Wanna be in your mind

Как и ожидалось, за перебранку с Малфоем на уроке Флитвика, Гарри схлопотал наказание, поэтому сейчас он бежал, серьезно опаздывая на отработку, на ходу натягивая старую рубашку поверх футболки. Сегодня была суббота, на отработку наказания были выделены все выходные, но она почему-то была назначена на раннее утро, единственное утро в неделе, когда он мог поспать нормально, возможно даже проспать завтрак, ведь на эту скучную учебу спешить не надо. И поэтому Гарри откровенно не понимал почему так рано. Он же никого не убивал, всего лишь оставил маленький синяк на лице этого хорька. Шрамы и синяки ведь только украшают мужчину, да? Неудивительно, что Гарри умудрился проспать. Все из-за того, что ему всю ночь снились кошмары и нормально поспать так и не удалось. Поэтому он встал совсем без сил и в плохом настроении. На щеке красовался уродливый сине-фиолетовый синяк. Дотронувшись до него пальцами, Поттер скривил лицо от неприятной боли и пообещал себе забежать к мадам Помфри после всего этого. И вообще, — не мог успокоиться Гарри, —за что ему назначили наказание, если Малфой сам начал снова наезжать на Гермиону и, конечно же, Гарри не выдержал такой наглости и вступился за подругу. Бой был жестоким, но не долгим. Профессор вовремя зашел в класс и, увидев злого Поттера, восседающего верхом на не менее злом Малфое, без промедлений отправил их к директору. Странно было, что никто из слизеринцев не заступился за своего принца, но, видимо, дело было в том, что им порядком надоели эти каждодневные перебранки, ссоры, швыряния тетрадками, драки, которым, казалось, не было конца, поэтому слизеринцы на пару с гриффиндорцами лишь вяло спорили, до какого момента они успеют дойти в этот раз и кто победит, прежде чем их прервет преподаватель. Зайдя в пыльный класс, которым, кажется, не пользовались со времен основания Хогвартса, Гарри услышал недовольный хмык и повернул голову в сторону нахмуренного Малфоя с таким же фингалом под глазом как и у него самого на щеке. — Наконец-то явился, — послышалось ворчание со стороны окна, — старый Филч вышел из тени как всегда с озлобленным выражением лица. — В наказание вам досталась всего лишь уборка этого класса. Гарри удрученно вздохнул, кажется, тут работы на полжизни, а он ведь еще обещал сегодня сходить с Гермионой в библиотеку. — Я считаю, что этого слишком мало для таких как вы. — Он презрительно фыркнул, оглядев учащихся, — в наше время наказания были куда более… интересные, — вздохнул Филч. — Приступайте! Ах да, и никакой магии, поэтому давайте сюда свои палочки и приступайте к работе. — Это все из-за тебя, Поттер. Мог хотя бы раз никуда не лезть и нам бы не пришлось торчать здесь. Тут грязи как во всем Хогвартсе вместе взятом. — Вообще-то это ты, Малфой, начал обзывать Гермиону. В отличие от вас, слизеринцев, мы имеем такое свое свойство как защищать своих близких … — Ах, ну да, вы же спите вместе. Она же твоя грязнокровная шлюшка.— тут Малфой сделал такую гримасу будто его сейчас стошнит. Вселенское презрение и отвращение отразились на его аристократически бледном лице. — Заткнись, Малфой, или снова нарвешься, — заговорил Гарри. И не понимая зачем, тихо добавил, — И вообще, она с Роном, мы почти не проводим время вместе, они живут лишь в своем мирке последнее время, - устало пробормотал Гарри. Отсутствие нормального сна сказывалось на его состоянии, кожа была бледнее, чем обычно, контрастируя с ярким синяком под глазом. Ругаться совсем не хотелось, и видимо, сжалившись над Поттером, Драко решил пропустить свою следующую ехидную реплику, хотя по его лицу было видно, как тому хотелось сказать что-то обидное. Отсутствие издевательств и вообще любого ответа со стороны Малфоя, который всегда был, как затычка в каждой бочке, показалось Поттеру чем-то необычным и вымершим как вид. Возможно слизеринец, так же как и Гарри не хотел портить себе настроение с утра либо придумывал что-то более изощренное и обидное. Но Малфой не произнес и слова в сторону парня. Так за протиранием пыли, мытьем полов они провели весь день. Драко лишь пару раз недовольно пробурчал себе что-то под нос и совсем не по-аристократски поругался на грязь на оконной раме, которая все никак не хотела оттираться и на этом все. На следующее утро, нагло опоздав на отработку на 20 минут, Драко пришел даже после взлохмаченного, изнеможденного и сейчас сидящего и с интересом рассматривающего свои разные носки на ногах, Поттера. Они начали убираться одновременно, не сговариваясь, без обычных "хорько- и очкарикообразных" приветствий, просто разошлись в разные углы. Драко долго тер шкаф, смотря куда-то сквозь него задумчивым взглядом, так даже ни разу не бросив ни одной колкости в сторону Поттера за все это прекрасное, полное тишины утро. Решив, что слизеринец просто не выспался или в его голубой крови вдруг появился красный цвет, Гарри устало прикрыл глаза и решил вздремнуть, пока Малфой, наверное, сокрушается на тем, что его запонки недостаточно золотые. После 3 долгих часов уборки, решив наконец-то проветрить это ужасно душное, пропитанное пылью помещение, Драко встал со своего насиженного местечка около стены и пошел открывать окно. Теплый весенний воздух ворвался ласкающими кожу и путающими волосы порывами ветра. Малфой вздохнул поглубже. Весенний воздух всегда пах для него чем-то особенно приятным и до боли знакомым. Даже чувствовался тонкий аромат сирени, цветущей где-то у замка. Надо будет как-нибудь наведаться туда. Драко набрал полную грудь воздуха и решившись, повернулся к Гарри. —Не знаю почему, но, кажется, мне жаль тебя, Поттер, — повернувшись к гриффиндорцу обратно спиной, тихо пробормотал Драко. — Судя по твоему виду, у тебя сейчас не лучшее время, а тебе, кажется, рассказать даже некому, —Малфой замолчал, всматриваясь в открывшийся вид из окна. Стая птиц пролетала недалеко от замка, вдалеке виднелся Темный Лес. Малфой и не думал, что из этого окна его будет видно да так хорошо. — Ведь мы похожи, одинаково одинокие...— Драко снова вздохнул, проводя пальцами по отходящей краске на оконной раме. — Панси нашла себе парня, Блейз... с Блейзом мы давно не в ладах, Крэбб с Гойлом слишком тупые, с ними даже поговорить о чем-то интересном невозможно. —А от меня что тебе нужно? — Не думал, что скажу это тебе снова.... но я предлагаю тебе свою ... дружбу, — не поворачивая головы в сторону затихшего Поттера, выпалил слизеринец. — Я не такой бесчувственный, как ты думаешь, у слизеринцев тоже есть сердце и .... я даже сам себе боялся признаваться, но, кажется, я вижу родственную душу в тебе. Боже, это звучит как признание в любви, — фыркнул Малфой, — я же вижу твое состояние в последнее время, кажется будто бремя всего мира свалилось на тебя одного, поэтому предлагаю тебе свою дружбу, чтобы нести это бремя вдвоем... но ты слишком гриффиндорец, твоя гордость как всегда мешает тебе здраво мыслить. — Откуда мне знать, что ты изменился и сейчас ты все еще не тот заносчивый слизеринец, которым был всегда. Что, если и тебе нужна только моя слава, а не я сам? — отвернувшись от Малфоя к стене и решив, что на этом разговор окончен, начал протирать стол дальше. — Ты серьезно, Поттер? Ты думаешь, что мне, Малфою, наследнику известной чистокровной и богатой семьи, нужна твоя слава? Я тебя умоляю, я с рождения купался в ней и думаю, ты об этом знаешь. — Ладно, тогда что же ты скажешь своим слизеринским дружкам про нас? Что мы ни с того ни с сего вдруг зарыли топор войны, забыли годы многолетней вражды и весело будем гулять с тобой за ручки? Так не бывает, Малфой, — раздраженно произнес Гарри. Голова начинала болеть, а живот урчать. Его собственное тело подводило его. Хотя, кажется, это правда было плохой идеей идти у себя на поводу и пропускать завтрак, даже если есть с утра совсем не хотелось. — Почему бы нет? До ручек не дойдет, конечно.И вообще, это не твоя проблема, что они скажут. Я об этом позабочусь. Кто они такие, чтобы указывать, с кем мне дружить? — Ладно, но при одном условии, — гриффиндорец устало потер виски, — ты перестанешь дразнить Рона с Гермионой, мне уже порядком это надоело, они такие же люди как ты, пускай без такого количества денег и такой крови как у тебя. — На Грейнджер я согласен, но твой Уизел сам всегда лезет. Я не смогу смолчать, если будет задето мое достоинство. — Было бы, что задевать... Но ладно, я поговорю с ним. — Вот и отлично. — Работы осталось немного, поэтому мы доубираемся и пойдем обедать. Кажется, сегодня обещали грибной пирог, а тебе нужно хорошо есть, а то на твои кости и бледное лицо уже больно смотреть. А потом сходим полетаем, тебе надо развеяться, весна все-таки, природа расцветает, на улице тепло, а ты весь зеленый в замке целыми днями сидишь, и вообще я хотел сходить посмотреть на сирень около замка, а потом пойти побродить по лесу, а потом в библиотеку.. — Мерлин, Малфой,почему ты такой болтливый-то, поэтому у тебя друзей и нет, все сбегают от тебя, когда ты открываешь рот, — устало пробурчал Гарри. — У меня не было друзей, потому что я не нуждался в них. Я отклонял их дружбу, а не они мою. — Да-да, заливай, Малфой. — Замолчи, Гарри Поттер. — А то что? — А то оболью тебя грязной водой из этого ведра. — Вот это уже весомый аргумент, с него и надо было начинать. Уборку они закончили ровно к обеду. В Большом Зале они решили сесть каждый за свой стол, чтобы пока не вызывать лишних разговоров. Гарри еще физически не был готов к новой порции слухов и обсуждений, которые могли ведь и до оскорблений дойти. Тем более он все еще не доверял Малфою. Учеба со слизеринцами научила Поттера быть начеку, когда дело касается этих змеев. Но все же чужое и, кажется, искреннее внимание немного льстило и согревало душу. Малфой, улыбаясь лишь уголками губ, пил тыквенный сок и думал, что его мечта сейчас сидела за соседним столом и уминала грибной пирог.