Soothing Intimacy

      — Эй, — произнесла Ледибаг, подойдя к Коту Нуару. Он сидел на их любимой тайной крыше, безучастно уставившись на панораму. Огни Парижа были красивым видом, но остались незамечены героями. Колеблясь, Ледибаг утешающе положила руку на плечо напарника. — Ты в порядке?       Кот убежал после битвы. Битвы, в которой они узнали настоящую личность Хищной Моли. Она не могла осуждать его. Большая её часть хотела просто убежать прочь и забыть, но для него это было намного тяжелее.       Нуар вздохнул и поднял руку, чтобы накрыть её ладонь.       — Настолько в порядке, насколько это возможно после того, как я узнал, что мой отец был моим заклятым врагом.       Она села рядом и осторожно погладила его по спине.       — Ох, Адриан. Если тебе что-то нужно, я здесь.       Кот улыбнулся, и боль в его глазах разбила ей сердце.       — Обняться было бы здорово, — его голос прозвучал очень уставшим.       — Конечно, — Ледибаг обвила Кота руками, когда тот устроился в её объятиях. Она почувствовала, что напарник расслабился, и нежно поцеловала его волосы.       — Спасибо, — прошептал Нуар, положив голову ей на плечо, его тёплое дыхание слегка щекотало шею девушки.       — Ты можешь поговорить со мной обо всём. Ты же знаешь, верно? — сказала она мягко, успокаивающе пробегаясь пальцами через его волосы.       — Знаю, — вздохнул Кот. — Просто… не сейчас, — посмотрел ей в глаза. — Прямо сейчас я просто хочу… Я просто хочу быть ближе к тебе, — крепко притянул её к себе.       — Я здесь, — заверила его Ледибаг. — Я не собираюсь никуда уходить.       — Спасибо, — его голос надломился от печали, пока она обнимала его. Через мгновение Нуар сказал: — Я хочу… быть ближе к тебе. Это… это странно? Хотеть чего-то такого в подобное время?       — Ты имеешь в виду секс? — она почувствовала кивок на своей шее. — Я не думаю, что это странно.       — Я просто… я хочу быть настолько ближе к тебе, насколько могу, — он потёрся носом об неё. — Это… нормально?       Ледибаг отстранилась ровно настолько, чтобы внимательно посмотреть Нуару в глаза.       — Котёнок, — сказала она, её взгляд смягчился от любви. — Да, конечно, — наклонилась и ласково поцеловала его в губы.       Кот растворился в поцелуе, притягивая её ближе. Его объятия были отчаянными и умоляющими. Ледибаг разорвала поцелуй, чтобы взглянуть на Нуара. Ободряюще улыбнулась, прежде чем медленно и нежно поцеловала каждое веко, затем щёки, потом нос и, наконец, губы. Каждый поцелуй был обещанием. Обещанием поддержать его в самые тёмные моменты, быть осторожной с его потаёнными чувствами и никогда, никогда не причинять ему боль.       Они отстранились на некоторое время, чтобы переместиться в укрытие под выступом крыши, и Ледибаг разложила одеяло, которое они припрятали здесь. Герои снова поцеловались, крепко прижимаясь телами друг к другу. Отчаявшись устранить физические барьеры между ними и почувствовать его тело голыми руками, Ледибаг сбросила трансформацию. Кот покрепче обнял её за талию и, желая почувствовать себя ещё ближе к ней, быстро отменил свою. Их квами удалились, чтобы позволить подопечным уединение, и вот они стоят здесь вне трансформации. Просто Маринет и Адриан.       Они разорвали поцелуй и наклонили головы, чтобы посмотреть друг на друга с нежными, но доверчивыми улыбками на лицах. Хотя герои знали личности друг друга уже почти год, всё ещё было странно, что можно отменить трансформацию в присутствии напарника. Адриан взял лицо Маринет в свои руки и глубоко поцеловал её. Он тихо застонал, когда их языки переплелись.       Оторвавшись, Маринет улыбнулась, когда скинула свою рубашку. Они быстро разделись, будучи несильно заинтересованными в страстном процессе раздевания, поскольку достигли своей конечной цели, получив возможность прикасаться, чувствовать друг друга.       Они снова обнялись, прижимаясь сильнее, кожа к коже, и Маринет почувствовала горячую эрекцию, прижатую к её животу.       — Прости, — извинился Адриан. — Я не… я не очень-то возбуждён или что-то ещё, я просто… очень хочу быть ближе к тебе. Потому что ты всё, что у меня есть, — его голос треснул, когда он немного всхлипнул. Маринет обхватила его лицо руками и успокаивающе посмотрела ему в глаза.       — Всё в порядке. Я понимаю, — заверила она его. — Я здесь с тобой для чего бы то ни было, — поцеловала. — Я люблю тебя.       Адриан уложил Маринет на одеяло, оставляя короткие поцелуи вверх и вниз по её шее.       Он достал презерватив из спрятанной ими коробки. Быстро открыл его и надел. Маринетт крепко поцеловала его, когда он наклонился над ней. Адриан издал отчаянный звук, — наполовину стон, наполовину всхлип, — когда вошёл в неё.       Он не двигался в течение долгого времени. Просто придерживал её, проникая так глубоко, как мог, зарывшись лицом в изгиб её шеи. Маринет погладила его волосы и обвила ногами вокруг талии, смакуя потрясающую глубину близости. Физически они были настолько близки, насколько это возможно для двух человек; единственной вещью, разделяющей их, был раздражающе необходимый кусок латекса. Эмоциональная близость, усиленная физической, заполнила Маринет так сильно, что она думала, что взорвётся.       Со временем Адриан начал двигаться. Темп был медленным, интимным, и заставлял сердце девушки страдать в унисон с его. Маринет знала, что не достигнет оргазма, но ей было наплевать. Происходящее было не ради этого. Это было не ради её удовольствия. Это едва ли было даже ради его удовольствия. Это было ради того, чтобы быть близкими друг к другу, ради прикосновений и ощущений, ради успокоения, которое приходило с этой глубокой близостью. Адриан прислонился лбом ко лбу Маринет, смотря ей в глаза, пока медленно покачивался на ней. Его глаза блестели от невыплаканных слёз и глубокой боли, из-за этого её глаза также покалывало от слёз.       — Я не хочу потерять тебя, — прошептал он, толкаясь медленно и глубоко, как будто пытался слить их тела воедино.       — Ты не потеряешь меня, Котёнок, — Маринет поглаживала его волосы с обожанием, ахая каждый раз, когда он погружался в неё. — Я здесь.       — Я люблю тебя, — простонал Адриан, ускоряя темп, когда его дыхание стало прерывистым.       — Я знаю.       — Очень сильно. Я так сильно люблю тебя.       — Я тоже люблю тебя.       Со всхлипом Адриан прижался к её плечу, давая волю слезам.       — Я здесь, — успокаивала Маринет, нежно массируя его спину, пока он плакал. — Всё в порядке. Я люблю тебя и я здесь. Ты удивительный, и я рядом.       Они остались в таком положении на некоторое время, Адриан вцепился в неё и плакал, пока Маринет шептала ласковые обещания ему на ухо. Она придерживала его, поглаживая его волосы, пока её собственные слёзы скатывались по лицу.       Наконец всхлипы замедлились, и Адриан поднял взгляд на Маринет, глаза были красными и опухшими.       — Я… Мне очень жаль, — его голос был резким и подавленным. — Я плакал и не дал тебе кончить, и это было просто ужасно…       Маринет поцеловала его. Это был солёный, влажный и неуклюжий поцелуй, а их губы — потрескавшимися, но она вкладывала в него всю свою любовь до последней капли.       — Не извиняйся, — сказала она, когда отстранилась. — Я люблю тебя, Адриан, и я здесь с тобой. Так или иначе ты нуждаешься во мне.       Адриан вздохнул, снимая напряжение в плечах и тяжело опускаясь рядом с ней.       — Спасибо тебе, моя Леди. Ты больше, чем я заслуживаю.       — Дело не в том, чтобы «заслужить». Я люблю тебя и я рядом с тобой, — Маринет обняла его крепче, как будто могла выжать из него все тревоги. — Я буду с тобой, когда тебе понадобится близость, и я буду с тобой, когда тебе захочется поговорить. Сейчас я здесь и никуда не уйду до тех пор, пока ты нуждаешься во мне.       Они провели эту ночь, прижавшись друг к другу, двигаясь только для того, чтобы привести себя в порядок и взять ещё одно одеяло, чтобы укрыться от прохладного ночного воздуха. Возможно, их будущее было расплывчато, но они знали: что бы ни случилось, по крайней мере, они есть друг у друга.