Модельер без Чо

      Тэхён жутко опаздывает. И нет, это не потому что он долго собирался. Все эти долгие три часа, которые оставались до встречи с Чонгуком, Тэ в поте лица трудился над печеньем собственного приготовления. По правде сказать, Тэ готовил отвратительно, но, как считал он сам, однажды же у него должно было что-то получится. И это что-то по идее должно было понравиться Чонгуку.       Он еле выбрался из переполненной вечерней маршрутки и мигом понёсся в сторону пиццерии. Если верить его часам, Тэхён опаздывал уже на пятнадцать минут. Он был готов сгореть со стыда. Как он вообще мог так облажаться? Чонгук же сам его позвал и непонятно откуда номер добыл, а Тэ с ним так некрасиво обошёлся.       Все столики в пиццерии были заняты, и Тэхёну потребовалось время, чтобы сориентироваться и среди всех посетителей отыскать макушку Чона. Тэхён облегчённо выдохнул: он пока что не ушёл. Но это пока что. Тэхён сделал шаг в сторону от входной двери, начиная аккуратно разглядывать Чонгука, как на разведке. Тот сидел спиной к Киму, поэтому он не замечал на себе пристального взгляда. Судя по всему, Чонгук, начинал отчаиваться и уже не особо верил в то, что Тэхён соизволит сегодня наведаться в пиццерию, и всё чаще поглядывал то на наручные часы, то на телефон, то в сторону окна, видимо, высматривая там самого Тэ.       Ким шагнул в сторону столика, затем ещё и ещё. В голове самая настоящая каша, он даже не знает что сказать в своё оправдание и стоит ли говорить. Он даже понятия не имеет как поприветствовать Чонгука.       «Привет»       Нет, это уж слишком.       «Здравствуй»       Словно они муж и жена в разводе.       «Добрый вечер»       Слишком тошнотворно.       И пока Тэ думал то над тем, то над другим он и сам не заметил, как подошёл вплотную к столику, застывая как вкопанный. Чонгук, заметив рядом с собой фигуру, тут же отвлёкся от телефона и поднял взгляд вверх.       — И снова здравствуй, — сухо проговорил Чон, даже не улыбнувшись парню.       — Присаживайся. Чего застыл?       А у Тэхёна целый ряд неувязок в голове. Во-первых, если ты зовёшь кого-то в кафе или ресторан, то он по крайней мере надо проявлять хоть капельку доброжелательности, а во-вторых, он не понимает с чего вдруг Чонгук стал таким холодным и серьёзным. Раньше он всегда улыбался ему.       «Может, раздражён из-за того, что я опоздал? Тогда мне следует извиниться»       — Чонгук, — начал было Тэхён, но поймав на себе прожигающий взгляд Чонгука смутился и замолк.       Кое-как Тэ всё же присел на стул, прижав к себе коробочку с печеньем.       «И как мне к нему обращаться? Официально или можно как к другу? Он же спас моего племянника, значит, мы близкие люди?»       — Чонгук-щи, — вновь попытался сосредоточиться Тэхён и извиниться за опоздание.       В этот раз в глазах Чонгука что-то проскочило. Живая эмоция? Заинтересованность? Удивление? Всё возможно.       — Мне очень жаль, что я опоздал. Транспорт вечером ходит очень медленно.       — Всё в порядке, — кивнул ему Чонгук, но так и не улыбнулся.        — Как, кстати, твоё имя? А то я не знаю, как мне тебя называть.       — Тэхён, — быстро отвечает Тэ и замолкает.       Замолкает и Гук.       «Да что ж с ним такое? — продолжал мысленно возмущаться Тэ. — Что опять не так-то?»       Тэхён ещё раз попытался рассмотреть лицо парня. Признаться честно, он немного выпал из реальности, ибо вид у мужчины был очень потрёпанный, как у Чимина, когда он две смены подряд отработал.       «Неужели на работе проблемы?»       Чонгук почему-то молчал, словно ждал каких-то действий от Тэхёна.       «Наверное, это самый подходящий момент, чтобы поблагодарить», — пронеслось в голове Тэ, и он нерешительно достал коробку с печеньем из-под стола.       — Я очень хотел тебя…то есть вас поблагодарить за спасение Югына, но не было возможности. Тогда в больнице мне ничего толком не сказали, а я даже не знал вашего имени. А теперь у меня появилась такая возможность и…вот… в общем, это вам, — и Тэхён осторожно протянул коробку с печеньем Чонгуку.       Тот вмиг оживился, видимо, не ожидал такого жеста со стороны Кима и спустя пару мгновений принял из его рук коробку, начиная заинтересованно разглядывать её.       — А что внутри?       — П…печенье, — на губах Тэ появилась смущённая улыбка.       И вот наконец тот самый момент: Тэ видит как на губах Гука появляется искренняя улыбка, а в глазах — живой блеск. Мужчина сразу же начинает копошиться, вскрывает коробку, разглядывает печенье и не долго думая закидывает одно из них себе в рот.       Тэ растерян. Он не думал, что Чонгук решит умять его печенье прямо в пиццерии на виду самого Тэ, но у богатых, как все знают, свои заскоки. Чонгук долго жуёт одно печенье, и Тэ становится не по себе. А вдруг он снова напортачил? А вдруг они на вкус настолько ужасны, что Чонгук сейчас выплюнет? А что если он потом подумает, что Тэ так решил поиздеваться над ним и пошлёт его куда подальше?       Но Чонгук не посылает его и печенье не выплёвывает. Он наконец проглатывает его, запивает водой и улыбается Тэхёну.       — Неплохо       Одно слово, а на душе Кима становится в разы легче. Он громко выдыхает и широко улыбается ему.       — Я рад, что те…вам понравилось. Честно признаться, я готовить толком не умею, но подумал, что вас надо отблагодарить и…       — И решил добить меня своей готовкой?       Тэхён только и раскрывает рот, ему обидно, и даже если Чонгук и не хотел его обидеть, у него это получилось. Тэхён опускает голову и замолкает. Чонгук замечает это не сразу, потому что продолжает уминать печенье одно за другим и плевать, что это пиццерия и тут можно чего другого повкуснее покушать. А когда он замечает расстроенного Тэ, то тут же откладывает коробку в сторону и виновато улыбается ему, накрывая ладонь Тэ своей.       Тэхён одёргивает руку, когда чувствует прикосновения, и всё ещё обиженно смотрит на Чонгука, ожидая от него очередного едкого подкола.       — Ты не так меня понял, прости, если обидел, у тебя здорово получилось.       Тэхён мнётся ещё с минуту, но всё же сдаётся. У него до сих пор место, где лежали пальцы Чонгука, печёт странным образом, а сердце стучит быстрее, когда он смотрит на виноватую улыбку мужчины. Как его не простить?       — Кстати, можешь называть меня просто Чонгуком и давай на «ты». Мне этой вежливости на работе вот так, — улыбнулся Чон и провёл указательным пальцем вдоль шеи.       — Хорошо.       Чонгук больше не кажется напыщенным индюком, как думал минутой ранее Тэхён, не кажется ледяной глыбой, не кажется самовлюблённым кретином. Он снова начинает улыбаться, плечи, до этого напряжённые, чуть-чуть опускаются и расслабляются. В воздухе больше не чувствуются неловкость и напряжение. Тэхён это чувствует и тоже расслабляется, заражаясь простой, добродушной атмосферой в компании Чонгука.       — Можно у тебя кое-что спросить?       Тэхён утвердительно кивает, продолжая улыбаться Чону.       — Мне вот интересно, как ты узнал мой номер? Ты у кого-то в магазине спрашивал?       Вопрос ставит Тэ в тупик. Во-первых, откуда Чонгук знает о том, что у Тэ есть его номер, а во-вторых, причём здесь магазин? Его что, там знают?       Эта мысль не даёт покоя Киму, он понимает насколько же он неудачник по жизни. Получается, он мог просто спросить у кого-нибудь из продавщиц номер этого мужчины и всё о нём узнать? А что вместо этого делал Тэ? Правильно, ходил и страдал.       — Ащщ, — только и отвечает Тэхён, закрывая лицо руками.       Чонгук немного пугается и мысленно он уже начинает перебирать варианты того, что успел сделать неправильно, но так ничего и не придумывает.       — С тобой всё в порядке? — осторожно интересуется Чонгук, наклоняясь через стол к Киму.       — Нет, не всё, просто я дурак, но эти пустяки не должны тебя касаться.       Тэхён убирает ладони от лица и снова хочет ими закрыться. Чонгук непозволительно близко. Он так близко, что Тэхён может разглядеть мелкие морщинки под его глазами, чёрные чуть подрагивающие ресницы и незаметную на первый взгляд родинку на кончике носа, прямо как у него самого. Тэхён дышать практически перестаёт, раньше к нему так близко мог находиться только Чимин.       «Теперь, кажется, может находиться ещё и Чонгук»       И хоть Тэхёна смущает эта ситуация, хоть ему хочется вновь закрыть лицо ладонями, у него это никак не получается: руки словно одеревенели и приросли к телу, а взгляд застыл на лице Чонгука и не желает от него отрываться. Взгляд у мужчины, подмечает Тэ, заинтересованный, внимательный, даже чуть-чуть взволнованный.       — Так что с номером, откуда ты узнал?       — А ты? — задаёт встречный вопрос Тэ и теперь ставит в тупик Чонгука.       — Так ты сам мне написал, — смотрит непонимающе на Тэхёна Гук.       — Но я тебе не писал. Да, я нашёл твою визитку — признаю, но писать — нет. Я хотел, но боялся тебя отвлечь от важных дел.       Взгляд Чонгука тут же наполняется недоверием, он отодвигается от Тэ, складывает руки на груди, и, кажется, не верит ему. Ему начинает казаться, что этот парнишка решил над ним посмеяться. А Тэхён в это время перебирает в голове всевозможные варианты того, как он сумел профукать тот момент, когда писал Чонгуку, а потом — озарение. Ответ был на поверхности. Тэхён начинает злиться с каждой секундой всё больше и уже готовится выкинуть с восьмого этажа своего нерадивого общажного соседа за такое самоуправство, но сначала он отметелит его подушкой.       — Погоди, можешь показать мне то, что я писал тебе?       Чонгук нехотя берёт в руки свой телефон, недоверчиво поглядывая на Тэ, и показывает ему их переписку. У Тэхёна округляются глаза с каждой фразой всё больше и больше, а когда он видит смайлик с поцелуйчиком он чуть ли не материться вслух начинает.       — Сейчас, — Тэхён начинает в ответ копаться в своём телефоне, а затем показывает самые последние два сообщения в своём телефоне. — Видишь? Я думал, что это ты меня позвал.       — Ты мог и удалить остальные.       — Прости, — неловко бормочет Тэхён, надеясь вернуть к себе расположение Чона, — это мой приятель. Я ему всё рассказал, а потом ушёл в душ, а телефон и визитку оставил в комнате, видимо, он решил мне помочь и написал тебе сам.       Эта версия хоть и подвергается сомнениям, но Чонгук уже наслышан о том самом приятеле Тэ, так что поверить в такое развитие событий он вполне мог. А Тэхён внезапно начал краснеть и глаза прятать от мужчины. Чонгук не сразу это заметил, а когда заметил, тщетно попытался выяснить причину его смущения.       «Боже, зачем я вообще про душ ляпнул? — вопил внутри себя Тэ. — Это так интимно, а я всё разболтал Чонгуку! Вот кретин!»       — Тэхён, ладно тебе, успокойся.       Чонгук снова решил испробовать действенный метод: он осторожно коснулся кончиками пальцев его руки и улыбнулся. В этот раз Тэ руку не одёрнул, кажется, он разрешил себя коснуться. Правда, поднять глаза у него не сразу получилось да и румянец на щеках до сих пор красовался, но главное, что Чонгуку удалось его привести в чувства.       — Забудь. Главное, что мы разобрались с этим.       Тэхён кивает, соглашаясь с Чоном. На этом темы для разговоров у них заканчиваются. Чонгук впервые за долгие годы чувствует себя так неловко. О чём вообще с людьми говорят? Всё, что он в последнее время слышал либо касалось работы, либо общаги, где работал его друг Намджун, либо моды и новых туфелек его девушки. А тут — Тэхён. О чём вообще с ним можно говорить?       — Может, поедим? — предлагает Чонгук, хватаясь за этот вариант, как за спасательный круг, ибо так хоть молчание будет обоснованное, а потом они разбегутся кто куда и больше не увидятся.       Почему-то последние мысли пришлись совсем не по душе Чонгуку. Наверное, несмотря на эту вселенскую неловкость, ему было приятно находиться рядом с Тэ. Приятнее, чем со своей девушкой или со своими коллегами. Намджун — исключение. С ним Чонгуку было комфортно всегда и везде.       А Тэхён тут же соглашается на предложение Чона, радостно поддерживая его. Тэ тоже хочется как-то избавиться от неловкой и удручающей тишины между ними.

***

      — Чимин, ты что творишь?! У тебя совесть есть? — Юнги вопил буквально на всю улицу, тем самым сильно смущая Чимина.       Пак озирается на всякий случай по сторонам, но не находит лишних глаз, и успокаивается.       Чимин никак не поймёт, чего это Юнги так перепугался сам и перепугал Чимина, ну прижал он его к стене и что с того? Словно законом запрещают прижимать к стене тех, кто нравится Чимину.       А Юнги испуган и смотрит на Чимина как на врага народа. Пак демонстративно делает шаг назад, поднимая руки вверх, тем самым говоря, что он ничего больше не сделает.       — Ты чего хоть? — он снова улыбается невинно, становится мягким и податливым.Такой мягенький пирожочек, с розовыми щёчками и пухлыми губками, который тогда на лавочке мило причмокивал во сне.       Юнги даже несколько раз мигает, чтобы поверить в то, что это один и тот же Чимин, только вот верится с трудом. Всего каких-то секунд тридцать назад на него налетел дикий изголодавшийся зверь. И глаза в этой темноте светились у Пака так непривычно пугающе, и пальчики, казавшиеся до этого миленькими, с силой впились в плечо Юнги, и руки, казавшиеся до этого слабыми, не хило так припечатали его к стене.       — Я? Это ты чего? С какого ты на меня накинулся, словно сожрать хотел? Знаешь, я не собираюсь общаться с таким неадекватным.       Юнги не врал. После этих слов он развернулся и зашагал прочь от Чимина. А Паку обидно. Он честно не понимает, чего Юнги на него так взъелся. Он быстро догоняет Мина и хватает того за руку. Юнги резко дёргается и вырывает свою руку из захвата Чимина, смотрит на него зло, даже угрожающе и молча ждёт, что скажет ему Чимин.       — Прости, я не думал, что ты так среагируешь, — Пак снова приближается, прикрывая глаза, дыхание парня учащается, а губы слегка приоткрываются.       Несложно догадаться, что хочет сделать Чимин, поэтому Юнги резко уворачивается и отступает на шаг в сторону.       — Так я правильно тебя понял?       А Чимин всё никак прийти в себя не может. Его сейчас нагло с поцелуем продинамили и это очень обидно, если честно.       — Я просто хотел тебя поцеловать. Чего тут понимать?       Чимин опускает голову, ибо быть два раза за вечер отшитым не фига не круто. Он слышит, как со свистом сквозь зубы выпускает воздух Юнги. Он запускает руки в карманы и поднимает голову к звёздному небу.       — То и понимать, Чимин. Если предлагаешь дружбу, то подразумевай под этим дружбу, а не эти, — он даже скривился, — гейские закидоны.       Слова бьют Чимина под дых, он чувствует себя так, словно его сейчас втоптали в грязь ногами. Как бы ни звучало это банально, но именно так сейчас себя и чувствовал Чимин.       — То есть…       — Я не из твоих. Если я тебе помог пару раз, это не значит, что я к тебе подкатываю. И ты тоже больше не подкатывай ко мне.       Юнги вновь уходит, но в этот раз Чимин не останавливает его. А смысл? Чтобы ещё раз услышать унизительные слова в свой адрес? Нет уж, увольте. Чимину и одного раза хватило. Ему сейчас и так обидно и больно.       Он приходит в общагу, надеясь увидеть Тэхёна, но их комната пуста. Он как некстати вспоминает, что сам его толкнул в объятия Чонгука и даже немного обидно за себя становится. Он злится на друга. Ну, а что? Почему у него всё так хорошо идёт, а он один тут страдает?       Чимин заваливается на кровать прямо в одежде и вскоре засыпает. Сквозь сон он слышит, как хлопает входная дверь, но говорить с Тэхёном желания уже совершенно нет, и Чимин продолжает дремать, думая о том, как завтра ему снова придётся столкнуться с Юнги на работе.