Запах кофе и апельсина

Максим был уверен, что он это все нарочно. «Скотина! Мог и достать!» - на этот раз в его голове все голоса звучали очень даже солидарно и вторили эхом всех мыслимых и немыслимых ругательств… пидор, козел, засранец, вот же козел, минет ему подавай, я соска, что ли?! Но вишенкой на торте стало то, что Андрей решил поехать в офис в субботу (и чего ему не спится!), но в одиночку проводить время там не захотел. Поэтому послал за Максимом водителя с сообщением «вместе пообедать». «Спасибо, кушали», - прорычал сообразительный внутренний голос. Вслух Макс застонал и закрыл лицо руками. Плевать, что скажет Артем, поглядывающий на него с водительского сиденья. Доехали они, как назло, быстро. В кабинет Максим вошел аккуратно, тихонько прикрыв за собой дверь. - На ключ закрой, - небрежно бросил Андрей, с удовольствием слушая сначала тишину, потом щелчок и, наконец, вздох. Так-с, кто-то вчера вел себя несдержано, убежав из его спальни, надо бы сегодня расставить точки над «і». Где-то на периферии сознания у Андрея бегала мысль о том, что надо бы еще и не перегнуть палку, но привычка подчинять сегодня явно была сильней. - Я решил, что мы можем попробовать в более хм-м… интересной обстановке. Обещаю, что буду сдержанней. Так что – можешь не бояться. Макс всему этому нисколько не верил и чувствовал себя полным идиотом, стоя перед Андреем, как школьник перед директором. И чего ему бояться-то, а? Ну нажрется он еще раз этой гадости, так ведь все имеет свою цену… Такая вот у него! Только на душе становилось противно. Ну, вот за что он с ним так? А иногда они нормально разговаривали… Макс почувствовал, как уши начинают гореть, а пальцы сами собой сжались в кулаки. Но следующая фраза добила окончательно. - Всегда мечтал о том, как мне отсосут прямо за рабочим столом. Можешь приступать. Андрей призывно откинулся назад, показывая взглядом на место куда-то под ногами. Под столом… - Ты шутишь, да? Максим говорил тихо, поскольку боялся, что сорвется. Одна часть его мозга вопила о том, что столько денег, сколько он должен, ему вовек не отработать – «Смирись!». Вторая же часть возмущалась, какого собственно… и почему так… как какая-то секретутка, ей-Богу… Под стол лезть ему, что ли? Та же часть его организма, которой раньше нравилось происходящее, явно ушла в отпуск. - Что такое, Макс? Я и так не много от тебя требую. По-моему, мы уже говорили, что твое дело – смири… - Да, бля, не хочу я ни с чем смиряться! Если хочешь… то… Черт, выеб… уж наконец… Макс почти проорал начало фразы, к концу перешедшую в шепот. Что он несет-то? Да еще как заика. Ответом ему послужила моментально взлетевшая к линии волос бровь. Так, решено – надо спасать остатки гордости… Максим бросился к двери, игнорируя идущего к нему Андрея. Слава Богу, дверь поддалась сразу… Макс вылетел из кабинета, чуть не столкнувшись с секретаршей Андрея, и сразу погнал к лестнице. - Что-то случилось, Андрюш? – девушка недоуменно смотрела вслед улетающему из офиса парню. «Перегнул», - Андрей мысленно резюмировал произошедшее и устало потер лоб. Набрал Артема и попросил отвезти «припадочного» домой. Конечно, он не мог за ним побежать по собственному офису. Хорошо, что суббота и людей почти нет. Хотя его сотрудники все сами немного того… творческие люди. Никто бы ничего не сказал. Сама мысль, невысказанная Максом, грела душу и то, что в штанах. Андрей улыбнулся одними уголками губ. Только вот это предложение «выебать наконец» Макс с перепугу высказал… Если бы Андрей его сразу взял – стал бы насильником и все. А так, чтоб добровольно, самому пойти на контакт с мужчиной – это мы пережить не можем, значит. «Довел-таки парня ожиданием смертной казни. Сам просит», - кто-то внутри его головы сейчас радостно потирал виртуальные ручонки. Но сначала работа, а вечером… посмотрим. Макс не помнил, как они добрались домой. Кажется, Артем его уговаривал сесть в машину. Хотя какое там «домой». Его дом в противоположной части города. Но сейчас он предпочитал сидеть в выделенной ему комнате и удивлялся, что недавно ему хотелось куда-то отсюда выйти. Сейчас просто хотелось, чтобы его оставили в покое. Кажется, крыша таки тронулась. Макс выглянул в окно. На улице было тепло и светло, хотя время близилось к семи вечера. Сколько ж он просидел, глядя в одну точку? Ковыряния в себе ничего на свет не вытаскивали. Единственный вывод, который напрашивался – он не пидорас и, видимо, никогда им не станет. Никакой адреналин от алкоголя и страха или самоуговоры не помогут ему в конечном счете. Да, ему было хорошо пару раз с Андреем. Но этому есть объяснение. Даже его внезапно проснувшейся страсти к приказам. Макс внезапно увидел всю картинку как бы со стороны. Чувство вины из-за семьи и карьеры подстегивало его подсознание, и ему нравилось, как его ломают. Своеобразное самобичевание, получается? Ведь так? Может, поговорить с Андреем? Договориться о рассрочке лет на десять? Они вроде неплохо разговаривали… Ну, до начала «орального эксперимента», как окрестил опыты над собой Максим. Черт, как ему пережить все это и не свихнуться? Дверь в прихожей хлопнула, и послышались шаги. Макс в приступе какой-то внезапной паники отошел от окна. Хотелось курить, и он не успел до прихода Андрея. А ведь была заныканная сигарета… Что же он ничего не может сделать нормально? Даже такую мелочь! Дверь в его комнату впервые распахнулась без стука, что Максу вовсе не понравилось. - Зайди ко мне, - Андрей, как всегда, коротко бросил приказ, по ходу высвобождая пуговицу на рукаве. Он прошел в комнату, точно зная, что за ним идут. Правда, слишком медленно. Гаденыш! - Скажи мне, что из нашего контракта тебе еще не понятно, кроме того, что ты отказываешься делать пока самые элементарные из прописанных там вещей? Кстати, можешь заодно объяснить, почему я должен это терпеть? Максиму чуть не стало плохо от этих «элементарных вещей». Нет, он не переживет больше ничего. Тошнит уже просто физически. Надо набраться смелости! - Я как раз по поводу контракта, - голос звучал ну очень жалко, но Макс решил, что лиха беда начало. – Есть хоть какая-то возможность, что мы договоримся… как-то иначе? Андрей, я не могу… Последние слова произнесены уже шепотом. Но Андрей услышал и, судя по выражению лица – не в восторге – будет слишком мягким описанием. Он уже успел полностью расстегнуть рубашку, обнажившую его идеальное тело. Макс аж немного отвлекся на «позавидовать», но его быстро вернули к жизни хлесткие слова. - Уже «не могу»? Отчего так быстро? Хотя я думал – сдашься на поцелуе, но тебе, судя по всему, нравится прелюдия, - на этих словах Макс начал краснеть. – И другие не менее хорошие в сексе вещи. Как насчет моего удовольствия? Ты же помнишь, что это основная цель твоего здесь пребывания. А твой неумелый отсос вряд ли можно отнести к разряду «удовольствий». И что – уже кишка тонка? Просишь пощады? Мамочка, я не могу быть ненормальным – так это понимать?! Ну, чего молчишь? Нам не о чем договариваться – твои долги выплачивать полжизни не хватит. Твоей, конечно. Ты еще скажи спасибо, что я не отказываюсь от своей части договора, мне порядком надоело тебя «понемногу» уламывать. Ты сейчас должен был на коленях сюда приползти с просьбой все исправить, а не стоять тут с чувством оскорбленного достоинства! Краснота на щеках Макса сменилась бледность, а кулаки сжались, как сегодня в кабинете. Только сейчас понял, что, наверное, уже проткнул своими ухоженными – бля! – ногтями кожу. Иначе, почему ему так больно? Что он вообще делает? - Я для тебя просто вещь, да? – кровь стучала где-то в районе висков. И он, и Андрей говорили не очень громко, но каждое слово звучало от этого только резче. – Кроме твоего удовольствия, тебя ничего не волнует? Ты весь день только и делаешь, что приказываешь! С телефоном и ноутом не расстаешься! Всем и вся раздавать пиздюлей и кайфовать от этого – в этом твое удовольствие, помешанный на контроле мудак?! А вот и голос прорезался! Хотя Максим не мог припомнить, что собирался попрекать Андрея его занятостью и манерой отдавать приказы. Очень вежливой, надо сказать, манерой. Никто из его знакомых так не умел. Андрей говорил четко и спокойно, что вынуждало… слушаться. Макс был не в восторге от своего открытия. Оставалось сопротивляться этой скотине из последних сил… Андрей неожиданно зло рассмеялся и тоже повысил голос, подходя ближе. Макс еле сдержался, чтобы не отойти назад. Полы рубашки Андрея распахнулись, и его обдало запахом мужских духов с привкусом цитрусовых. Макс все-таки сделал небольшой шажок назад, надеясь, что это не очень заметно. - Тебя смущает мое чувство контроля? Себя или тебя? Тебе не нравится, что тебя контролируют? Приказывают? - лицо Андрея было совсем близко, губы насмешливо изогнулись. – Так в этом основная проблема? Не в том, что так тяжко расстаться с гетеросексуальным «я», а в том, что тобой руководят? А может, ты просто сам этого хочешь? Скажи нормально то, что сегодня не смог выговорить. Признайся, что с тобой сделать... Голос Андрея уже лился патокой, его лицо приближалось, а Максим понял, что это его единственный шанс. Шанс остаться нормальным. Все дальнейшее происходило как в замедленной съемке. Андрей почти прикрыл глаза и поэтому не успел среагировать. Он уже стоял слишком близко, поэтому удар получился смазанным. Макс опомнился только, глядя на собственный кулак, только что впечатавшийся в чужую челюсть. Андрей медленно повернул голову, дернувшуюся от удара, и сплюнул кровь. Кажется, губу разбил… Максим почти был готов что-то сказать, то ли – прости, то ли – мудак, но пока он определялся, их глаза встретились… Макса никогда так быстро не накрывал страх. Тело рвануло к двери быстрее, чем мозги успели включиться. Поздно, конечно… Андрей не ожидал ничего подобного. Он был уверен, что сейчас все и случится. Он подвел Макса под грань и осталось додавить немного. Сегодня он должен стать его… Удар был неожиданным. Все дальнейшее не обдумывалось. Тело прекрасно знало, как действовать. А у Макса хватило реакции бежать, а не драться. Да, значит, не окончательно мозги потерял… Все эти мысли текли на заднем плане, мало задевая творившиеся в комнате. Андрей догнал одноклассника одним прыжком и повалил на пол. Ответный удар в челюсть немного отвлек парня, но он упорно пытался спихнуть с себя хозяина комнаты. Они перекатились на бок, толкнув прикроватную тумбочку. Стеклянный подсвечник упал с тумбочки и разбился. Андрей пытался заломить однокласснику руку, но тот выкручивался. Пальцами пытался оттолкнуть его плечи. Андрей, несомненно, был сильнее, он прижимал парня к полу, с каждым движением ограничивая его возможности сопротивляться. Скоро удалось «закрыть» тому ноги и прижать руку коленом. Андрей проехался локтем по полу, когда Максим сделал попытку спихнуть его. Что-то больно резануло по руке. Андрей увидел кровь и на секунду поднес руку к лицу. Осколка нет, просто порезался… Так, все кончится плохо, если они продолжат это барахтанье… Последним движеньем Андрею удалось уложить сопротивляющегося из последних сил парня на бок и зафиксировать коленями «нижнюю» руку. Андрей соображал быстро. Так, в тумбочке должны были остаться… Одно движение, почти вырвавшее верхнюю полку, и там-таки обнаружились оставленные для более приятного случая наручники… Максиму хватило этого времени, чтобы извернуться и освободить застрявшую между чужими коленями руку. Но Андрей был быстрее. Он успел защелкнуть наручник на «верхней» руке. И Макс, с каким-то ужасом в глазах вскинувший свободную руку, чтобы спихнуть нависающего над ним парня, увидел, как и на ней защелкивается металлическое кольцо. «Не за спиной, конечно, но сойдет», - с удовольствием констатировал Андрей, в ту же секунду несильно врезав Максу по челюсти. Руки у того уже были перепачканы в крови – то ли Андрея, то ли тоже успел порезаться… Парень, на пару секунд вырубленный ударом, сейчас пытался отдышаться и подняться, что со скованными руками сделать было непросто. Андрею этого времени хватило, чтобы встать на ноги и оценить ситуацию. Сплюнув скопившуюся слюну и кровь, он отошел к противоположной стене и открыл бар, скрытый за ложной панелью. Достал стакан и бутылку чего-то крепкого. Кажется, бренди. Краем глаза он следил за Максом. Тот встал на ноги, но все еще тяжело дышал – слабак. Запал, кажись, поугас… Дрались они в полной тишине. Похоже и теперь разговора не будет… Отправить его, что ль… Честно говоря, единственное место, куда Максима сейчас хотелось отправить – это чулан в его недостроенном доме: «Чтобы от запаха краски за пару дней сдох», - ласково подсказывало Андрею что-то внутри. Глоток спиртного немного унял эту словоохотливую тварь… Заодно и разбитой изнутри щеке дезинфекция будет. - Успокоился? Макс тупо смотрел на скованные руки. Он сам не понял, как так получилось. И какого он испугался этого сопляка? Ну, бывшего сопляка… Не дернулся бежать бы, нормально защитился. В остатке – две минуты барахтанья и позорная капитуляция. А руки вроде как сами дались… Все мысли в голове оседали тяжелыми хлопьями. Начала ныть порезанная рука. Взгляд упал на осколки – вот же, могли и убиться этим. Но от боли в голове стало светлее. И страшнее… Чего он добился? Чего он хотел? Макс подумал, что уже окончательно запутался. Сейчас его выставят… Вызовут полицию… Предъявят счет… Пока все эти «приятные» мысленные картины мелькали перед глазами, он почувствовал движение рядом с собой и качнулся в сторону. Ногой прямо на осколок. - Да что ты делаешь?! Андрей, потеряв терпение, швырнул бокал с недопитой жидкостью в стену подальше «места катастрофы» и схватил парня за руку, чтобы удержать от еще одного шага. Макс отрешенно слушал, как Андрей ругается не хуже охранников в своем клубе, пока тот тащил его в ванную. Под ногами оставались кровавые следы. В просторной ванной комнате на Макса рявкнули, чтобы сел на какую-то тумбочку. Сам Андрей полез в шкафчик и через минуту потребовал поднять ногу.