправлял за ухо, лезли ему в глаза, мешая фотографировать. Длинные, худые руки с изящными пальцами, вообще, казалось, не способны держать такой тяжелый агрегат на протяжении двухчасовой съёмки. Все это делало его необыкновенным. Во время съёмочного процесса он погружался в свой мир, отделяясь ото всех, и завораживал этой картиной любого оказавшегося на съёмочной площадке. И я, конечно, не смел даже дышать в такие моменты, когда он – мой вдохновитель и учитель в одном лице, пропадал где-то в своей реальности. Я – Том Трюмпер, и мечтать не мог оказаться у него на курсе! У самого Билла Каулитца, всемирно известного фотографа и ценителя современного искусства, получившего образование в США, занявшего первое место на международном конкурсе молодых фотографов и являвшегося самым юным обладателем премии в области фотографии и искусства. После окончания учёбы, проработав несколько лет в штатах с известными модными домами, он вернулся обратно в Германию для продолжения работы и преподавания. Мне, обычному студенту, удалось поступить к нему на курс и теперь – вот уже неделю, я помогаю ему в съёмках для самого известного немецкого журнала. Ничего серьезного он мне, конечно, не доверяет. Я пока что первокурсник и, по его словам, малолетка, но я и этому рад. Даже пусть он и выбрал меня в подносчики кофе и настройщики аппаратуры. *** -Трюмпер, подойди! – учитель смотрел на меня, как всегда строго и высокомерно. -Да, мистер, слушаю вас. – Я боялся даже взглянуть в его пронизывающие насквозь глаза, когда он был в таком настроении. -Я уже говорил тебе разобрать все мои снимки в студии?! – тон был спокоен, но мне показалось, что его слова словно иглы впивались мне в кожу. -Да, я помню… Просто… сегодня съёмка была, я весь день с вами пробыл, я же не мог уйти, но я сегодня… - но преподаватель оборвал меня: - Мальчик мой, мне не важно, чем ты там занимался, но если хочешь быть моим помощником, то будь добр, успевай! А то на кой чёрт ты мне вообще сдался?! – он развернулся и отошел к окну. -Но, мистер Каулитц, я постараюсь, чтобы это больше… -Свободен! – он снова оборвал меня. -Но я… -Оглох, что ли? Проваливай, говорю!!! – он вскрикнул, а я невольно дёрнулся от неожиданности. - Да, до свидания, мистер Каулитц… *** …Кстати, забыл упомянуть, мой самый талантливый в мире учитель, оказался редкостной скотиной! Вот так вот «рубаха – парень» и душа компании Том Трюмпер, превращался в забитого школьника рядом с ним. Вот уже неделю он даёт мне какие-то задания, плюс ещё учёба. А я так радовался, когда он меня выбрал! Якобы теперь мне вся группа завидует! Сейчас же я этого тирана уже почти ненавижу! Знали бы все, как он меня изводит! И отказаться теперь нельзя, ведь выпал шанс поработать с таким человеком. Буду терпеть, блин… И всё же, почему именно я? Ведь на курсе почти сто человек учатся, а для роли «мальчика на побегушках» подошёл именно я! Но моя мечта детства стать фотографом пока перекрывает все эти мелочи жизни… *** Вот и студия – а уже почти ночь, кучу фотографий надо ещё перебрать… Ладно, за работу. Звонит мой мобильный: -Да… Я слушаю, мистер Каулитц… – только не это!!! Ещё что-нибудь, наверное, придумал?! Чтоб я вообще не спал сегодня… -Трюмпер! Едь ко мне домой, нужна твоя помощь. И быстрее там давай! – сказал он всё тем же ледяным голосом, и отключился. В него что, дьявол вселился?! Я теперь и дома ему помогать должен? Садист какой-то, он сам-то вообще отдыхает или спит? Хотя, таким как он, наверное, и спать не надо…а мне, между прочим, ещё завтра в универ – потом с ним же весь день торчать! Издевательство какое-то… *** Вот я уже у его квартиры, звоню в дверь. Открывает буквально через пару минут. Как всегда, в своём репертуаре: в брюках, белой рубахе, с закатанными по локоть рукавами, и расстёгнутой на три пуговицы сверху. Волосы забрал в хвост и босиком. И кто поверит, что это самый известный в мире фотограф? Как будто из кровати тока выполз. -Ааа… шмакодявка… заходи уже, чего мнешься. – Как он меня назвал?!?! Шмакодявка? Это что ещё за такое?! Поздравляю, Трюмпер, теперь у тебя есть официальное прозвище от самого демона всея преисподней – Каулитца. Захожу. Квартира огромная, мебели мало, куча техники, фотографии, книги, диски и кружки. Кругом кружки. Явный холостяк – сразу видно. Неужели у него и девушки нет? -Вот, можешь сесть сюда. Но сначала свари мне кофе! – мистер Каулитц указал мне на диван, а сам сел напротив меня за компьютер, прямо на пол, и принялся разбирать какие-то снимки. Я сварил кофе, и сел на указанное мне место. -Ну, и что я должен делать? Вы сказали, что вам нужна моя помощь? – я хотел быстрее со всем этим разобраться и отправиться восвояси. -Ничего, сиди тихо, вари мне кофе и смотри, чтобы я не уснул – он бросил на меня уже не такой злобный взгляд, и казалось, даже немного улыбнулся… Хотя… в его случае это можно назвать ухмылкой. - Вы меня позвали, чтобы я тут вместо вечного будильника сидел? Но мне же спать надо, в универ рано и… - По-моему, я не просил трындеть без умолку! Ты мне мешаешь, у меня очень срочная работа, про которую я забыл – а всё из-за вас, студентов-балбесов! Совсем за вашими убогими работами всё запустил. Так что, нужно закончить к утру. От занятий я тебя освобождаю, спать останешься у меня – комнат полно, выбирай любую! А сейчас всё, молчи, пожалуйста! И, да, у меня кофе кончился – он отставил чашку и жестом указал мне в сторону кухни. Вот же скотина, сделал из меня раба какого-то! И пусть он на десять лет старше меня, и мой преподаватель – нельзя же вот так просто распоряжаться моим временем! В голове бушевали мысли, но кофе я всё равно сварил и сел обратно, а чтобы самому не уснуть, взял в руки журнал и принялся листать. Немного погодя, оторвавшись от глянцевых страниц, я взглянул на моего учителя. Тот, закусив губу, всё открывал и закрывал бесконечное количество файлов, что-то редактировал, что-то удалял, в общем – опять погрузился в свой мир, лишь иногда отставлял чашку, когда кончался кофе. В такие моменты он не казался мне страшным. Этот парень был полностью сосредоточен, лицо было напряжено, но глаза были добрыми и широко открытыми, от чего его сволочная натура куда-то пропадала. Не знаю, сколько мы так просидели, сколько я сварил кофе, и как он столько выпил, но глаза стали слипаться… Pov Bill. -Трюмпер, Трюмпер! Ты там уснул, что ли? – зову этого засранца, а он молчит. Поворачиваюсь, а тот мирно сопит, как кот! И давно, интересно? Вот же, помощничек! Ладно, унесу его спать. Не привык он так работать, сутки напролёт. Определяю «гостя» в пустующую комнату и укрываю пледом: – Спи, шмокодявка… Я почти закончил, да и светает уже… Так! Сейчас душ, всё быстренько доделаю… Ещё даже на пару встреч до мистера Шварца успею… …Кстати, вечером надо не забыть Трюмпера выпустить.