Ярость

Кап-кап… В комнате настолько тихо, что слышно только звук капающей красной жидкости в какой-то колбе рядом со мной. Я просто наблюдаю, как моя кровь уходит из меня. Прошло наверно, минут десять с того момента, как ко мне подключили этот аппарат. Мужчина, что охранял меня, листал какой-то журнал. Неужели сейчас выпускают журналы? Впрочем, какая разница… Я вздохнула и с сожалением посмотрела на свою перебинтованную руку. Неужели всё это было напрасно? Неужели Алби зря спас меня? Выходит, что так. В памяти всплыла фраза Дженсона о том, что с меня хватит. Чёртовы людишки, решили списать меня, как подержанный автомобиль. …Рука машинально схватила иглу с проводом, по которому шла моя кровь и сорвала её. Мужчина не успел опомниться, как я врезала ему с ноги. Он упал и получил ещё один сильный удар по голове — это я сделала, чтобы он точно не очнулся в ближайшее время. Схватив иглу, которая несколько секунд была в моей руке, я оторвала её от провода и подошла к двери, ожидая медсестры, которая вот-вот должна была появиться. Сердце бешено колотилось, и я почти не контролировала себя, а словно бы наблюдала со стороны. Все мои движения были чёткими и быстрыми, как будто я проделывала это сотни раз. Дверь открылась. Медсестра Мэгги едва ли успела что-то понять — я резко схватила её на голову сзади и всадила игру в артерию, из которой фонтаном брызнула кровь. Она постепенно начала сползать на моих руках, и я осторожно опустила её, стараясь не наделать лишнего шума. Надо было как-то выбраться из палаты, не привлекая лишнего внимания. Перешагнув через труп Мэгги я тут же сняла белый халат с лежащего мужчины — он было захрипел, но в это мгновение снова получил удар по голове. Мою футболку немного забрызгало кровью, и я накинула на себя халат — он скроет пятна и другие не сразу поймут, что я не медсестра. Сняв бейдж с именем Мэгги, я нацепила его на себя. Вуаля. Открыв дверь, я сразу же отправилась в большой зал, где могли сидеть ребята. — Эй, — окрикнул меня кто-то сзади. Я остановилась. Чёрт, чёрт… — Вы куда? — я оглянулась и увидела, как ко мне подходит военный с автоматом. — Обед закончился уже. Все детки в клетках. Остроумный болван. — У вас кровь, — он подошёл чуть ближе, подозрительно рассматривая мою шею. — О… — дотронулась я до шеи, — брала кровь у одной девушки. Она подлежит ликвидации. — Ааа, — протянул он, догадываясь о чём идёт речь. — Ну да. Проводить вас? Вот это джекпот! Осталось только отобрать у него оружие. Но стоит он неудобно, могу не успеть. — Конечно. Мне нужен ещё один юноша для крови, — и мы двинулись по коридору в сторону лифта. Никого из посторонних я не заметила, только ещё пару военных. Мы спустились на этаж ниже и очутились в узком тоннеле с кучей дверей по обе стороны. И они будут утверждать, что это не тюрьма? Я шагнула вперёд, думая, как мне найти парней. Над каждой дверью были указаны какие-то цифры, но что они значили? — Вам из какого участка нужны? — раздался голос моего сопровождающего сзади. Так, думай, думай. Досье. Рядом с моим именем были какие-то цифры. Кажется, 463 или 436? Я увидела над дверью цифру 368 и пошла дальше. Что, если я ошибаюсь? Вот я дошла до номера 400, но он был почему-то перечёркнут. Внутри меня всё сжалось. Несложно было догадаться, что это значило. 430, 431… Я подошла к 436. Эта ли это дверь? Надо было решаться. Около двери был датчик для электронного ключа. Опустив руку в карман, я нащупала что-то — это была карточка. Но подходит ли она для этих дверей? Был ли доступ у этого мужика? Я провела карточкой совершенно не думая о последствиях и датчик пикнул, загоревшись зелёным огонёчком. — Всё в порядке, док? — снова спросил меня военный. — В порядке, — я нажала на ручку и открыла дверь. Сердце замерло и у меня заложило уши от страха — до того я была напряжена. Сделав шаг навстречу, я вошла в комнату и увидела совершенно не знакомых мне парней, которые удивлённо оглянулись. — Опять на тесты? — измученно спросил один из них. Я сделала шаг назад и захлопнула дверь. — Док? — он подошёл совсем близко. Догадывается, что я не та, за кого себя выдаю. Когда у тебя трещина в руке и ребре, когда у тебя множество ушибов и ссадин, когда из тебя выкачали немного крови и плюс ко всему у тебя ещё небольшое сотрясение — поверьте, это ужасно. Боль постоянно с тобой, она никуда не исчезает. Когда на тебя направляют дуло автомата, давая понять, что тебе конец — твои шансы на успех ничтожны. Они до того ничтожны, что ты начинаешь сожалеть о том, что не сдулся раньше всего этого дерьма. Ты ужасно устаёшь и готова сама подойти поближе, чтобы тебя уж наверняка пристрели. Но я была так зла на всю эту систему, на весь этот мир, что окружал меня. Я не могла сдаться даже умирая, даже под прицелом этого мужика, который понял, что я — совсем не доктор. Я убью вас всех ради того, чтобы быть свободной… Я старалась сжать его шею ещё сильнее, но он брыкался на полу, как взбешённая змея. Мне совсем не хотелось делать этого, но тогда он бы убил меня. Или сдал опять этим врачишкам, а те бы в свою очередь, тоже бы убили меня. Его руки пытались нащупать автомат, который отлетел на несколько метров, и в итоге он просто беспомощно болтал ими, как вёслами. Его глаза начали закатываться, изо рта вылетали какие-то хрипы и через полминуты всё было кончено. Голова откинулась на бок, а левая рука так и лежала направленной в сторону оружия. Три трупа за полчаса… Я схватила автомат и побежала к двери с надписью 463. Дверь… я провела карточкой… Открываю… На кровати сидит Чак. Ньют и Томас сидят на верхних ярусах своих кроватей и разговаривают. Минхо что-то рисует на полу. — Т/и! , — вскричал Ньют, спрыгнув со своего места. Я расплакалась. После всего, что я сделала, силы покинули меня. Я убила несколько людей, меня саму хотели убить несколько раз… Я упала на колени с автоматом в руках и закрыла рукой лицо, начав рыдать. Ребята подбежали ко мне и начали успокаивать, ничего не понимая. Ньют взял моё лицо в свои руки и спросил несколько раз, что случилось. — Нам… нам надо бежать, — только и могла я сказать, захлёбываясь своими слезами. — У неё оружие! — шепнул Чак Томасу. Минхо закрыл дверь и подтолкнул стол к ней, делая баррикаду. Я вытерла лицо рукой и сняла с себя халат. Парни не спрашивали меня ни о чём, понимая, что что-то случилось. Минхо поставил стул и подтянувшись, открыл дверку люка вентиляции. — Быстрее, сваливаем отсюда! Чак, ты первый! Я уже не верила, что мы сможем сбежать отсюда и сейчас просто стояла, как вкопанная. — Ну же, Т/и, давай, — позвал меня Томас, — надо торопиться. Ньют подвёл меня к стулу и с тревогой посмотрел на моё лицо. — Я не могу, — прошептала я тихо. — Я больше не могу. — Нет милая, ты можешь, — он сжал мою руку чуть крепче, — я смогу защитить тебя… Ты же помнишь, я обещал тебе. Мы выберемся отсюда и будем с тобой — ты и я. Мы будем свободными. Убежим далеко- далеко от лабиринтов и от этого места. Знал бы Ньют, что я сейчас сделала… — Руку! — прикрикнул Томас. Я встала на стул и приподнялась. Последний рывок. Правильно сказал Дженсон. Хватит с меня.