lilac and peony

Зейн пугается от горячих рук, которые неожиданно ложатся на талию и легко сжимают ее. Брюнет облегченно вздыхает, понимая, что Лиам снова захотел его напугать, и это, черт возьми, получилось, поэтому парень поворачивается к улыбающемуся Пейну и показывает язык. — Ты ведёшь себя, как маленький ребёнок, Ли, — с улыбкой качает головой Малик, облокачиваясь на подоконник с цветами. — Потому что ты все время проводишь со своими цветами. Они не завянут, а я да, — шатен оставляет несколько поцелуев на оголенном плече парня, и тот знает, что Лиам говорит это не всерьёз. Он хочет внимания. Малик оставляет голубую леечку на подоконнике и поворачивается к мужчине, проведя пальцами по щетинистым щекам. Ему нравится это делать: нравится касаться Пейна, чувствовать его кожу под кончиками пальцев и рассматривать лицо в мельчайших деталях. Лиам ни чуть не смущается такого внимания, позволяя своему парню делать то, что ему заблагорассудится. Зейн и Лиам уже почти год живут вместе в Америке, штате Джорджия, где Пейн нашёл себе высокооплачиваемую работу в психиатрическом центре, а Зейн учится в университете, подрабатывая в магазинчике цветов. За этого долгое время Малик перестал так бояться общения с другими людьми, с радостью предлагая свою помощь покупателям. Правда на это ушло немало времени, он долго привыкал к новому месту, поначалу только выполняя поручения хозяйки магазина, после чего она отвела ему очень важную работу: разговаривать с покупателями и узнавать их вкусы и предпочтения. Лиам знал, что его мальчик справится с этим, и он был прав. Год совместной жизни пролетел так быстро, и оба слишком привыкли к вечерним объятиям, ночным поцелуям и утренним. заигрываниям. Зейн стал более резвым, он с лёгкостью мог подбежать к Пейну и запрыгнуть на его спину, прося покатать по всей квартире. Мужчине это нравилось. Нравилось то, каким он был открытым с ним, домашним и необыкновенно милым. Нет, он обожал это. — Ты для меня намного важнее цветов, Лиам, — уверяет его Зейн. — Я знаю, но от этого моя ревность не уменьшается, — шутит шатен и, подхватив парня под бёдра, усаживает на подоконник, устраиваясь между его ног. — Ты дурачок, — смеётся брюнет и привычно зарывается тонкими пальцами в отросшие волосы Пейна. — Но именно за это ты любишь меня. — Не именно за это, — хихикает Зейн. — Что? — Я шучу, Ли, я люблю тебя за все на свете! Лиам хмурится и обхватывает подбородок парня пальцами, притягивая к себе его личико и аккуратно целуя, будто это их первый поцелуй. — Лиам… — Малик отстраняется и, облизывая свои губы, сглатывает. — Что такое? — обеспокоено спрашивает мужчина и медленно поглаживает его талию через рубашку. — Я хочу…хочу большего, чем поцелуи. Хочу быть твоим полностью. Лиам хмурится и не сводит взгляда с парня, облокачиваясь руками на подоконник. Он знал, что настанет этот день, когда они дойдут до более интимных моментов, но Пейн надеялся, что этот день настанет намного позже. Нет, он хочет Зейна, с этим не поспоришь, но он боится навредить ему, сделать больно. — Почему ты молчишь? Малик недоумевает, кладя руки на широкие плечи мужчины. Он внимательно смотрит в его глаза и немного пугается этого хмурого взгляда, стараясь не подавать виду. — Зейн, ты знаешь, что это серьезный шаг. — Я знаю, поэтому и прошу. Это важно для меня, Лиам. Ты прав, это очень серьёзный шаг, и если мы правда доверяем друг другу, то должны пройти через этот шаг. — Ты уверен в этом? — Уверен как никогда. Я ведь прошу не так много, всего лишь заняться со мной любовью. Лиам усмехается и, положив ладони на щёки парня, мягко целует его, из-за чего Зейн улыбается в поцелуй и прижимается к мужчине, не желая оставлять ни миллиметра между ними. — Быть может, мы все-таки повременим с этим? — шепчет шатен в губы недовольного Малика, но тот мычит и снова притягивает мужчину для поцелуя. Пейн осторожно поднимает парня на руки, случайно задевая несколько горшков, и несёт в их общую спальню, кладя на кровать. Брюнет улыбается, когда мужчина рассматривает его сверху, после чего нависает над ним и дарит несколько поцелуев, из-за которых Зейн начинает хихикать, оглаживая широкую спину шатена и желая поскорее избавиться от этой мешающей рубашки. Кажется, время, которое затрачивается на снятие одежды, длится так долго, что Зейн начинает нетерпеливо хныкать, что сразу же привлекает внимание Лиама, и он, снова нависнув над его телом, оставляет влажные поцелуи по всей груди, медленно спускаясь вниз. Малик извивается под умелыми руками Пейна и зарывается в его шелковистые волосы пальцами, пытаясь поднять его лицо к себе для нового поцелуя, но тот упрямится и постепенно, нарочно медленно стягивает с парнишки боксеры, оголяя тазобедренные кости и совсем новое тату в виде сердца, которого так и хочется коснуться губами. Что Лиам и делает, обводя тату языком и прижимаясь губами. Зейн точно знает, что на том месте останется засос, но его вряд ли будет видно из-за чёрного сердца. Брюнет инстинктивно приподнимает бёдра и протяжно стонет, все эти действия начинают заводить Пейна. Он отстраняется и облизывается, будто только что съел что-то очень вкусное, но на самом деле так и есть, Зейн для него однозначно лакомый кусочек. — Хватит издеваться. Хриплый голос разносится по темной комнате, из-за чего мужчина ухмыляется и качает головой, решая показать Малику все прелести прелюдий. Он без стеснения снимает с него боксеры и высвобождает возбужденный член, который так и требует разрядки, оборачивая вокруг него руку и наблюдая за реакцией Зейна, как он соблазнительно закусывает губу и снова поддаётся бёдрами вверх, прикрывает глаза и пытается ухватиться руками хоть за что-нибудь. Лиам умело двигает рукой и оборачивает вокруг головки губы, начиная медленно доводить парня до безумия. Зейн открывает рот в немом стоне, пока до боли закусывает губу и думает, что это впервые, когда получает такое удовольствие. К сожалению, это длится так мало, что Малик недовольно шипит, когда Лиам отстраняется, но потом часто дышит и тихо стонет от легкой боли во время подготовки. Ему казалось, что она проходит безболезненно и не занимает много времени, но после понимает, что Пейн заботится о нем и старается сделать так, чтобы он в дальнейшем почувствовал, как можно меньше боли. Очевидно это помогло, но совсем малость, ведь Лиам намного больше, чем его тонкие пальцы. И сейчас он понимает, что никакая подготовка не помогла бы справиться с первыми ощущениями мужчины в себе. Сначала он движется так медленно, что кажется, будто никаких движений нет вообще, затем шатен полностью проникает в парня и останавливается на несколько секунд, давая достаточно времени, чтобы тот привык. Пейн чувствует, как пальцы Малика крепко вцепляются в его спину, это причиняет боль, но не такую сильную, чтобы обращать на неё сейчас внимание. Брюнет тяжело дышит, смотря в глаза мужчины, ему будто легче от этого. Это и правда помогает. Пока Лиам любуется взглядом любимого и ждёт знака, чтобы продолжить, он думает о том, как сильно любит этого странного и забавного парня. Он обещает себе, что после этого секса обязательно прошепчет на ухо Зейна самые нежные слова, в которых тот так нуждается. Парень зажмуривается и кивает, давая знак продолжить, Пейн утыкается в шею брюнета и начинает не спеша двигаться, понимая, что Малику сейчас испытывает боль, и как бы он не хотел, он не может прекратить ее, не может сделать так, чтобы его мальчик не чувствовал дискомфорта, это попросту невозможно. Толчки становятся все быстрее, а наслаждение затмевает боль, и это к лучшему, потому что теперь шатен слышит стоны удовлетворения, из-за чего его настроение значительно улучшается. После того, как Лиам наконец дарит незабываемый финал своему любимому, он, как и обещал, шепчет на его ушко о том, какой он прекрасный и самый лучший для него, крепко обнимая и прижимая к себе подрагивающее тело. Зейн жмётся к мужчине и утыкается лицом в его грудь, чувствуя, что смущается. Шатен улыбается и, убирая мокрые от пота волосы, целует его в лоб. Малик так сильно любит этого человека, что ни за что на свете не отпустит из своих объятий, то же самое думает и Лиам, поглаживая талию парня.