С ним.

      С окна светило теплое солнышко. Его светлые и теплые лучики распространялись по всей комнате. Один лучик попал в глаз Тигрице. Она лениво проснулась. Вдруг она резко встала с кровати и начала быстро одеваться. Девушка словно ветер вылетела из комнаты. Хищница не заметила, Шеня, который смотрел на нее с недоумением. А тот решил за ней проследить.       Мужчина нашел ее в саду. Ее кулак вылетал с каждой секундой. Он то внезапно появлялся, то внезапно исчезал. — Доброе утро, — сказал Шень.       Тигрица резко повернулась к павлину. — Доброе утро, — ответила девушка. — Почему ты встала в такую рань? — Прости, я привыкла тренироваться на восходе солнца… — Милая моя, ты не в Нефритовом дворце, ты в своем новом доме, тебе здесь не обязательно вставать на восходе солнца и тренироваться.       Он приобнял ее за плечи и начал вести куда-то Тигрицу. — Куда ты меня ведешь? — спросила девушка. — В спальню, мою дорогая, ты, наверное, еще хочешь спать…       Хищница вздрогнула. — Нет-нет! Я не буду это делать с тобой, забыла? — проговорил он. — Я боюсь, что ты не сдержишь обещание… — тихо сказала Тигрица. — Солнышко, я ради тебя буду терпеть. — Знаешь, давай, лучше погуляем в твоем саду, — предложила девушка. — Как скажешь, моя деточка, — послушно согласился Шень.

***

      В саду они очень много разговаривали о всякой всячине. Никто из них не трогал тему интима. Это была, так сказать, дружеская беседа. — Шень, с тобой так приятно общаться на разные темы! — хвалила павлина как-то юная Тигрица. — Спасибо, — поблагодарил альбинос. — Знаешь, мы же с тобой будущие супруги, а я даже за это время не целовал твою лапку. Ты не будешь против, если я тебя обниму?       Подросток растерянно задумался. Но все же она согласилась. Шень ее нежно и аккуратно обнял ее. — Тигрица, — обратился Шень. — Как думаешь, мы сможем быть хорошими родителями для наших деток? — мечтательно спросил он.       Тигрица оторвалась от объятий Шеня. Она на него злобно посмотрела. — Шень! Мы только вчера познакомились, а ты уже хочешь совместных детей! Ты что?! Тонко намекаешь на то, что нам нужно заняться любовью?! — возмутилась девушка. — Прости! Прости! Прости! Я не на что не намекаю, просто ты мне сильно нравишься! — оправдывался павлин. — Правда? — удивилась юная девица, приподнимая одну бровь. Она немного не доверяла словам Шеня. — Да, мой котенок, ты очень нравишься мне. С тех пор, как я узнал о твоем существовании, мне стало как-то веселее на душе, я обычно хожу хмурым, депрессивным, грустным. Многие годы мне всегда было тоскливо, уныло, грустно на душе. Однажды я хотел покончить жизнь самоубийством, но передумал. А когда увидел твое изображение одного талантливого художника, я будто начал приближаться к прекрасной, красочной, яркой и счастливой жизни, но только с тобой я это чувствую, понимаешь? — Неужели, ты был настолько одинок до меня, ты даже себе любимую не завел? Павлин печально вздохнул. — Деточка моя, большая часть девушек будет со мной только при условии, чтобы они жили за счет моих богатств…       В этот момент Тигрице стало жалко мужчину. Чтобы Шень сильно не грустил, вспоминая свои причины депрессий, она его обняла. В первое мгновение Шень даже не понял, что происходит, но совсем-совсем скоро мужчина все понял и тоже обнял ее нежно в ответ. — Спасибо, моя деточка, — прошептал альбинос. — Мне кажется, что ты одна знаешь, что мне нужно.

***

      Прошло два года. За это время у Шеня и Тигрицы начался роман, но, как не странно, они не поженились. Павлин объяснял это тем, что пока Тигрица не будет в нем полностью уверена, то и разговоров не будет про их свадьбу, чтобы, не дай Будда, ее травмировать слишком ранним браком.       Но как-то раз в апреле, Шень позвал ее к себе: — Котенок, ты бы не могла ко мне подойти? — Да, милый, — отозвалась Тигрица. — Знаешь, — начал он. Ему было неудобно говорить о той вещи, о которой пойдет речь. — Может, мы попробуем кое-что? — Что ты имеешь в виду? — поинтересовалась Тигрица. — Может, мы попробуем заняться любовью?       Девушка удивилась. — Ну, не знаю, Шень… Мне же еще только семнадцать... — сомневалась юная мастерица. — Ничего страшного, в этом году тебе будет восемнадцать. К тому же, оно будет через три дня, это будет этаким подарком, но в твоё день рождение я постараюсь сделать тебе подарок получше.       Тигрица немного задумалась. Затем она кивнула, будто соглашалась. Шень обнимая, повел девушку, теперь, в их спальню. Когда они зашли в спальню, павлин закрыл за собой дверь. Девушка села на постель, вслед за ней и альбинос. Потом он коснулся ее щеки и нежно поцеловал. Она сразу ответила на поцелуй. Вдруг мужчина прекратил свой поцелуй и уложил на роскошную постель. Для Тигрицы настал, для нее, самый тревожный момент. Шень, увидев это,сладко улыбнулся. — Ш-ш-ш-ш-ш-ш… Все хорошо, котенок… Не бойся… Я буду аккуратно…       Шень поцеловал Тигрицу нежно и сладко. Та в свою очередь не сопротивлялась. Потом она приобняла любимого. Альбинос раздел свое ханьфу. Шень начал спускаться, а если точнее, то он начал целовать ее шею. Вскоре павлин начал ее раздевать. Когда она была полностью обнаженной, то Шень опять-таки начал давать удовольствие своему котенку. Закончилось сие действием тем, что Шень работал кое-чем с лоном Тигрицы. Павлин лег на свою сторону, учащенно дыша, с довольной улыбкой. Наконец он получил то, чего у него не было столько лет. Тигрица обняла его и положила голову на плечо. — Котенок, тебе понравилось? — поинтересовался Шень. Потом печально добавил. — Прости, что не сдержался до твоего восемнадцатилетия. — А знаешь, я не о чем не жалею, так что особо не переживай. — Чтобы я без тебя делал, моя золотая... — прошептал Шень.       Затем альбинос ее крепко обнял. Первой уснула Тигрица, а за нею Шень. Во сне девушка все крепче и крепче обнимала будущего мужа, а тот был не против, наоборот, ему было очень приятно.