Странная

      «И породит адская бездна трех драконов. И имя первому — Война. И имя второго — Мор. И имя третьего — Смерть.       И пожрет второй дракон первого, и будет править вместо него.       И принесет тьме жертву Невинную, и пожрет третьего дракона, и будет править вместо него.       Но расступятся воды, и вернется третий дракон, и рана его исцелится.       И пожрет он второго дракона, и будет править вместо него.       И дана ему будет власть умерщвлять и править на одной четвертой суши.       И выйдет зверь из бездны. И даст ему дракон силу свою.       И поклонятся ему многие, говоря: кто подобен ему? и кто может сразиться с ним?       И поставит он на слугах своих печать зверя, и никто без нее не сможет продавать, и покупать, и быть в безопасности.       И восплачут к Господу праведники и скажут: защити праведников своих.       И пошлет Бог Спасителя и сорвет он семь печатей и убьет зверя.       И прольет Черный Всадник чашу гнева Господня на землю ту, и очистит землю ту от скверны.       И исполнится сказанное о земле той».       Я сидела в шоке, не зная, что сказать. Мысли путались. «Этот человек не в себе, — подумала я. — Он просто не совсем здоров. Надо держаться от него подальше и срочно поговорить с Глорией… Да, так и поступлю», — подумала я, успокаиваясь.       — Брат Аргус, это ведь сценарий Апокалипсиса? — спросила я, — вы хотите сказать, что скоро грядет конец света?       — Нет, это откровение только по Магической Британии. Скоро начнутся события, что переполнят чашу терпения Господа, и этой земле придет конец. Тьма навсегда будет уничтожена, а оставшиеся построят новый мир.       — Как понимаю, я и есть та жертва, — совершенно спокойно спросила я, — а какова ваша роль во всем этом.       — Когда Спаситель одержит победу, я вылью на землю Чашу Гнева, — так же спокойно ответил он, любовно глянув на свою кошку.       — Брат Аргус, — осенило меня, — ваша кошка… это же анимаг, женщина?       — Это чума, — ответил Филч.       — Женщина, которую зовут Чума? — уточнила я.       — Она и есть чума, — ответил он.       — Эээ… Вы говорили про наблюдателей, то есть вы здесь не один? Есть еще кто-то? — спросила я, чтобы отвлечь его от кошки.       — Со стороны Темных — Пивз, демонский дух, а со стороны гоблинов — профессор Флитвик, — ответил брат Аргус.       — А гоблины тут при чем? — удивилась я.       — Что ты о них знаешь, Лили? — спросил он.       — Ну, немного, — ответила я, — то, что маги с ними воевали.       — В Британии не так много мест силы, — ответил Филч, пристраивая «паука» на свою кисть, морщась от боли, и вновь становясь самим собой.       — Все войны шли за территорию, ведь только на месте силы можно создать пространственный карман — вечную трансфигурацию, подключенную к источнику. Все мелкие давно разобраны аристократами под маноры, а больших всего три. Хогвартс, Запретный лес и Косая аллея.       То место, где сейчас банк гоблинов, это выход в их мир. Они жили здесь всегда, но пришли волшебники и попытались их выжить. Им это удалось, но главный оплот гоблины не сдали. Восстания продолжались долго и переросли в войну. Когда потери с обеих сторон превысили все пределы, маги и гоблины заключили договор.       «Гоблины не вмешиваются в дела волшебников и не воюют с ними, но контролируют все финансы магов и чеканят свои деньги».       Сначала волшебникам показалось, что они сорвали джекпот, но потом взвыли, да было уже поздно. Все деньги чеканят гоблины и из гоблинского золота. Вот и получается, что все финансы магического мира принадлежат им, а маги просто ими пользуются, да еще и платят за их хранение. То же самое с артефактами, что маги заказывают для себя, но, по сути, они тоже собственность Гоблинов.       — После смерти мага, не оставившего наследника, его сейф отходит Гринготтсу — все золото и артефакты возвращаются хозяевам. Поменять галлеоны на другую валюту можно, но только фиксированную сумму. Хранить деньги в манорах разрешено лишь в размере тысячи галлеонов, остальное — только взять из банковского кошелька. Монеты зачарованы, все сделки отслеживаются, и с каждой в банк идет банковский сбор. В общем, эти зеленошкурые контролируют все.       — По договору, когда последняя монета вернется к владельцам, гоблины покинут земные пределы и вернутся к себе. Наблюдатель следит, чтобы договор не был нарушен.       — Даже не знала, что дела обстоят таким образом, — удивилась я. — Выходит, что гоблины только и ждут, когда все волшебники Британии вымрут?       — Маги — их самые главные враги, — подтвердил старик, — между ними кровная месть, и только договор останавливает гоблинов от того, чтобы свернуть магам шею. Но скоро отбой, тебе пора, — проскрипел он, сменив тему, — я не буду докучать тебе, просто пригляжу.       — Спасибо, мистер Филч, — сказала я, вставая, — до свидания.       Всю дорогу до спальни я бежала…       — Я бы на твоем месте, дорогая, не забивала себе голову, — отмахнулась Глория. — Мало ли у кого какие фантазии. Хотя про наблюдателей, это, похоже, правда… Магический мир Британии очень закрытый, и другие страны не имеют на него влияния, и что там творится в мыслях у волшебников, никто не знает. А вот про Филча — это интересно… Если предположить, что его кошка на самом деле — биологическое оружие, действующее только на магов, или не на всех магов, а только на некоторых, имеющих какие-нибудь особые признаки. Да… это надо подумать…       — А как же я, Глория? — возмутилась я, — что мне делать?       — А что делать? — удивилась она, — живи, учись, радуйся, дружи. Я, конечно, пришлю тебе порт-ключ на всякий случай, но думаю, он тебе еще не скоро пригодится.       — А эти драконы, кто они? — поежилась, вспоминая недавний разговор.       — Есть у меня догадки, но сначала посоветуюсь со знающими людьми, а то все же я учитель-ритуалист, а не аналитик. Пока, родная… не хандри, прорвемся. И да, наблюдай, замечай и как что, сразу связывайся со мной, а об остальном не беспокойся. Пусть решением проблем занимаются взрослые дяди.       Я думала, что никогда не успокоюсь, но время шло, ничего не происходило, и я потихоньку пришла в себя и стала прежней. Северус тоже заметил, что со мной что-то не то, но сумела его убедить, что просто переживаю из-за экзаменов, и он успокоился.       Филч вел себя как обычно, что меня несказанно радовало, хотя первое время при его появлении шарахалась. А глядя на него, никак не могла поверить, что все это мне не приснилось. Но со временем научилась не обращать на него внимания.       Экзамены мы с Севом сдали на «отлично» и с удовольствием проводили ясные июньские деньки под старым дубом возле озера. Это место было очень похоже на нашу поляну, и нам там было очень уютно, хотя компания Поттера иногда портила нам настроение, но благо, это случалось не часто. А потом мы поехали домой…