Чумной Доктор

      Стиви задумчивым взглядом обводила свою спальню, прикидывая что еще ей может пригодиться в поездке. Блондинке предстояло на несколько дней сопровождать Финча в Вашингтон. После его странного разговора с Шоу, Стиви вытянула из него всю правду о происходящем, хотя, мужчина и сам давно собирался все рассказать. Теперь блондинка была в легком смятении. С одной стороны, она злилась из-за того, что Шоу изначально не рассказала о своем плане, а, с другой стороны, Стиви было немного совестно за свое поведение по отношению к брюнетке. Знай она суть дела, вела бы себя иначе. — Очередная командировка? — заинтересованный голос брата вывел девушку из задумчивости. Марк не церемонясь вошел в комнату и плюхнулся на кровать поверх вещей, которые приготовила Стиви и едва не сбивая ногами наполовину заполненную дорожную сумку. — Что ж ты как слон-то? — возмущенно пробурчала Стиви, на что паренек лишь виновато улыбнулся, вытаскивая из-под себя вещи и сбрасывая их на пол. — Да, отлично, в окно их еще выброси. — Все, не ворчи, Стивс, тебе это не идет, — и не думая вставать отмахнулся Марк. — Так, куда собираешься? — Работа, — просто ответила девушка, начиная складывать вещи в сумку. — Меня не будет пару дней, миссис Роутс я предупредила, так что она присмотрит за тобой. — О, вот же срань, опять эта карга, — тут же застонал парень. — Мне показалось или ты действительно сказал одно из тех слов, которые тебе нельзя произносить, если ты хочешь получить свою машину на следующий год? — прерывая сборы блондинка скрестила руки на груди прожигая парня тем самым взглядом, которым смотрит любой родитель, когда недоволен своим чадом. — О, блин, прости, — тут же протянул Марк. Благодаря тому, что при нем Стиви никогда не сквернословила, она спокойно могла проводить свои воспитательные мероприятия, делая вид, что сама так же не косячит. — А Аксель тоже уезжает? — сменил тему парень. — Нет, но он может быть занят на работе и не всегда быть дома, поэтому и нужна миссис Роутс, — пояснила девушка. Она ехала с Финчем как посредник для передачи слов Машины, ну, и как некий охранник на всякий случай. Остальные оставались в Нью-Йорке, чтобы не создавать толпу и не привлекать внимание. — Мне уже пятнадцать, я не ребенок, — продолжал упрямиться Марк. — Не обсуждается, — безапеляционно отрезала Стиви, даже не глядя на брата. Тот прорычал что-то нечленораздельное в подушку, но видимо все же смирился и снова оторвал голову от кровати. — А когда я уже смогу навестить Рут? — парень спрашивал об этом с тех пор, как случайно из разговора Стиви и Акселя узнал о том, что шатенка в больнице. — Завтра ее переводят из реанимации обратно в палату, так что если хорошенько попросишь, то Акс тебя отвезет, — растрепав брату волосы, улыбнулась девушка. Тот тут же радостно засиял, принимая сидячее положение. Вообще, Стиви нравилось то, во что превратились их отношения. Они, наконец, стали настоящим братом и сестрой. Да, иногда происходили мелкие ссоры, переходный возраст Марка давал о себе знать, но это мелочи. Они стали намного ближе, стали больше общаться и проводить время вместе. Немалую роль во всем этом сыграл Аксель, взявший на себя роль эдакого наставника, да и Рут иногда виделась с парнишкой, так что теперь Марк стал куда более открытым и веселым, почти как в детстве. Эти двое подсадили паренька на свою ботанскую хрень, отчего Стиви приходилось закатывать глаза, всякий раз, когда брат начинал рассказывать ей о том, что сам написал какую-то там программу или что-то починил. В это сложно поверить, но Марк даже с Шоу нашел общий язык, вернее это Самин неожиданно для всех нашла применение своим способностям. Началось все с того, что однажды Марк с Акселем зашел в убежище навестить Рут, там была Шоу, которая заметила ссадину на лице парня. Тот объяснил, что неудачно повздорил в школе. Ясное дело, что Марк с его худобой и не особой мышечной массой в драках был не серьезным противником. Вот Шоу и решила, что пора это изменить. Не то чтобы она стала личным тренером Марка, но пару уроков и советов дала. Благодаря этому за полгода паренек неплохо подкачался, записался в секцию по кикбоксингу и теперь в школе на него смотрят либо с опаской и завистью, либо с восхищением, но это в основном девушки. Марк выполз из своей скорлупы и начал жить обычной жизнью подростка, что включало друзей, первую влюбленность, первую пьянку и прочее, и Стиви хоть иногда и переживала, но была чертовски рада. — Стивс, — спустя пару минут комфортной тишины, уже тише обратился Марк. По этому тону Блонди точно могла сказать, что брата что-то тревожит, поэтому тут же оторвалась от своей сумки полностью обращая на него внимание. — А с Акселем все в порядке? — Конечно, — тут же уверенно кивнула девушка, усаживаясь рядом с парнем. — Его плечо все еще иногда побаливает, но это ерунда. Почему ты спрашиваешь? — Не знаю, — неуверенно пожал плечами Марк. — Он какой-то не такой в последнее время. Ну, знаешь, постоянно молчит и ходит весь такой загруженный. Мы давно не смотрели вместе футбол и не зависали в гараже. — Просто сейчас у нас всех сложный период, — отстраненно ответила Стиви. Она не собиралась врать брату, но и знать правду о том, что мужчина переживает из-за того, что убил человека, ему не стоит. — Скоро все наладится, — уже живее заговорила девушка. — И вообще проваливай с моей кровати, даже не думай, что я забыла о том, что ты сегодня отвечаешь за ужин. Плюс твои плохие словечки в адрес милейшей миссис Роутс. Так что и посуду мыть тебе. Все, проваливай, — шутливо спихивая Марка с кровати, усмехалась девушка. — Вот возьму и подсыплю в ужин слабительного, — угрожающе поигрывая бровями, бросил Марк, открывая дверь из комнаты. — Отлично, будешь первым все пробовать, — смеясь парировала Стиви. — Черт, Марк, забери своего пса, — тон девушки сменился на недовольный, ведь в комнату вихрем ворвался Бобби. Из милого крошки-щеночка, которого Стиви подобрала на улице, он превратился в довольно крупного пса с золотистой густой шерстью, но по-прежнему очаровательными добрыми глазами. Оказавшись в спальне, собака принялась виться у ног Стиви, требуя внимания и мешая собирать вещи. — Он тебя больше любит, не ворчи, — уже с лестницы, спускаясь на первый этаж, отозвался Марк. — Я в магазин, что-нибудь нужно купить? — поинтересовался парень у Акселя, заглядывая в гостиную, где тот сидел, уткнувшись в ноутбук. — Нет, спасибо, — не поднимая головы, ответил светловолосый. — Деньги есть? — Да, все нормально, — прихватив наушники, Марк весело зашагал на выход. Через пару минут после того, как ушел Марк, сверху спустилась Стиви, все еще пытаясь отвязаться от Бобби. Удалось ей это лишь путем отвлечения пса на еду. — Милый, отвезешь завтра Марка к Рут в больницу? — входя в гостиную спросила Блонди. В ответ мужчина лишь кивнул, все так же, не отрываясь от ноутбука. — Думаю мы с Гарри управимся за пару дней, так что вы с ним не успеете тут разнести весь дом. И, пожалуйста, сообщай мне о состоянии Рут. Хорошо? Оу, и за пухликом следи, я за него тоже волнуюсь. Ладно? Акс? — от Акселя никакой реакции. Блондинка подошла к нему, вставая сбоку. — Ты мне ответишь? — Я же кивнул тебе, — слегка раздраженно отозвался мужчина. — Так мы снова возвращаемся к тому с чего начали? Ты опять будешь общаться с помощью взглядов и жестов? — гипнотизируя макушку Акселя, тут же заговорила Стиви. — Я занят, — Аксель по-прежнему не отрывался от ноутбука. — Он выключен, — покачав головой выдохнула Стиви. — Что? — мужчина взглянул на нее с непониманием, а затем, вернув взгляд к ноутбуку, понял, что все это время, будучи поглощенным своими мыслями, смотрел на темный экран, даже не замечая этого. — Блядь, Акс, сколько еще это будет длиться? — обессиленно выдохнула девушка. — Я же вижу, что тебе тяжело, просто поговори со мной, не надо закрываться в себе. — Ты видишь то, чего нет. Со мной все в порядке, — привычно отмахнулся Аксель, закрывая ноутбук и поднимаясь с кресла. — Я помню, как меня ломало, когда я впервые кого-то убила, при том, что я сделала это осознанно, я сама этого хотела, а ты всю жизнь стремился этого избегать. Я знаю, как тебе паршиво и это нормально, — продолжала блондинка, не намереваясь и на этот раз оставить разговор. — Оттого, что ты признаешь, что это дерьмо давит на тебя, ты не станешь хуже, пойми ты. Быть иногда слабым — это нормально. — Вот только я не слабый! — неожиданно громко и резко отрезал мужчина. — Сколько можно тебе говорить, чтобы ты оставила меня в покое со своими разговорами? — плотно сжав челюсть, Аксель в плотную подошел к девушке, которая от неожиданности врезалась поясницей в гредушку дивана. Она редко видела своего парня таким разъяренным. И это пугало. Его безумный взгляд, сжатые кулаки, напряженная челюсть. Блондинка затаила дыхание, боясь пошевелиться. Но, помимо страха, было еще что-то. Восхищение. Стиви чувствовала дрожь в коленях от восторга перед Акселем. Вот почему она так безумно влюбилась в этого мужчину. Он мог казаться абсолютно спокойным, милым и добрым, но внутри него всегда таилась необузданная сила, которая лишь ждала своего момента, чтобы вырваться наружу. Иногда Стиви думала, что Аксель поклялся никогда не убивать только из-за страха того, что это понравится ему, что жажда крови может потом начать поглощать. — Я просто хочу помочь, — едва слышно проговорила девушка, пытаясь своим мягким взглядом донести, что беспокоится. — Я сам разберусь, — жестко рыкнул мужчина.       Напряженная пауза, взгляд все безумнее, а дыхание тяжелее, а затем любимая часть Стиви — срыв. Аксель быстро сократив оставшееся расстояние, вжимает ее в диван, соединяя их губы в каком-то животном поцелуе. Требуется пара мгновений, прежде чем блондинка начинает с не меньшей страстью отвечать. — Наверх, — собирая остатки разума, стонет Стиви, чувствуя, как сильные руки уже подхватывают ее под бедра.       Конечно, страстный секс может и не решит проблему Акселя, но это определенно хороший знак.

***

      На следующий день Стиви и Гарольд отправились в Вашингтон, а Аксель, как и обещал, повез Марка в больницу. Тем более он и сам еще не виделся с Рут после ее пробуждения. Решив дать пареньку как следует помучить шатенку наедине, мужчина для начала отправился к Фаско. Детектива навещал сын, а у того, как на зло барахлил телефон, так что Акселю пришлось с ним повозиться по доброте душевной. Затем его задержал лечащий врач Лайонела, который полчаса рассказывал что-то о бумажных формальностях при предстоящей выписке. Аксель пытался сказать, что он не родственник и что его все это не касается, но безуспешно. В итоге, когда светловолосый направлялся к Рут, Марк уже выходил из ее палаты, так как пареньку нужно было успеть на тренировку. — Не говори ей, что она выглядит как засохший лимон, оказывается дамам такое не нравится, — широко улыбаясь посоветовал Марк. Судя по его виду, он отлично провел время с Рут, либо просто был рад, что удалось ее навестить. — Учту, — улыбаясь, покачал головой Аксель. — Возьми, вызови себе такси, чтобы не трястись в автобусе, — мужчина протянул парню стодолларовую купюру, что намного превышало стоимость поездки. — Спасибо, Акс, ты лучший, — просиял парень, уже обдумывая как поедет на автобусе, а эти деньги прибережет на что-то стоящее. — Извините, мистер… — доктор Кайлер позвала Акселя, приближаясь с другого конца коридора. Женщина явно замялась, потому что уже пару раз пыталась выговорить фамилию мужчины, но так и не смогла. — Аксель, — снисходительно подсказал светловолосый. — Спасибо, — благодарно кивнула женщина. — Аксель, могу я поговорить с вами о состоянии Рут? — Да, конечно, — слегка нахмурился мужчина. — Вы же с ней близки? — к шатенке приходило немало посетителей, но по возрасту и полу, доктор предположила, что мужчина может быть парнем ее пациентки. Ошибочное суждение. С кем не бывает. — Мы друзья, но да, — прояснил Аксель, доктор немного смутилась из-за своей ошибки, но продолжила. — В любом случае, есть одна проблема, которую нам нужно обсудить… — Случилось что-то еще? — обеспокоенно перебил женщину Аксель. — Нет, дело не в физическом выздоровлении. В этом плане все идет неплохо. После трех дней в реанимации, мы прошли критическую фазу сепсиса, конечно, предстоит еще курс антибиотиков и специальный режим питания, но худшее позади. Из серьезных травм, остались лишь переломы ребер, поврежденные плечевые мышцы и травма бедра. Ребра и бедро постепенно восстанавливаются, а вот с плечом и подвижностью левой руки все сложнее, но и это не критично. Можно будет провести в будущем операцию и пройти курс восстановления. Думаю, через пару месяцев Рут будет в порядке. Меня больше беспокоит ее психологическое состояние, — не то чтобы доктор Кайлер как-то особенно относилась к Рут, она старалась уделять внимание всем своим пациентам. Есть врачи, которые ограничиваются исполнением своих обязанностей: прооперировал, осмотрел, назначил, ушел. А есть те, кто действительно беспокоится о пациентах, подмечая их состояние и стараясь сделать так, чтобы человек действительно вернулся к прежней нормальной жизни. К счастью, доктор Эрика Кайлер относилась ко второму типу. — Я не понимаю, — озадаченно проговорил Аксель, пытаясь вникнуть в слова доктора. — Из того, что я знаю о произошедшем с вашей подругой, я могу сделать определенные выводы. Она подверглась жестоким пыткам, люди, после такого, долгое время не могут прийти в себя… — Поверьте, доктор, Рут сильная, на ней это никак не скажется, — убежденно проговорил Аксель. — Боюсь, уже сказалось, — с сожалением поджала губы женщина. — Вы знаете, что в обязанности врача не входит то, чтобы я делала уколы, этим обычно занимаются медсестры, — пытаясь понятнее объяснить, продолжила женщина. — Эм, наверное, — Аксель все еще не понимал о чем речь. — Вашей подруге мне самой приходится делать уколы и ставить капельницы, потому что большинство медсестер отказываются. — Но почему? — ситуация начинала напрягать мужчину. — Идемте, — доктор подвела Акселя к окошку, которое вело в палату Рут. Сейчас жалюзи были подняты, так что палата хорошо просматривалась. Женщина ненадолго отошла, а затем вернулась, о чем-то переговорив с медсестрой. — Не только я, но и персонал обратили внимание на поведение вашей подруги. Она постоянно напряжена, дергается всякий раз, как к ней в палату кто-то входит, словно ждет опасности, у нее очень беспокойный сон, пару раз в реанимации она кричала в бреду и этот страх в ее глазах… Смотрите сами, — женщина кивнула в сторону медсестры, которая как раз к ним подходила.       Аксель и доктор Кайлер отошли чуть в сторону, чтобы Рут не увидела их через стекло, но сами они без труда могли видеть, как шатенка испугано дернулась, когда дверь в ее палату начала открываться. Лишь спустя пару мгновений девушка переборола инстинкты и чуть расслабилась, поняв, что опасности нет, что это всего лишь медсестра. Сначала Аксель не мог понять, что имела в виду доктор. Ну, да, Рут дернулась, но ведь каждый может задуматься и испугаться от неожиданного звука или вроде того. В этом ведь нет ничего страшного. Но потом… Когда медсестра достала шприц, чтобы сделать укол, в глазах шатенки можно было увидеть настоящую панику. Девушка судорожно сжала подлокотник кровати здоровой рукой, неотрывно глядя на иглу. В ее сознании в этот момент всплывали болезненные воспоминания, заставляющие сердце ускорять ритм, а страх растекаться по венам. — Пару раз она выбивала шприц. Уверена, будь у нее больше сил, она бы попыталась сбежать или отправить кого-то из сотрудников в нокаут, — тихо проговорила доктор, пока медсестра после долгих уговоров все же сделала укол. — Я, конечно, могу и сама поговорить с Рут об этом, но лучше если это сделает кто-то близкий. Думаю, ей нужна психологическая помощь, я бы посоветовала обратиться к специалисту и пройти курс реабилитации. То, что с ней происходит очень похоже на ПТСР, но я не сильна в этой сфере. — Спасибо, доктор, — озадаченно кивнул Аксель, когда женщина направилась вслед за медсестрой. Несколько минут мужчина простоял в коридоре, обдумывая все услышанное и собирая мысли в кучу, а затем, осторожно постучав, вошел в палату. — Марк предупредил меня по поводу неосторожных сравнений, но, черт, ты и правда похожа на засохший лимон, — пододвигая кресло к кровати, веселым тоном проговорил мужчина. Рут уже не была такой бледной и истощенной, как в день, когда ее перевели в реанимацию, но до нормы по-прежнему было далеко. Ссадины на ее лице практически зажили, осталось лишь пара крупных царапин и слегка желтоватые следы от гематом на скулах. — Но я рад видеть тебя с открытыми глазами, — примирительно добавил мужчина. — Этот сорванец почти час надо мной глумился, пользуясь моим положением, — усмехнулась шатенка. — Я тоже рада тебя видеть, дружище, — искренне улыбнулась девушка.       Какое-то время они обменивались дежурными фразами и подшучивали друг над другом, не касаясь произошедшего и состояния Рут. Девушка все время улыбалась, делая вид, что все замечательно, и Аксель бы купился, если бы не разговор с доктором. — До меня дошел слух, что ты пытаешься лишить больницу персонала, — в виде шутки начал Аксель. — Держу себя в форме, — усмешкой ответила девушка. Пытаясь скрыть потускневшую улыбку. — Здесь, знаешь ли, особо нечем заняться. Хотя, смотри-ка чему я научилась, — шатенка кивнула на свою левую руку. Прилагая явные усилия и терпя дискомфорт, девушка на пару сантиметров оторвала руку от кровати, но сил на долго не хватило. После этого она, не отводя взгляда от руки, начала пытаться шевелить пальцами, но выходило не особо впечатляюще. Ее ладонь не могла полностью сжаться в кулак, в конце концов, обреченно выдохнув Рут перестала пытаться. Когда она подняла взгляд на Акселя, она все еще улыбалась, но улыбка была скорее болезненной. Конечно, она не скажет, насколько ей мерзко ощущать себя такой сломанной. Она — хакер. Раньше ее пальцы порхали по клавишам с немыслимой скоростью, а теперь она даже поесть сама может с трудом: одна рука почти не двигается, а на второй сломан указательный палец. Рут будет улыбаться. — Доктор сказала, что подвижность можно восстановить, — попытался успокоить девушку Аксель. — Рут, она считает, что у тебя ПТСР… — Вздор какой, — жестко усмехаясь, слишком резко проговорила девушка. — Просто плохой сон из-за неудобной кровати, — в палате повисла тишина. Мужчина прекрасно понимал, что Рут не из тех, кто способен признать свою слабость. В этом они очень похожи. — Стиви и Фаско предупредили меня о том, что рассказали, как тебя вытащили из штаба Десимы. Но они не стали говорить об остальном, думали, что лучше не волновать тебя, — задумчиво глядя на свои руки, тихо начал Аксель. Если Рут не хочет говорить о своих проблемах первая, то он сам начнет, чтобы ей было легче. Он не хотел об этом говорить ни с кем, но Рут может открыться. Слишком давно они знают друг друга, она поймет. — Когда Шоу и Риз вытаскивали тебя, Фаско и Стиви отвлекали охрану, чтобы мы с Гарольдом смогли уйти. Все шло хорошо, но прямо на выходе из здания мы столкнулись с одним из оперативников Десимы. Клянусь, он был так же удивлен, как и я. Мы просто стояли и смотрели друг на друга. Потом сзади меня из здания вышел Финч, оперативник дернулся, вскинул пистолет… я даже не помню, как стрелял… — О, Боже, Аксель, мне так жаль, — выдохнула Рут. Она ведь обещала, что, работая на Машину, Акселю не придется переступать через свои принципы. А в итоге она сама стала косвенной причиной, по которой Акселю пришлось убить. — Я сделал то что должен был, — спокойно пожал плечами мужчина. — Я это понимаю, понимаю, что у меня не было выбора, что я защищал себя и Гарольда, но от этого не легче. Я отнял жизнь, я сделал то, на что не имею права. С тех пор прошло десять дней, и за это время я ни разу нормально не спал. Его глаза будто преследуют меня. Теперь я боюсь, что мне придется сделать это снова, что я попаду в такую же ситуацию, но не смогу больше перебороть себя. Я одинаково боюсь убить кого-то еще, и что кто-то из команды пострадает, если я не убью, — Аксель зарылся руками в волосы, пытаясь встряхнуться, сбросить это подавляющее чувство вины. — Я боюсь засыпать не только потому что мне снятся кошмары, — Рут не знала какие слова поддержки можно сказать Акселю, но она могла отплатить ему тем же, могла открыться и показать, что он не одинок в своей слабости. — Я боюсь, что когда проснусь снова окажусь у Десимы. Я не контролирую этот страх. Умом я понимаю, что в безопасности, но тело продолжает обманывать меня. Джейк, тот парень, который сделал со мной все это — он говорил, что интерн в больнице. Иногда мне кажется, что он вот-вот войдет в мою палату. По ночам я просыпаюсь, физически ощущая боль, будто меня снова режут на кусочки. И я стала бояться прикосновений, всякий раз ожидаю боль. Знаю, что это глупо, но не знаю, как избавиться от этого страха. Что если я сломалась? Понимаешь, навсегда сломалась. Что если я не смогу стать прежней? Что нам с тобой делать, Акс? — девушка встретилась с мужчиной взглядом. Они оба были так или иначе сломлены. — Думаю, нам стоит довериться близким, — подумав ответил светловолосый. Рассказав Рут о своих переживаниях, он понял, что это не так уж и сложно. Он любит Стиви и уверен, что это взаимно, значит она поймет и поддержит. Рут же после его слов лишь горько усмехнулась. Шоу не придет к ней…

***

— Самин, — Акселю не удалось застать Шоу в убежище. Пришлось ждать ее до самого вечера, но все же она появилась. — Есть новости от Стиви? — тут же нахмурившись поинтересовалась Шоу. — Нет, думаю у них все хорошо, — после этого ответа брюнетка еще больше нахмурилась, не понимая почему тогда мужчина вообще с ней говорит. — Я был у Рут днем… — Все хорошо? Опять что-то случилось? — то как дернулась Самин слишком явно указывало на беспокойство. — Тебе следует быть с ней рядом, — вместо ответа на вопросы, сказал Аксель. — Мне нужно еще пару дней, чтобы все закончить, — отрицательно покачала головой девушка. — Я не могу появиться там сейчас. Что я ей скажу? Хэй, Рут, как дела? Жаль, что я не смогла защитить тебя, но я принесла твой ноутбук, чтобы ты игралась. Ах, да, прости, ты же теперь не можешь, — Шоу плотнее сжала челюсть, успокаивая нервы. Произошедшее сильно повлияло не только на Рут и Акселя. Задело всех. — Ты знаешь, что в произошедшем нет твоей вины. К тому же, ты уже достаточно сделала, чтобы дальше все наладилось. Тебе вообще не обязательно с ней говорить, ей нужно лишь твое присутствие, — мужчина ненадолго умолк, а затем тихо добавил. — Доктор думает, что у нее ПТСР, Рут тяжело, ты нужна ей сейчас, а не когда сможешь рассказать о результатах своего плана. — Что? Но ведь Стиви и Фаско говорили, что она в порядке, что врачи прогнозируют хорошие результаты восстановления после заражения крови? — Шоу и подумать не могла, что у Рут такие сложности. Это все меняло. — Ты же знаешь, какой она талантливый актер. Ее улыбка скрывает все переживания глубоко внутри, но они пожирают ее, — Шоу лишь кивнула, тут же направляясь к выходу. — И, Самин, она не знает о Рике и сервере Самаритянина. — Хорошо. Спасибо, — искренне поблагодарила брюнетка.

***

      Десять дней Шоу удерживала себя от того, чтобы плюнуть на все и приехать в больницу, чтобы хотя бы взглянуть на Рут, чтобы убедиться, что она жива и в безопасности, но она поклялась, что не сделает этого, пока ей не будет что сказать шатенке. Шоу устала от этой жизни, полной неоправданного риска, а вернее она больше не хотела переживать за то, что с Рут что-то случится.       Спустя десять дней она снова в больнице. Ее решимости хватило на то, чтобы дойти до палаты Рут и взглянуть в окошко, а дальше брюнетка замерла. С шатенкой был Фаско, который развлекал ее очередной полицейской байкой. Рут улыбалась, но в глазах была пустота. Шоу видела это, видела каким сломленным становится ее взгляд стоит Лайонелу отвернуться. — Простите, вы кого-то ищите? — женский голос заставил Шоу обернуться. — Нет, я пришла навестить… — брюнетка кивнула в сторону палаты Рут. — Оу, у нее всегда много гостей, но вас я кажется не видела, — доктор Кайлер задумалась, пытаясь вспомнить почему лицо Самин кажется знакомым. — Постойте, это же вы привезли ее. — Да, точно, — кивнула Шоу, ее мысли были далеки от этого разговора. — Боюсь, что время посещений уже подходит к концу. Вы из полиции? Может лучше придете завтра? — предложила доктор. — Нет. Я… Рут моя девушка, — уверенно произнесла Шоу. Доктор Кайлер на мгновение заметно растерялась, смутившись тому, что брюнетка появилась впервые, но видя каким взглядом та смотрит на Рут через стекло снисходительно улыбнулась. — Думаю, еще пара минут у вас есть, — ободряюще кивнув, женщина пошла совершать вечерний обход больных, оставляя палату Рут напоследок.       Пара глубоких вдохов и Шоу открывает дверь в палату. — Ну, наконец, — тут же облегченно выдыхает Фаско, будто закончилась его смена, и он со спокойной душой может быть свободен. Быстро распрощавшись с Рут, мужчина покинул палату, оставляя девушек в оглушительной тишине смотреть друг другу в глаза.       Для Шоу было настоящим облегчением видеть Рут без множества проводов и без жутких следов от ударов. Шатенка была бледной и более худой, чем Шоу когда-либо помнила, но она была жива, была в сознании и вокруг не было кучи медицинских аппаратов. — Привет, — едва слышно шепнула Рут. «Соскучилась по мне?», «не смогла пройти мимо?», «кажется кто-то влюбился?» — куча типичных для нее фраз проносилось в голове Рут.       Сейчас она должна слащаво ухмыльнуться и сказать что-то отчего Самин закатит глаза и все будет как раньше, но она не могла. Ей едва хватало сил удерживать маску радости и беззаботного выражения лица, которую ей приходилось старательно натягивать перед остальными. Вот только Шоу далеко не остальные. Слишком близки они стали, слишком остро чувствовали друг друга, видели насквозь. По одним лишь глазам, которые никогда не обманывают, Самин могла сказать, что творится внутри Рут, так же, как и шатенка видела боль во взгляде своей девушки.       Сложно сказать, что именно стало отправной точкой. То ли этот самый болезненный взгляд Шоу, то ли близость брюнетки, когда она подошла к постели и чувства долгожданного покоя. Надломленная душа Рут окончательно треснула, обжигающими слезами скатываясь по щекам.       Без единого слова, Самин сбросив куртку и ботинки, забралась к шатенке на постель. Хотела бы Шоу сгрести Рут в крепкие объятия, но не могла из-за травм девушки. Все что она могла — лечь максимально близко, так чтобы Рут могла прижаться своей головой к ее. Одной рукой Самин успокаивающе поглаживала голову шатенки, а второй сама сжимала предплечье ее здоровой руки.       То, что Шоу так же разбита, как и она, Рут поняла, когда почувствовала, как по ее виску скатывается влажная дорожка. Самин даже плакала не как все. Беззвучно, стойко. Брюнетка сама не понимала почему слезы текут из ее глаз, но не могла остановить это, сильнее прижавшись к шатенке, оставляя несколько поцелуев на ее лбу. Покой — вот что обе чувствовали в этот момент. Если и есть в мире безопасное место, то только рядом друг с другом. — Время посещений давно закончилось, нужно сказать, что ей пора, — проговорила медсестра, стоя рядом с доктором Кайлер, наблюдавшей за девушками, мирно спящими прижавшись друг к другу. — Оставь их, Джесс, — покачала головой женщина, осторожно опуская жалюзи. — Но, доктор Кайлер, ведь… — Джесс, — по взгляду было ясно, что с женщиной лучше не спорить, поэтому медсестра, махнув рукой поспешила ретироваться.

***

      Шоу проснулась от того, что у нее затекла шея, но пытаясь пошевелить головой, она уперлась носом в макушку Рут. Открыв глаза, брюнетка поняла, что шатенка давно не спит, а просто прижимается к ней. — Привет, — тихо позвала Шоу. — Я думала, что ты не придешь, — так же тихо отозвалась Рут, крепче прижимаясь к девушке. — Я бы не смогла, — Шоу прижалась губами к волосам шатенки, замирая так на какое-то время, позволяя обеим поверить в реальность происходящего. — Забери меня отсюда, — прерывая молчание, попросила Рут. — Еще рано, тебе нужно окрепнуть, — Самин чуть сдвинулась в сторону, позволяя другой девушке отстраниться, чтобы они могли смотреть друг на друга. — Я не чувствую себя здесь в безопасности. Прошло десять дней, это слишком много. Самаритянин найдет меня, Десима будет здесь — это лишь вопрос времени. Я пока не могу идти, но ты можешь вывезти меня на инвалидном кресле через черный ход, сейчас около пяти часов утра, персонала мало, так что… — Хэй, тише, успокойся, — остановила Шоу. — Рут, ты в полной безопасности, тебе нечего бояться. Забудь о Десиме и Самаритянине. — Ты не можешь быть так уверена, — не унималась шатенка. — Могу. Просто поверь мне, — судя по тону и уверенному взгляду Шоу действительно знала, о чем говорит. — Чего я не знаю? — после разговора с Акселем Рут поняла, что ей рассказали далеко не все. — Ты помнишь, что я говорила в машине, когда мы с Джоном везли тебя в больницу? — вместо ответа спросила Самин. Рут отрицательно качнула головой. Что ж, этого следовало ожидать, было бы более удивительно если бы она помнила. Немного помедлив, словно обдумывая следует ли ей это говорить, Шоу все же продолжила. — Хорошо, тогда я повторю. Там, в машине, я сказала, что люблю тебя, что из-за тебя впервые в жизни осознала все эти ужасные чувства, которые дают больше боли, чем радости. А еще я поклялась, что больше не позволю тебе пострадать никогда в жизни, что прекращу все это. Наша жизнь была слишком безумна… — Что ты сделала, Сэм? — непонимающе спросила Рут. Она чувствовала невероятное тепло в груди после слов Шоу, даже несмотря на то, что говорила она их слишком напряженно. Рут знала, как тяжело Самин даются такие моменты, поэтому они и были дороги. Но шатенка так же не могла отрицать, беспокойство из-за всей этой загадочности. — Сразу после того как тебя прооперировали, я ушла из больницы и поехала прямиком в штаб ЦРУ, — будничным тоном начала свой рассказ Шоу удобнее устраиваясь на кровати, подложив руку под голову. — Боже, ты совсем спятила? — несдержанно выругалась Рут. — Скорее всего, — пожала плечами Самин. — Все мы психи. Но на тот момент я не видела другого решения. — Зачем тебе понадобилось Управление? — шатенка тоже повернулась на бок, насколько это позволяла тугая повязка, стягивающая ребра. — Я хотела заключить сделку и получить союзника. ЦРУ собирались работать с Десимой потому что им нужен новый сверхкомпьютер взамен Машины. Мои условия были проще. Машина в обмен на нашу безопасность… — Гарольд никогда не позволит… — тут же встрепенулась Рут. — О, он был против, первое время. Пришлось долго его убеждать. По сути, мы не отдаем Машину. Мы лишь будем сообщать ЦРУ информацию, которая им так нужна. Система будет помогать агентам, как это было со Стиви, но они не смогут повлиять на нее. Как-то так, вообще я не очень разбираюсь в тонкостях. Финч улетел в Вашингтон, чтобы уладить формальности и обговорить границы. Знаю лишь, что полный доступ по-прежнему будет лишь у него, ну, и у тебя, ведь тебе он сам его предоставил, — закончила Шоу. — А что с Десимой? Грир так просто сдался? Ведь у него куча связей и огромное влияние на многих из верхов власти, — о, да, Рут не знала самое интересное. — Грир мертв, — с нескрываемой довольной усмешкой сообщила Шоу, наблюдая как в удивлении меняется лицо Рут. — Когда мы забирали тебя из штаба Десимы, он погиб, а заодно был взорван главный сервер Самаритянина. Так что сейчас Десима обезглавлена, оставшимися агентами и серверами, которые разбросаны по миру занимается Управление — это тоже часть сделки. — Хочешь сказать, что все вот так легко разрешилось? — слишком хорошо звучало, Рут не привыкла к счастливым концам. — Я вновь продалась Управлению, к которому клялась не возвращаться, Финч тоже вынужден сотрудничать с теми, кого ненавидит. Риз теперь не знает, что делать, ведь работа в ЦРУ никогда не входила в его планы. Фаско был ранен, у Стиви и Акселя явно какие-то проблемы в общении, он стал отстраненным. И, Рут, ты едва не погибла. Разве это малая цена? По-моему, мы и так достаточно заплатили за право на хоть какое-то спокойствие. — Стоило мне немного отвлечься, ты стала такой сентиментальной, теперь ты еще более милый щеночек, — попыталась усмехнуться Рут, все еще пребывая в шоке от услышанного. На несколько минут вновь воцарилось молчание, пока шатенка все обдумывала. — Постой, а как вам удалось взорвать сервер? Ты и Джони вытаскивали меня, Стиви помогала Фаско, Аксель и Гарри, судя по тому что мне рассказали, явно не могли это сделать, — Рут видела как напряглась Шоу и как в ее взгляде мелькнуло сожаление. — Рик был с нами, — эта новость удивила едва ли не больше смерти Грира. У шатенки пропал дар речи. Она помнила, что мужчина пытался ей помочь, когда ее схватили, но думала, что его убили. — Мы нашли его в больнице, после того как ты пропала. Он все рассказал, а потом сам пришел, чтобы помочь. На самом деле, если бы не он и его фокусы, у нас бы вряд ли что-то получилось. Не знаю, хотел ли он этим искупить грехи, либо он просто помешанный психопат, но он сам решил сделать это, сам подписался на то, чтобы разнести там все в щепки. — Это неожиданно, — испытывая странные чувства проговорила Рут. С одной стороны, Рик был для нее никем, по большей части из-за него она оказалась в таком положении. С другой стороны, сам Рик ступил на темную сторону из-за нее, они были безумно похожи, и она думала, что сможет помочь мужчине, сможет изменить его жизнь к лучшему. — Он оставил для тебя это, — осторожно поднявшись с койки, Шоу отыскала сложенный лист бумаги, который всегда носила с собой во внутреннем кармане. Рут забрала письмо, но отложила его на прикроватную тумбу, решив, что для одного дня и так слишком много потрясений. — Побудешь со мной еще немного? — попросила Рут, сопровождая это умоляющим взглядом. — У нас теперь куча времени, — отозвалась Шоу, снова забираясь к девушке на кровать. Самин было интересно, что написал Рик, но она никогда не читала его письмо, ведь оно лишь для Рут.       В нынешнее время технического прогресса никто не пишет письма. Люди не ценят классику. Я хочу написать тебе настоящее письмо. Мне это нужно.       Я всегда доверял своей интуиции. Сейчас она подсказывает мне, что я должен умереть сегодня. Это было бы правильно. Я совершил много ошибок. Оставил семью, не успел спасти брата, втянул тебя в то, что возможно погубит тебя.       Мы много с тобой говорили. Я так восхищен тобой, что старался запоминать каждое слово. Но больше всего мне запомнились твои недавние слова на крыше. Ты сказала, что я вцепился в тебя, как в спасательный жилет, потому что я одинок. Ты права. Я слишком далек от этого мира, чтобы сблизиться хоть с кем-то. Не поверхностно, а душой. Ты. С тобой я сблизился. В тот момент, когда впервые прочел дневник брата, мы стали одним целым. Я виноват перед тобой. Я пытался сломить твой разум, пытался показать тьму, чтобы ты пошла за мной. Тьма и свет одинаково прекрасны и одинаково манят. Во мне лишь тьма. В тебе идеальное сочетание и того и другого, поэтому ты особенная. Я слишком поздно понял, что моя игра была ненужной тратой времени. Тебе невозможно показать истинный путь, ибо ты сама есть истина, сама создаешь путь.       Я запомнил одну твою фразу: «Ты меняешься не в тот момент, когда находишь новую цель и смысл жизни, ты меняешься, когда несмотря на всю жажду жизни готов отдать ее ради кого-то другого». Теперь я ее понял. Это ты. Цель, смысл. Я готов отдать жизнь. Разве не это то искупление, о котором ты говорила? Мне никогда больше не увидеть свет. Мой разум слишком долго блуждал во тьме. Единственным светом останешься ты. Я преклоняюсь перед твоим разумом. Он невероятен. Ты победила, хотя никогда не пыталась играть.

Спустя месяц

— Понять не могу, почему вы продолжаете тут сидеть? Теперь же вас никто не ищет, найдите местечко поприличнее, неужели крутые ребята из ЦРУ не могут арендовать для вас офис? — наш старый друг Фаско, с интересом продолжал расспрашивать Финча, отвлекая того от работы. Ах, да, не удержавшись Рут все же однажды объяснила детективу что такое Машина и как она работает. Фаско в тот момент ненадолго завис, переваривая информацию, а потом с огорчением проговорил: «И это все? Никакой магии? Просто куча ботанской хрени? И у тебя ни грамма экстрасенсорики?». Реальность бывает скучна. — Дело привычки, детектив, — отозвался Гарольд. Действительно, они давно могли выбираться из своего подполья. ЦРУ даже предлагало им выделить пару кабинетов в их штабе, но на станции было как-то спокойнее. Слишком много воспоминаний связано с этим местом.       После сделки с ЦРУ, команда самостоятельно практически не работала с номерами, оставляя это агентам управления. Финч все так же занимался координированием выдачи номеров и сбором информации о них, а Аксель активно ему помогал. Стиви с радостью забросила свою неблагодарную работенку, теперь подыскивая что-то где не нужно было бы убивать. Ей предложили стать тренером по легкой атлетике в школе Майка, но она пока раздумывала над этим.       Риз не захотел переходить под крыло ЦРУ, тем более, что сделка, которую выторговала для всех Шоу, предполагала свободу выбора и гарантию неприкосновенности. Джон выбрал остаться работать в полиции вместе с Фаско, все-таки их тандем стал нерушимым. Но иногда детективы продолжали помогать Финчу с делами.       Шоу на время полностью отошла от дел, проводя все время сначала в больнице, а затем и на реабилитации с Рут. Шатенке сделали еще одну операцию на плече, былой скорости печатания не было, но постепенно рука восстанавливалась. — Приветики всем, — задорно поздоровалась Стиви, входя на станцию. Она была редким гостем в последнее время, поэтому ее появление стало неожиданностью. — Акс здесь? — Добрый день, мисс Блонди. — слегка привстав кивнул Гарольд. — Мистер Алдвидссон в вагоне, — девушка сразу проследовала туда. Вид у нее был растерянный. — Милый, есть минутка для серьезного разговора? — слегка напряженно спросила девушка. — Конечно, — быстро отрываясь от копания в проводах, мужчина поднялся с места, приветственно легко целуя девушку в губы. — Что-то случилось? — Да, то есть нет. Может да, а может нет, зависит от обстоятельств, — такой растерянной Аксель еще не видел свою девушку. Это слегка пугало. За прошедший месяц они смогли еще больше сблизиться после того, как мужчина открылся Блонди. Она действительно помогла пережить случившееся. — Просто скажи, что происходит, Стивс, — ободряюще сжимая плечи девушки, попросил мужчина. — Сейчас прозвучит самый типичный бабский вопрос, но другой я придумать не могу, — предупредила Стиви. — Акс, ты меня любишь? Постой, я знаю, что ты мне это не раз говорил и доказывал, но подумай хорошенько. Ты действительно меня любишь? Вот прям «пипец как втрескался раз и навсегда» или «люблю, но через месяц могу передумать»? По шкале от одного до десяти сколько? — девушка тараторила без умолку, Аксель сначала нахмурился, а потом откровенно рассмеялся. — Боже, ты меня напугала. По шкале от одного до десяти — сто, — уверенно ответил светловолосый. — Если бы ты дождалась завтрашнего ужина в ресторане, на который я тебя пригласил, тогда бы ты была спокойнее, но ты неудержима, — отстранившись от девушки, мужчина достал из кармана пиджака, который висел на стуле, черную коробочку. — Я хотел сделать все красиво и романтично, но видимо это не для нас. Стивс, я люблю тебя, ты единственная кому я говорил эти слова. Мы через много прошли, и я хочу, чтобы и дальше мы всегда были вместе. Мы и так стали настоящей семьей, но теперь я официально прошу тебя стать моей женой, — подойдя вплотную к девушке, Аксель как требует традиция, опустился на одно колено, открывая коробочку и вытягивая ее вперед. Сказать, что Стиви была шокирована, ничего не сказать. Она пришла сюда совершенно по другому поводу и теперь выпала из реальности. — Милый, я сейчас возможно потеряю сознание от радости, — пытаясь говорить спокойно, неотрывно глядя на кольцо, начала Стиви. — Теперь у меня для тебя две новости. Во-первых, конечно я согласна, — Аксель счастливо улыбнулся, тут же доставая кольцо и надевая на трясущийся палец девушки, пока он это делал она продолжила, — и, во-вторых, думаю на свадьбе мне понадобится платье для беременных, — теперь руки затряслись у Акселя. Он поднял голову, встречаясь взглядом со Стиви. — Я беременна, Акс.       Вместо слов, мужчина подхватил девушку на руки, выскакивая с ней из вагона и начиная радостно кружить ее, пока она счастливо улыбалась. Стиви не знала, как он отреагирует на эту новость, но, судя по всему, мужчина тоже хотел детей, как и она.       Счастливые Аксель и Стиви, шокированный Фаско, улыбающийся Риз и едва сдерживающий слезы умиления Гарольд. Именно такую картину застали Шоу и Рут. Это было первое появление шатенки на станции после реабилитации. Ее выписали лишь пару дней назад, но Шоу отказывалась до этого выпускать ее из дома. Брюнетка вообще стала самым строгим доктором, она постоянно контролировала приняла ли Рут лекарства, сделала ли разминку, ничего ли у нее не болит.       Первое время им было непросто. Рут мучали кошмары, она дергалась от каждого шороха, боялась прикосновений. Шоу пришлось долго убеждать девушку в том, что все позади, но ее постоянное присутствие помогало. Кошмары иногда случались и сейчас, месяц - слишком маленький срок для того, чтобы забыть нечто столь ужасное, но Рут на верном пути. Хуже всего шатенке было, когда она думала, что Самин больше не хочет ее в физиологическом плане. Шоу отворачивалась, когда она переодевалась, практически не прикасалась к ней, быстро отстранялась от поцелуев. Это давило, Рут начала считать, что новые шрамы на ее теле оттолкнули брюнетку. Однажды она не выдержала и сказала, что Самин не должна находится рядом из-за чувства долга, если ей так противно, то она может уйти. Шоу тогда была удивлена таким поворотом. С ее стороны-то все было совсем не так. Она не смотрела на Рут и не позволяла себе с ней слишком долго контактировать как раз потому, что та ее слишком привлекала. Шоу боялась сорваться и в пылу страсти навредить еще не до конца восстановившейся шатенке. Когда Рут узнала об этом, сама зажала Шоу, уверяя, что она достаточно крепка для секса. С тех пор они стараются сразу все обсуждать, чтобы не было недопониманий… ну, и с сексом у них все хорошо.       Держась за локоть Шоу, шатенка неспешно шла, пытаясь понять всеобщий восторг. — Хэй, детишки, что здесь творится? Вас на секунду оставить нельзя, — привлекла внимание Рут. — Этот день становится все лучше и лучше, — просияла Стиви, бросаясь к девушке с объятьями. За ней подошел и Аксель. — Что происходит? — Шоу тоже заинтересовалась ситуацией. — Мы женимся, — радостно пискнула Стиви, показывая кольцо на пальце. — И мы станем родителями, — добавил Аксель, еще больше поражая вошедших. Теперь Шоу походила на Фаско своим изумлением, а Рут на Гарольда, начиная поздравлять друзей.

***

      Для лучшего восстановления Рут нужно было больше двигаться, поэтому они как обычно совершали вечернюю прогулку по парку. Шатенка держалась за локоть Шоу, а та неспешно двигалась в ее темпе. — Ты бы тоже хотела этого? — шутливо спросила Шоу, после того, как они долго обсуждали предстоящую свадьбу Стиви и Акселя. — Ты и так знаешь ответ на этот вопрос, — слегка толкая брюнетку в плечо, усмехнулась Рут. — А что, если я хочу услышать его? — неожиданно серьезно проговорила Самин, заглядывая своей девушке в глаза. — Тогда тебе нужно просто задать вопрос, — тепло улыбаясь шепнула Рут, оставляя легкий поцелуй на губах Шоу. Они продолжили не спеша идти по парковой дорожке в тишине, но обе понимали, что однажды Шоу задаст тот самый вопрос.