Последняя Страница

В комнате тихо и спокойно. Веет прохладой через небольшую открытую форточку. Ощущение такое, что становится холодней, впрочем на дворе раннее время. Только пять утра, а уже нашей героине не спится. Шатенка проснулась полтора часа назад, она плохо спит в последнее время. Нет, это не из-за кошмаров, для неё страшные или же жуткие сны уже привычка. Ничего особенного. Эх, так пусто и ужасно скучно. Девушка перевернулась на бок, снова вспоминая образ подруг. Она давно их не видела. Каждый божий день придумывают всевозможные отмазки и причины. Мэй не держит на них зло или обиду, просто не может. Недоверие, подозрение, удивление, а вместе с тем и беспокойство. Что же на самом деле случилось? Странно. Даже очень. Кареглазая вновь тяжело вздыхает, прикрывая глаза. — Я запуталась. — раздаётся голос Пайнс. Рассвет. Он такой красивый, независимо смотрите вы на него или нет. Он всегда прекрасен. Наверно каждому из нас хотелось встретить сие чудо. Будь то одни, с близкими людьми, с любимым питомцем. Без разницы. В такие моменты становится легко, кажется будто камень с души упал. Мы немного отошли от темы; Такое чувство, что девушка и ранее встречала нечто подобное. — Но я не помню. Я такая дурочка, ведь знаю же, что не смогу найти ответа на мой вопрос. Даже если попытаюсь. — Мэйбл медленно принимает сидячее положение и переводит свой взгляд на часы, они будто бы намекали на то, что скоро она окончательно сломается. Хотя скорее ей напомнят об этом.

***

— Я люблю тебя! — брюнетка аккуратно наклоняется к парню, целуя его в губы. Первый поцелуй. Что может быть счастливее? Твоя первая любовь, которую казалось нелегко разрушить. "Я ненавижу тебя." Свидания, объятия, вкус горького поцелуя на губах - дурманит разум. Девушка чувствовала прикосновение его пальцев по запястьям, ключицам, шее. Тяжёлое дыхание. Тела сливаются в бешеном танце. Сейчас они одни. Им ничего не нужно. "Лучше бы я тебя никогда не встречала!" Их чувства начали постоянно утихать. Ралф почти всегда пропадал в ночных клубах и спал с девушками, которые старше и намного опытнее Энни. Беккер часто загоняла себя в депрессию. Она не могла забыть его. Слишком сильно полюбила его. Она виновата в этом. Девушка сидела на полу около кровати, вышивая на белой ткани красивые узоры. Так думали её родственники, которых она просто терпеть не может. Они не помогли ей. Они убили её. Пальцы обладательницы золотистых янтарных глаз, были исколоты иголкой, которой она небрежно вышивала что-то непонятное ей самой. — Они здесь. Они рядом. — шептала девушка. Её воображение разыгралось не на шутку. "Уйди! Не подходи! Уйди!" — Диагноз. Шизофрения. — мужчина в белом халате печально глянул то на родителей, то на брюнетку. — Примите наши соболезнования. Её болезнь, по-видимому зародилась ещё в раннем возрасте. Она такая молодая, но ничего нельзя с этим поделать. "Шизофрению не победить, даже если захочется. Никто не поможет. Аха-ха, ха-ха!" — Энни, ты поправишься, я верю в это! — женщина со светлыми волосами обнимала дочурку. Девчонка смотрела безразличным взглядом куда-то вдаль. Не нужно. Ей ничего не нужно. Русые волосы, тёмно-бирюзовые глаза, бархатный голос. Всё - сломало её. "Я не позволю кому-либо причинять мне боль!" — Энни, я тут! Пошли со мной покушаешь? — лучезарная улыбка и выбившаяся прядь волос. Небольшая искра пролетела перед глазами пациентки. Губы невольно расплылись в улыбке. — Пойдём с нами! — две девушки протягивают руки в знак знакомства, улыбаясь даже при таких обстоятельствах и мрачной атмосфере.