Чумной Доктор

      С научной точки зрения, шок — это общее расстройство функций организма вследствие психического потрясения или физического повреждения. Неожиданное поведение номера, с которым работала команда стала причиной, по которой в состояние глубочайшего шока впали абсолютно все находившиеся в убежище.       Челюсть Фаско покоилась где-то на полу, пока он, едва не падая с дивана, неосознанно наклонялся вперед пялясь на то как целуются две девушки. Риз просто впал в ступор широко распахнув глаза и забывая, что надо моргать. Финч залился ярким румянцем, кажется у него даже запотели стекла на очках. Ему было очень неловко видеть то, что теоретически не предназначается для посторонних глаз.       Шоу… Она настолько сильно вцепилась руками в столешницу, что наверняка была способна оставить вмятины в металле. О чем можно успеть подумать за несколько мгновений? А если быть точным, за одиннадцать ударов собственного сердца, которые звучали оглушительно громко в воцарившейся тишине. Казалось бы, что слишком мало для размышлений, но за это время в голове Самин успели пронестись вереницы мыслей и желаний, молниеносно сменяющие друг друга. Первым желанием было вскочить с места и отделать эту рыжую так, чтобы она встать не могла. Вторая мысль — отделать Рут. Затем возникла идея поубивать всех к чертям собачим. Но это все глупо, поэтому следующим было сильнейшее желание просто уйти отсюда, громко хлопнув дверью. Уйти и больше никогда не возвращаться, стереть из памяти все, что связано с шатенкой, забыть, как страшный сон, чтобы не было так мучительно тяжело. Еще было дикое желание кричать и требовать объяснений. Все эти мысли промелькнули, едва задерживаясь на долю секунды, и, в конце концов, сменились одной единственной. А кто Шоу такая, чтобы что-то требовать, чтобы как-то реагировать на происходящее? Самин три месяца только и делала, что каждый день твердила Рут о том, что у них не отношения, что они не встречаются, что все это не более чем отдых от работы, удовлетворение потребностей организма, что это удобно. Но если они не встречаются, то какое право Шоу имеет на ревность? А она ведь ревнует? Прежде она никогда не ощущала подобного чувства, но до Рут она вообще много чего не ощущала. Теперь же, глядя на то, как другая девушка вжимается в такое родное тело, внутри все бурлило. О, да — это ревность. Но, что Самин могла сделать? Отреагировать на происходящее означало открыто признать чувства, а у социопатов не бывает чувств. Это единственное утверждение, в котором Шоу была всегда уверена, всегда уверена в том, что знает себя. И переступить через это она не могла. Оставалось лишь впиваться пальцами в столешницу и до боли сжимать челюсть, противясь порыву ударить чье-то смазливое личико.       Определенно все четверо вышеуказанные персонажи не ожидали подобного развития ситуации. Но знаете, кто был шокирован больше всех? Рут. Ее просто парализовало. У нее и без того последние пару дней в голове была непонятная каша, а сейчас там вообще все смешалось, будто кто-то взорвал ядерную бомбу внутри мозга. Ее легко можно понять. Представьте, что человек, которого ты надеялся больше никогда не увидеть, спустя пять лет стоит прямо перед тобой. Представьте, что прошлое, от которого ты всеми силами пыталась избавиться, вновь настигает тебя в самый неподходящий момент. Воспоминания болезненно бьют в самое слабое место — в сердце.       Шатенке потребовалось какое-то время, чтобы понять, что все это не плод ее воображения, что Стиви действительно здесь. И не просто здесь, она пылко целует ее, с силой притягивая. Осознание ситуации быстро привело в чувства. Жгучая ярость начала заполнять каждую клеточку. Вложив всю силу, на которую была способна, Рут оттолкнула от себя рыжеволосую.  — Не смей! — едва слышно рыкнула шатенка, презрительно вытирая губы тыльной стороной ладони. Ее взглядом можно было костры поджигать. Она забыла о том где она, кто рядом. Была лишь боль воспоминаний и ярость, затмевающая разум. Шатенка не могла здесь находиться, нужно было срочно куда-нибудь уйти. — Пять лет прошло. Ты не можешь злиться вечно, — голос Стиви звучал притворно уверено. — Я так долго искала тебя не для того, чтобы ты меня вот так оттолкнула. Хотя бы выслушай меня! Я блядь люблю тебя! — из-под напускной уверенности проступила некая мольба. Девушка догнала Рут пытаясь остановить. — Не смей! Не смей меня трогать, — звук хлесткой пощечины, которую Рут наотмашь отвесила Стиви эхом разлетелся по подземке. Удар был настолько сильным, что зеленоглазую отбросило в сторону, и она едва не упала. Шатенка же быстро покинула станцию метро, оставляя всех в еще более шокированном состоянии. — Страстная натура, — трогая горящую щеку прокомментировала Стиви, когда Рут уже и след простыл. Это вообще была одна из ее характерных черт — вслух комментировать происходящее, обращаясь к невидимым слушателям. — Удар по-прежнему хорош, — девушка из стороны в сторону пошевелила челюстью, пытаясь понять все ли с ней в порядке. Вроде не выбита. — А вы чего притихли-то? Семейные разборки никогда не видели что ли? — рыжеволосая потянулась, разминая тело и с интересом начала рассматривать ошарашенные выражения лиц остальных. — На самом деле, ребятки, все прошло заебцом. Я миллион раз представляла эту встречу и во всех моих сценариях красотка выпускала пару пуль мне в голову. Видели, она даже за пистолетом не дернулась? Определенно хороший знак. Любовь все еще жива, — на щеке девушки уже проступил отчетливый отпечаток ладони, но она выглядела не особо расстроенной, похоже все действительно прошло лучше, чем она ожидала. Или Стиви просто была рада тому, что наконец нашла Рут. Однако остальные продолжали молча хлопать глазами, переваривая произошедшее. — Мда, что-то вы совсем какие-то не компанейские. Как Рут вообще связалась с вами, ума не приложу. Ладно, потом решим это. У вас тут душ есть? А, пофиг, сама найду, — девушка пружинистым шагом направилась в глубь станции, напевая какую-то веселую песню, пока остальные провожали ее недоумевающим взглядом. — Так это и есть та самая подружка чеканутой о которой вы постоянно говорите? — первым прервал молчание Фаско. — Просто ахренеть. — Лучше и не скажешь, — кивнул Риз все еще глядя на то место, где недавно стояла Стиви. Объяснять Лайонелу, что эта рыжеволосая и Машина разные вещи, он конечно же не стал. Не до этого как-то.

***

      Стиви определенно не была из числа скромных и нерешительных. Это можно было понять хотя бы по тому, что она ничего ни у кого не спрашивая приняла душ, переоделась в вещи Рут, которые нашла в шкафу в спальной комнате. А спустя пару часов уже хозяйничала на кухне, приготовив себе несколько бутербродов. Наглость — второе счастье. — Хочешь откусить или что? — девушка вскинула брови обращаясь к Финчу, который с удивлением на нее смотрел. — Нет, благодарю вас, мисс … Простите, но мы так и не выяснили ваше имя, — Гарольд переминался с ноги на ногу, в то время как Фаско что-то упорно спрашивал у Джона, а Шоу продолжала молча сверлить рыжеволосую хмурым взглядом. Мысленно Самин ликовала тому, что Рут сама врезала этой сучке, но неприятный осадок давил. У этих двоих явно было какое-то общее прошлое, о котором шатенка никогда не упоминала. А это странно, ведь Рут болтала обо всем на свете. И рыжеволосая сказала, что любит Рут. Вот так просто прямо и открыто произнесла слова, которые Самин не способна сказать в принципе. Ну, вернее сказать-то может, но суть в ощущении правдивости. А как социопат может быть уверен в правдивости подобных слов? — Мисс? Я уснула и проснулась в восемнадцатом веке? Зови меня лучше госпожой — это будет забавнее, — Стиви подмигнула и принялась за свою еду, вальяжно забросив ноги на стол. — Хотя, нет. Госпожа как-то слишком буржуазно, давай лучше по-пролетарски «товарищ», — и без того озадаченный Гарольд еще больше смутился услышав, как девушка на русском произносит последнее непонятное слово. — Блонди! — резкий и неожиданный окрик Рут заставил всех вздрогнуть. Никто даже не заметил, как шатенка вернулась, все еще грозная, все еще мрачнее тучи. — Нормально себя веди! — шатенка быстро подошла и скинула ноги девушки со стола, после чего молча зашла в вагон, где находились сервера Машины. — Блонди? — Фаско изучающе окинул девушку взглядом. — Что-то я не вижу светлых волос. — А с чего ты взял, что они на голове? — хитро прищурилась Стиви. — Это ее фамилия, — донесся раздраженный голос Рут из вагона, сменившийся яростным перебиранием клавиш. — Ну, зачем ты испортила все веселье? — театрально захныкала рыжеволосая. — Ты можешь нормально рассказать какого хрена произошло на складе? — не выдержала Шоу. Ее холодный тон остудил весь пыл Стиви, девушка сделала задумчивое лицо, глядя на брюнетку. В этот момент все стихло, даже звук клавиш. Рут, услышав голос Самин, неожиданно осознала, что именно произошло и как все это могла неправильно понять Шоу. Она устало уткнулась лицом в ладони, пытаясь понять, как за один день жизнь из идеальной превратилась в ужасную. Ей хотелось выйти, схватить Самин, отвезти домой, все объяснить и не выпускать из объятий ближайшие пару месяцев. Но она не могла. Ни морально, ни физически. Ей нужно было закончить начатое дело, поэтому несмотря на головную боль шатенка снова принялась печатать код. — Хмурочка моя, ты сама была на складе, так что все видела. Вы влипли, я вас спасла, дело в шляпе. Где мой значок скаута за спасение беспомощных? — всем присутствующим пока было сложно привыкнуть к такой агрессивной и нахальной манере ведения разговоров этой рыжеволосой. А Рут кипела от злости, потому что она слишком хорошо знала эту манеру. Стиви всегда так делала, когда пыталась скрыть что нервничает. Чем сильнее нервы и неуверенность в ситуации, тем выше уровень сарказма и агрессии. Почти как дикое животное, загнанное в угол. Рут слишком хорошо ее знала. Они были слишком похожи, переняли много черт друг у друга и, видимо, за пять лет мало что изменилось. Стиви все та же… та же сука.       Шатенка с особой яростью нажимает на последние клавиши, завершая код. Она даже не понимает, что печатает, просто делает это. «Enter» и код отправлен в систему Машины. — Почему она все еще здесь? — Рут прерывает своим вопросом Шоу, которая уже собиралась высказать все, что у нее накопилось. Шатенка напряженно встала, опершись о вагон, даже не глядя на рыжеволосую, отчего та на секунду болезненно прикрывает глаза, но затем вновь натягивает невозмутимый вид. — Мисс… Блонди? Простите, это действительно ваша фамилия? — Финч озадаченно переводил взгляд с Рут на Стиви. — Прикинь, — рыжеволосая с досадой пожала плечами, — ты думаешь, я просто так что ли ее скрываю? Стиви мне больше нравится, так что давай по имени. — Эмм, так вот… мисс Блонди, - рыжеволосая громко цокнула языком, понимая, что ее просьбу проигнорировали, - наш номер, она вероятная жертва, которую мы должны защитить, — Гарольд сел за свой компьютер, дабы скрыть нервозность. Как бы там ни было, какие напряженные отношения не связывали Рут и Стиви, долг превыше всего. — Кто? Стиви жертва? — Рут наигранно смеется, тут же устремляя жесткий взгляд на рыжеволосую. — Что ты здесь делаешь? — Спасаюсь от злых дяденек, которые хотят меня убить, — очаровательно улыбаясь и невинно хлопая глазами пролепетала Стиви. — Я не собираюсь играть в твои игры, — никто и никогда не видел Рут такой. Абсолютно закрытая, холодная и жесткая. Это словно Рут вдруг превратилась в худшую версию Шоу, а ее место заняла Стиви. — Хочешь правду? Хорошо, — девушка вскочила с места, не в силах сдерживать эмоции. — Правда в том, что я пять гребаных лет тебя так или иначе искала. Я давно отошла от дел, почти смирилась, что потеряла тебя, жила в Лос-Анджелесе, никого не трогала, пыталась собрать свою злоебучую жизнь по кусочкам. Но знаешь, слухами земля полнится. Даже до Эл Эй долетели росказни о том, что в Нью-Йорке есть странные типы, которые вечно мешают честным бандитам делать свой бизнес. А среди них иногда можно видеть лихую красотку с двумя стволами, которая гасит всех не глядя и гоняет на байке. Никого описание не напомнило? Вот и мне напомнило. Я приехала в этот гребаный город, похожий на муравейник, набрала ребят и начала пытаться привлечь внимание. Четыре блядских месяца я тут корячилась, прежде чем на мой склад заползли вот эти вот жуки, — девушка пренебрежительно ткнула в сторону команды Машины, расхаживая перед Рут. — Хочешь правду? Я бы пристрелила их. Мне достался неплохой заказ, за который сулили хорошие деньги. От дел я отошла, но за эти месяцы снова начала втягиваться. Ты меня знаешь, мой сучий авантюризм никогда не давал мне спокойно жить. Я бы не задумываясь пустила каждому из них по паре пуль в голову… но, знаешь, что? Я услышала имя. Твое имя. Оно как лучшее лекарство для меня. Каков шанс, что вон тот здоровяк имел в виду какую-то другую Рут, которая могла появиться и спасти их никчемные задницы? Даже если шанс того, что он имел ввиду тебя был равен одному к миллиону, я готова была рискнуть. Положить семерых наемников, получив мизерную возможность встретиться с тобой… оно того стоило. Ты стоишь гораздо большего… — Убить свою команду ради непонятной цели… почему я даже не удивлена? — шатенка окинула девушку максимально презрительным взглядом и оттолкнувшись от вагона пошла в сторону комнаты, оборудованной как кабинет. — Она не жертва, так что ей здесь не место. — Ты блядь вообще слышишь, что я тебе говорю, — встрепенулась Блонди, перегораживая дорогу Рут. — Я здесь только ради тебя! Все ради тебя. Я совершила одну ошибку и сто раз о ней пожалела. Каждый имеет право оступиться, ты не можешь всю жизнь теперь отрицать мое существование. Скажи уже хоть что-нибудь, выговорись, избей меня… но не веди себя как бесчувственная сука, — Стиви с надеждой заглядывала в холодные глаза Рут, пытаясь найти там хоть крупицу той прежней девушки. Она неосознанно потянулась к ее лицу, желая прикоснуться к щеке, но шатенка тут же отпрянула. — Ошибка? Так ты это называешь? Ошибки делают неосознанно, а ты знала на что шла, — не сдержавшись рыкнула в ответ Рут. Ее переполняла ярость. Как Стиви вообще смеет стоять здесь после того, что сделала, как смеет говорить все это. Но нет, шатенка прекрасно знала, что рыжеволосая именно этого и добивается. Она хочет, чтобы Рут сорвалась, чтобы все высказала. Нет. Этого не будет. Глубоко вдохнув, девушка собрала всю волю и приняла максимально беспристрастный вид. — Мне больше не о чем с тобой говорить. — Сука, — крикнула Стиви уже в спину удаляющейся девушке, — что ж я тебя так люблю-то? Вот что мне делать, Пончо? — глядя на Фаско спросила рыжеволосая. — Ну, ты-то хоть не рычи, — обращаясь уже к Беару взмолилась девушка, обреченно опускаясь на стул и зачесывая ладонью волосы назад. Вновь повисла тишина. Гарольд поспешно последовал за Рут в другую комнату. — Мисс Гроувс… — нерешительно начал мужчина, найдя Рут стоящей опустив голову, опершись руками о стол. — Ох, Гарри, прости за это все, — девушка обернулась и устало сжала переносицу. Она выглядела измотанной. — Вы в порядке? — Финч действительно переживал за Рут. Ему было не по себе от того, какой хмурой она стала едва увидела Стиви. — Стиви… она просто… это сложно, но я в порядке, — шатенка не знала стоит ли рассказывать Гарольду о том, что между ними произошло в прошлом. Рассказ был бы долгим. Там было много хорошего, много безумного, но конец был печальным. Рут сглотнула ком, который предательски подступил к горлу, стоило воспоминаниям пронестись перед глазами. Как долго она пыталась все это забыть, вычеркнуть, стереть из памяти, а теперь прошлое вновь настигло ее. — У меня второй день какая-то каша в голове, — перевела тему шатенка, возвращаясь к столу и начиная рыться в ящиках, — у тебя где-то были таблетки. — Нижний ящик, — подсказал Финч, — Полагаю, что вам стоит больше отдыхать. — Я отлично выспалась этой ночью, так что дело вряд ли в этом, — шатенка слегка улыбнулась, вспоминая крепкий сон и утро с Шоу. — Темные круги под вашими глазами и вялость движений говорят об обратном. Прошу прощения, мисс Гроувс, но сейчас вы похожи на человека, который как минимум несколько дней был лишен сна, — Гарольд с волнением смотрел, как девушка проглотила найденную таблетку. Рут выглядела жутко уставшей. — Спасибо за заботу, Гарри, я правда ценю это, но, думаю, что все дело в переменчивой погоде, — ведь дело не может быть в недостатке сна. Она же отлично выспалась... Виски неожиданно сдавил резкий приступ боли, перед глазами промелькнули непонятные картинки. Однако приступ прошел так же быстро, как и начался, так что Рут была рада тому, что Финч не заметил этого. Чертова головная боль. — Мисс Гроувс, я хотел узнать, что за код вы ввели в Машину, — собственно за этим Финч и шел сюда. Остальное было вопросами приличия и дружеской заботы, а это касалось работы. — Ты о чем? — Рут непонимающе уставилась на мужчину. — Тот код, который вы только что вводили… что это было? — Финч был терпелив. Он поправил очки, ожидая ответа от девушки. Шатенка сначала искренне не понимала, чего от нее хотят. Какой еще код? — Хм… код… — оу, точно, она же что-то вводила, пока ее мысли были заняты Стиви и воспоминаниями прошлого. Окей… а что она ввела? Хороший вопрос. — Это не совсем код. Я ввела некоторые данные, касающиеся Самаритянина, чтобы Машина могла более точно разрабатывать стратегии развития событий, — ведь она это ввела? Черт его знает. Сплошной хаос в голове. — Я надеялся, что мы заранее обсудим это… — Гарольд был недоволен тем, что его не поставили в известность. Иногда он жалел о том, что дал Рут полный доступ к Машине, хотя, обычно она предварительно советовалась с ним о любых своих действиях. Что ж, ладно, видимо, сказалась нервная обстановка вокруг. — Финч, у тебя компьютер пищит как ненормальный, Риз хочет выдернуть его из розетки, — Самин перебила мужчину на полу фразе. — Что? Ох, нет, это новое обновление системы, — Гарольд насколько мог быстро помчался из комнаты, — Мистер Риз, прошу отойдите от аппаратуры, — нервно кричал он на ходу. Шоу усмехнулась этому и хотела последовать за ним, но Рут быстро подошла к ней и остановила, схватив за предплечье. — Сэм, стой, я хочу все объяснить, — это была единственная четкая мысль в голове. — Не надо мне ничего объяснять, — Самин отошла на пол шага. В душе она очень хотела слышать эти объяснения, но кто она такая? Опять эти идиотские убеждения, через которые она никак не переступит. Да, и с другой стороны, готова ли она услышать о прошлом шатенки, в котором у нее была взаимная любовь с той девушкой? — Ты можешь делать что хочешь, с кем хочешь и когда хочешь. Я тебе уже говорила, что мы друг другу не обязаны. — Прошу, Самин, только не сейчас, — Рут очень редко использовала полную форму имени Шоу. Особенно с такой интонацией полного отчаяния. Слишком много проблем навалилось со всех сторон. Рут было необходимо что-то за что можно было держаться, чтобы не утонуть в них. Ей нужна была Шоу. — Давай хотя бы сегодня остановим эту игру в «не встречаемся». Просто поговори со мной. — Кто сказал, что есть какая-то игра? — эти слова ранят одинаково сильно как Рут, так и саму Шоу. Но она уже не может отступиться от своих слов. Странно бы выглядело, если она сначала говорила одно, а спустя секунду наплевав на все согласилась с Рут. Странно, но правильно. Самин выбрала неправильный путь.       Рука, держащая Шоу, разжалась и медленно опустилась вниз. Шатенка терпела все эти выкрутасы Самин… долго терпела, они даже казались забавными. Но всему есть предел. Сейчас он наступил. А что если так и есть? Нет никакой игры, Шоу всегда говорила правду. Нет никаких отношений, для Самин это просто секс. Что если Рут сама все это выдумала? Как же больно. Ни одна головная боль не сравнится с тем как ранит холодный взгляд Шоу. На глаза наворачиваются слезы и приходится не моргать, чтобы они не скатились вниз. Рут несколько секунд смотрит брюнетке в глаза, и за это время Самин успевает понять насколько сильно перегнула палку. — Рут… — слова застревают где-то в горле превращаясь в слабый шепот. Но шатенка его уже не слышит, она быстро покидает комнату, снова сталкиваясь со Стиви. Да, что ж за день-то такой? — Рут, я тут подумала… я, прям неожиданно и эффектно появилась, но не рассчитала того, что ты может уже нашла кого-то, — рыжеволосая с тревогой заглядывала в ее глаза, боясь услышать ответ. — Ты же ни с кем не встречаешься? — Нет, ни с кем, — шатенка бросила быстрый полный боли взгляд через плечо на Шоу, которая все это слышала. В этом взгляде читалось что-то вроде: "Довольна? Этого ты хотела?". Определенно не этого. Внутри Самин все переворачивается от услышанного, но она лишь молча смотрит. Сама во всем виновата. — Только вот тебя это не касается. Не приближайся ко мне или клянусь Богом, я убью тебя, — все находящиеся на станции перевели свои удивленные взгляды на направившуюся к выходу Рут. Такой злой ее еще никогда, и никто не видел. Шатенка же быстро вышла на улицу, ощущая, как виски вновь резко сдавило. Ей пришлось остановиться и опереться о стену, чтобы не упасть. Хаотичные картинки сменяли друг друга перед ее глазами. Когда уже подействует эта сраная таблетка?