Я действительно Ловец, Малфой

Довольно забавно, что роль ловцов всегда давала им эту возможность. Гарри кружил над квиддичным полем, матч «Слизерин»-«Гриффиндор» был в самом разгаре, счёт сравнялся, и сейчас какой-нибудь-золотой-победный-снитч-в-руках-гриффиндорского-ловчего был бы весьма кстати. Гарри сосредоточился и внимательно выискивал снитч в пространстве, но не прекращал краем глаза наблюдать за Малфоем — вдруг тот тоже заметил снитч. Будучи Ловцом, Гарри всегда мог следить за ним, не ища для этого оправдания, ведь оно уже у него есть. Если его противник заметит золотой мячик раньше, то нужно будет вовремя среагировать на Малфоя и ринуться к нему. Гарри не задумывался о том, что иногда хотелось вместо снитча сжать руками эту тупую, белобрысую голову. Сжать и разрываться между сильным желанием хорошенько стукнуться об него своим собственным лбом, выбив этим у обоих все мозги, и более сильным желанием крепко прижать к груди, чтобы это слизеринское чудовище задыхалось в крепких объятиях Гарри Поттера, а сам упомянутый герой бы беспрепятственно мог целовать макушку и мягкие щёки этого идиота и считать блики света в его белёсых волосах. Забавно, что Гарри невольно отмечал игру света в волосах Малфоя перед матчами. Наверное, потому что они были такими же заметными, как и снитч, или такими же отливающими светом, или… — Гарри, не трать время! — раздался совсем рядом нервный крик Анджелины, — Ищи снитч! Гарри очнулся от своих пространных мыслей и ускорился на метле, всматриваясь в небо, в поле, в трибуны, и стараясь уже не так откровенно засматриваться на Малфоя. В общем, Гарри принял свои новые чувства к Драко Малфою, как должное, но и не стремился особо распахивать их миру, а особенно этому вредному слизерницу, который, кстати говоря, тоже подозрительно долго смотрит на Гарри. Если он надеялся таким образом обнаружить снитч первым, то Гарри ничем не мог ему помочь: пусть он хоть влюбится в Малфоя ещё тридцать раз и любит в миллиард раз сильнее, а проигрывать ему он никогда не собирался. Если только в перетягивании каната его собственного внимания. Почему-то как раз в этом Малфою всегда не было равных: привлекать к себе внимание он, без сомнений, умел и любил. Мелкий, наглый… — Гарри мысленно застонал — чертовски любимый засранец. Какой позорный проигрыш собственным чувствам. Гарри горестно вздохнул вслух, сам того не заметив: он вообще-то не подписывался безнадёжно влюбиться в своего школьного соперника и теперь одновременно чувствовать себя живым и бесконечно страдающим из-за этого. Потому что, несмотря на то, что Малфой поумнел и повзрослел, перестав быть таким мерзким и легко рассуждать о смертях и страданиях других людей — в том числе и не очень чистокровных — он продолжал оставаться сложным и несколько загадочным человеком, и Гарри не был виноват в том, что ему, видимо, просто необходимо в жизни что-то сложное и загадочное, нечто вроде бесконечного безумного приключения! Гарри всегда говорил, что он не ищет неприятностей, а это они находят его, и это правда, но он никогда не говорил, что не любит приключения. Желательно, весёлые приключения, в ходе которого тебя не пытаются убить, но Драко был любопытной для Гарри смесью этих двух видов: он одновременно держал в тонусе и вместе с тем завлекал, придавал сил. Гарри снова тяжело вздохнул. — Что, устал, Поттер? Так тяжело вздыхаешь. Может, тебе передохнуть? Гарри резко повернул голову и хмуро глянул на предмет своих мыслей: Драко завис на своей метле в воздухе и нагло ухмылялся Гарри с видом победителя. На секунду Гарри показалось, что он снова погрузился в свои мысли и упустил момент победы Слизерина, но сразу успокоился, заметив, что игра ещё продолжается. Гарри выпрямился и с вызовом посмотрел на Драко: — Ещё чего, Малфой. Тот лишь снова ухмыльнулся, и Гарри отвёл взгляд обратно на поле, в попытках перетянуть канат своего внимания назад на игру. Но он забывал, насколько хорош Драко в этой игре. Чёрт-чёрт-чёрт, — раздражённо думал Гарри, — хоть Малфой ловец и хуже Гарри, но умудрился как-то поймать его в свои цепкие бледные ручонки и всё не отпустит. Хотя, признаться, Гарри и не хотел, чтобы он отпускал. В глаз что-то настойчиво блеснуло, и Гарри резко повернул голову в сторону хаффльпаффских трибун: высоко в небе над местами жёлто-чёрного факультета завис снитч. Гарри насторожено скосил глаза на Малфоя, и понял, что тот также смотрит на него. Он тоже увидел снитч. Не сговариваясь, они рванули на своих мётлах вперёд. — Ого! — Раздался возбуждённый крик комментатора, которым в этом году был Симус Финниган. Не сказать, что он был лучше Луны или Джордана, но вполне разряжал кровавую обстановку этого поля боя под названием «квиддичный матч Гриффиндора против Слизерина». — Кажется, ловцы одновременно заметили снитч! Наконец-то оба решили перестать флиртовать друг с другом взглядами и заняться игрой! «Ни черта не помогает, Симус», — зарычал Гарри, подавшись всем корпусом вперёд, Драко сделал то же самое. Он летел так близко, что их колени соприкасались и сталкивались, но Гарри пытался не дать этому отвлечь себя. Стремительно поднимаясь всё выше и выше, они уже приближались к заветной золотой точке, Гарри выбросил руку вперёд, Малфой тоже вытянул свою руку, касаясь пальцами руки Гарри. Он что, специально это делает?! Гарри силой заставил себя сосредоточиться, но они с Малфоем продолжали идти вровень. Мили между ними и снитчем сокращались, Гарри почти схватил крылатое существо, его пальцы уже коснулись холодной поверхности мяча… Их с Малфоем резко откинуло блэджером от заветного мяча, Гарри как сквозь воду услышал разочарованный стон трибун Гриффиндора и Слизерина. Какого бы из отбивал ни была эта заслуга, а он знатно промахнулся, лишив обе команды шанса окончить эту игру побыстрее сегодня. Уже от одной близости Малфоя Гарри так измотался, что… Гарри оглянулся, резко вспомнив, что Малфоя при ударе тоже откинуло куда-то в сторону, и его сердце замерло где-то в горле, когда он увидел держащегося одной рукой за метлу Малфоя, который болтал в воздухе ногами, будто в надежде встать на землю. Этот идиот не соберёт костей, если рухнет с такой высоты! Недолго думая, Гарри рванул на метле ближе к нему и протянул руку Малфою, предотвращая его падение. Драко взглянул расширенными от испуга глазами на Поттера, и резко отпустил руку, которой держался за метлу. Гарри, у которого даже сердце остановилось, не то, что процесс дыхания, не успел даже закончить в своей голове паникующий выкрик «Идиот!», резко бросился вперёд к нему и обхватил Малфоя руками, затянув того на свою метлу. — Поймал! — с заметным даже для глухого облегчением выдохнул Гарри, не выпуская из рук напряжённого всем телом после пережитого Малфоя. Ох уж эта реакция ловца, как бы там ни было, а это на редкость полезный рефлекс. О чём он, чёрт возьми, думал! Ещё бы чуть-чуть, и Драко бы свалился и скорее всего проломил бы себе свою пустую голову, какого чёрта надо было отпускать метлу! Гарри только хотел разразиться возмущением в его сторону, слегка отстранившись, но так и не решаясь отпустить Малфоя из рук, будто тот опять сделает глупость и спрыгнет с метлы Гарри, как напуганное и ошеломлённое лицо ловца остановило его и невольно смягчило. Ну какого дьявола… Гарри резко выдохнул и снова прижал к себе Малфоя, успокаивая и одновременно снижаясь на землю. Он не слушал ни трибун, ни комментатора, ни профессоров, хотя слышал, что какой-то определённый шум явно происходит. Главное сейчас было благополучно спустить Малфоя на землю, желательно медленно, потому что Гарри опасался, что под двойным весом метла рухнет вместе с ними с такой высоты, и убедиться, что он полностью в порядке. Хоть заметных повреждений, кроме небольшого испуга, Гарри не видел, но он хотел точно убедиться в том, что Драко цел и невредим. — Т-ты… Ты упустил снитч… — тихо прошептал Малфой ему в шею, схватившись за руки Гарри, и Поттер непонимающе взглянул на него. Его голос звучал так, будто ему было неловко, или он не верил, что Гарри сейчас упустил победу ради спасения малфоевской задницы. Забавно, но Гарри сейчас показалось, что это не первый случай, когда квиддич интересовал Гарри на ряд меньше, чем Малфой. — Ну да, — равнодушно отозвался он, не совсем понимая реакции Драко, — И? Щёки Малфоя порозовели, то ли от ветра, то ли от эмоций, то ли от той близости, которая на данный момент свела бы Гарри с ума, не будь он обеспокоен состоянием Драко прямо сейчас. — Ты же ловец, Поттер! — тяжело сглотнул Малфой, бегая взглядом по лицу Гарри. — Т-ты… Ты должен ловить снитч. Драко капризно ткнул пальцем куда-то в сторону, но, тут же пошатнувшись на метле, вцепился Гарри в мантию. Он был так близко, капризный, вздорный, странный, целый и невредимый, и Гарри чувствовал, что едва держится. — Ты прав, — Гарри улыбнулся. — Я действительно Ловец, Малфой. Гарри наклонился ниже и прикрыл глаза в тот же момент, когда его губы столкнулись с тёплыми губами Драко. Всемогущие, остановите его кто-нибудь, потому что Гарри не чувствовал, что сможет сделать это сам. Малфой был такой притихший, что сердце невольно сжалось от умиления этой очаровательной картиной: прирученный хорёк, мягкий, пушистый и почти что не кусается. И губы у него жёсткие и обветренные, но тёплые и неуверенно подрагивающие в ответ. Драко придвинулся ближе, и его губы крепче прижимались к губам Гарри, даже показалось, что они стали нежнее и чувствительнее, и от этого сердце Гарри так забилось и залихорадило от такой всепоглощающей и сильной нежности к этому светловолосому чертёнку, что Поттер чуть не грохнулся с метлы. Однако он не мог этого сделать по определению, потому что они уже приземлились на поле возле трибун Хаффльпаффа, и сейчас весь Хогвартс взирал на ловцов, из-за которых этот матч точно запомнят на очень и очень долго. Гарри отстранился и заглянул в расширенные в удивлении, потемневшие от сокрытой в них теплоты серые глаза. — И я поймал тебя. Согласен быть моим Снитчем? В серых глазах Гарри прочёл согласие, заметив там подозрительно знакомый золотой блеск навсегда пойманного в руки ловца снитча.