Дотянуться до тебя

      Баскетбол… Он всегда нравился мне. Мы с отцом постоянно ходили на стадион, когда играли советские сборные. Да… в тысяча девятьсот семьдесят первом году это было намного интереснее, чем сидеть дома и смотреть в экран, не имя практически никаких эмоций. Как говорится, «ну есть и есть». Другое дело на стадионе, когда играют ЦСКА. Как и всегда, там было море людей, веяло таким трепетом перед любимой командой. Весь воздух был будто пропитан волнением. А когда Сергей Белов забивал голы, по трибуне прокатывался мощный крик.       Высоких и мускулисты мужчин-спортсменов тренировал Александр Яковлевич Гомельский. И за это ему были многие благодарны, в том числе и сама сборная. Он разработал идеальную по всем меркам и стандартам систему подготовки СССР к олимпиаде девятнадцать-семьдесят два в Мюнхене. Но вот, к сожалению, в прошлых двух олимпиадах золотые медали брали американцы. Оно и верно; большее количество тренировок, учебных матчей, выездов за границу, игр с другими странами, такими как Чехословакия. В то время, как у советских баскетболистов не было практически ничего из этого, за исключением, разве что учебных матчей с другими сборными.       Но это не самое главное… Куда важнее то, что я, будучи волейболисткой сборной Советского Союза, каждую их игру присутствовала в зале и, сама того не осознавая, смотрела лишь на одного из спортсменов: капитана команды, Сергея Белова. Он всегда знал, что, где, как и когда нужно сделать, чтобы привести своих товарищей к победе. Уж не знаю, что им говорил Гомельский — и говорил ли, — а только когда случалась «заминка», Паулаускас или Саканделидзе всегда передавали мяч Сергею, чтобы он вел его и дальше.       С того самого дня я решила, что мне обязательно надо поехать на олимпиаду вместе с ним. Тогда еще я не была до конца уверена в том, что мои мысли материализуются…

***

      Тысяча девятьсот семьдесят второй год. Мюнхен.       Я вышла из автобуса, что привез меня и мою команду в олимпийскую деревню. Невольно я обернулась на звук очередной машины, подъезжающей к нашему домику. Почему-то мне казалось, что там будет мужская сборная по баскетболу. Как и предполагалось, шестое чувство не обмануло.       Первым вышел их новый тренер, которого поставили вместо Гомельского, Владимир Петрович Гаранжин. Следом — слишком большой и крупный литовец Модестас. А затем и показалось знакомое лицо с голубыми глазами. Над верхней губой его были привычные густые, но не раскидистые, усы черного цвета. Некогда аккуратно причесанные волосы сейчас казались слегка взлохмаченными и прядками падали на лоб. Сергей казался уставшим, но тем не менее лицо озарила легкая улыбка.       Мое сердце быстро застучало, а ноги сами понесли меня вперед. Сумка с формой и жизненно необходимыми вещами спала с моих плеч, а я уже стояла перед ним.       — Тебе чего? — спросил Белов.       — Э? Ну, Вы ведь Сергей Белов, капитан сборной Советского Союза по баскетболу? — выпалила я.       — Ну, да, — кивнул тот, скрещивая на груди руки. — А вот кто ты?       — Я? Я Аня Полякова, связующий сборной по волейболу. И я… восхищаюсь Вами! Вы прекрасный игрок, умный, рассчетливый, хладнокровный, серьезный… Но… я мечтала познакомиться с Вами с того самого момента, когда отец привел меня на игру ЦСКА на стадионе в Томске. Я…       — Серый! Ты заснул там?! — позвал Паулаускас.       — Да сейчас! Послушай, малая, то, что ты попала на олимпиаду — это, безусловно, хорошо. Но, если это было признание, то рановато еще пока. Мы еще не олимпийские чемпионы.       — Вы обязательно ими будете!       Сергей усмехнулся. Весь его вид говорил о том, что он мне не поверил. Ну и пусть. Мои предчувствия никогда меня не обманывали. Он похлопал меня по плечу. Так же, как хлопает своих товарищей, выходя на замену. Моя ладонь коснулась плеча на том месте, где только что была рука Сергея. «Не буду стирать эту кофту», — пронеслось в моей голове, когда я села на край кровати. Завтра тренировка на поле, по соседству с коим будет тренировка у ЦСКА.       

***

      Три секунды… Последние… Победим или нет? Весь Советский союз напряженно следил за всем матчем с Соединенными Штатами. И голос комментатора поднял всех с трибун, не исключая меня. «И сборная Советского Союза вырывается вперед! Это победа, товарищи! УРА!» Сама того не понимая, я сбежала вниз по трибунам наперегонки со Свешниковой и крепко-крепко обняла олимпийского чемпиона. Он, отчасти не осознавая, обнял меня, оторвав от земли. Ах, ну конечно, он слишком высокий, чтобы обнимать коротышку, хоть и связующую. Но я была счастлива. И из-за победы… и из-за объятий с предметом своих грёз.       Со слезами на глазах и краской на щеках я целую того прямо в мокрые от пота усы, зарываясь пальцами в мокрые черные волосы… А затем… кто-то целует меня…