12
17 мая 2015 г., 22:29
Когда Дин очнулся, оно, это существо, сидело на краю кровати и лениво болтало ногой в воздухе, ритмично шаркая пяткой. Тварь не была похожа ни на кого и одновременно была похожа на всех. Ее внешность неуловимо менялась, перетекала - нос с горбинкой вдруг казался прямым, щетина появлялась и исчезала, плечи широкие и мужские делались покатыми женскими. Дин всматривался из-под ресниц, попутно пытаясь определить, насколько плачевно положение, в котором он оказался.
Хорошо и четко он помнил эпизод в баре, их поездки по делу с Сэмом... Дальше ему почему-то вспоминался темный силуэт Каса в дверном проеме, яркий свет фонарей с улицы и очень-очень близко его - Каса - лицо.
- Шрр-шрр, шрр-шрр, - от этого шарканья у Дина еще ныли виски, и невозможно стало дальше незаметно щуриться. Дин моргнул.
- Мм, проснулся, - суккуб повернулся гибко, как ящерица, и застыл, устремив стеклянный масляный взгляд на Дина. Половина его приняла вид Каса, а вторая Сэма, и со странной зыбкой границы этих двух непохожих лиц взгляд сам собой соскальзывал сам собой.
- Где Сэм... - с трудом ворочая языком, прохрипел Дин. Неожиданно, но он едва смог выдавить из себя это, тело сковала сумасшедшая слабость.
- Сладкий-сладкий-сладкий охотник Дин, - осклабился суккуб, до конца принимая облик Сэма и вскарабкиваясь ему на бедра, - вот же я.
- Можно я тут немного посижу, - низким голосом на выдохе добавил он, елозя сэмовой крепкой задницей по бедрам Дина, - о, пожалуйста, братик.
- Что ты, долбаная тварь, выт... - начал Дин, но закашлялся так, что на глазах выступили слезы.
- Уууу, совсем плохо, совсем немного осталось, так десерт, - ворковало существо, деловито брякая пряжкой динова ремня и наглаживая пах. - ну ничего, сейчас я тебя подготоооовлю, только, прости, дорогой, в этот раз ты снизу.
Суккуб мерзко по-бабьи захихикал, и лицо Сэма пошло жутковатой рябью. Сквозь острое, болезненное возбуждение Дин вдруг понял, что суккуб успел знатно обдолбаться из с Сэмом энергией. "Лишь бы Сэмми был жив... лишь бы тварь решила начать с него, Дина!" - стучало у него голове.
- Каас... - едва слышно прошептал Дин непослушными губами, - Кас, твою мать, Кас...
- Ну Как, так Кас, сладкий, - секунда, и на нем восседает слегка растерянный, разрумянившийся Кас. Галстук съехал вправо, волосы растрепаны, на подбородке трехдневная щетина. Одной рукой он уже сжимает вставший член, другой торопливо стягивает с Дина джинсы с бельем.
- Каскаскаскас... - бормочет Дин, все расплывается, губы накрывает чей-то требовательный влажный рот. Закрытые веки напоследок обжигает яркий белый свет.
И пустота.
