Все будет хорошо

В воздухе все еще стоял противный запах гари и пороха после расстрела со стен города бастующих людей. Прошло уже более трех дней, как Томас, Ньют и остальные встретили выжившего Галли и его «друзей». Тщательно продумывая все детали вторжения в главное здание П.О.Р.О.К.а с помощью Терезы, Томас и Ньют уже не смыкали глаз который день. Ужасная усталость комкала и напрочь отбрасывала разумные мысли, оставляя лишь одно единственное желание – поспать. - Вам нужно немного расслабиться, - наверное, десятый раз повторила Бренда. Девушка, видя мучительный вид ребят, пыталась уже силком заставить их прилечь хотя бы на минуту. Однако, поняв, что это в принципе бесполезно, она сочувственно вздохнула и поплелась вглубь разрушенных зданий, дабы подготовиться к завтрашнему налету. Просидев еще два часа, парни почти одновременно начали зевать. Время приближалось к 12 ночи, большинство народу уже давно посапывали на своих местах, отчего в здании стояла мертвая тишина, лишь изредка нарушаемая шумом природы и горящей электрической лампы. - Знаешь, - потирая слипающиеся глаза, произнес блондин, - все что угодно может пойти не так. Уверен, что ей, - он кивнул в сторону массивной железной двери, - можно доверять? За металлической преградой, запертой на несколько замков, сопела измотанная от всех событий, произошедших за последние несколько дней, брюнетка - Не уверен, - выдохнул Томас. – Но выхода у нас нет. Он взглянул на Ньюта, лицо которого скрыла слишком уж длинная челка. За время их обсуждений и споров Томас сосчитал, что блондин убрал ее за ухо уже тридцать пять раз и снова в тридцать шестой раз копна пшеничных волос упала на бледное лицо. - Мне кажется, нам нужно немного взбодриться, - произнес парень, вырвав из раздумий бывшего бегуна. – Кофе? - У меня скоро сердце остановится от недосыпа и бидонов кофе, - невесело хмыкнул Томас. – Не откажусь. Парни присели на пол, прислонившись спинами к стене, и разлили напиток, уже порядком остывший за весь вечер. - Отвратительно, - поморщился Ньют. – Все-таки, что ни говори, а я скучаю по этой ужасной штуке, которую Галли готовил собственноручно в Лабиринте. - Иногда я думаю, что бы было, если бы мы все-таки остались там? Ньют залпом осилил всю кружку, прикусив губы от горечи, и положил голову на плечо Томаса. Немного расслабившись и еще раз зевнув, он ответил: - Не было бы того, что мы имеем сейчас. - А что у нас есть, Ньют? – он уперся щекой в золотистую копну волос. – Лишь твоя болезнь и сплошные смерти. - Свобода, Томми, зато у нас есть свобода, - парень сильнее вжался в шатена. – Что бы ни случилось завтра, я рад, что все произошло именно так. Честно говоря, я бы прожил эту жизнь заново, - парень призадумался, после чего продолжил: - точнее, с того момента, как я попал в Лабиринт. Все, что я помню сейчас, все мои воспоминания, - я хочу прожить их заново и ничего не менять. - Не говори так, будто завтра помирать собрался, - Томас взял в свою руку хрупкую ладонь блондина. – У меня сердце болит от твоих слов. - Сердце у тебя от кофе болит, - усмехнулся Ньют. – Я просто говорю, что думаю. - Ты думал о своей болезни, но ничего мне не говорил все это время. - Не хотел, чтобы ты переживал. На нас слишком много всего навалилось. - Сейчас бы хорошенько вмазать тебе по лицу. Напомни мне об этом послезавтра, когда вся эта хрень закончится и основной моей проблемой будешь ты. Очередной раз зевая, Ньют мягко посмеялся, медленно прикрывая глаза. - Люблю твой оптимизм. Немного помолчав, Томас произнес: - Но знаешь, я тоже не стал бы ничего менять. Все благодаря тебе. Он аккуратно преподнес ледяную ладонь Ньюта к своему лицу и прижался к ней губами, оставляя невесомый поцелуй. – Все будет хорошо, Ньют, я обещаю. Пролепетав что-то невнятное, похожее на согласие, блондин, видно, уже задремал, лишь издалека слыша слова Томаса. Шатен также расслабился после кружки кофе, который уже никак не сумел помочь, и уснул, крепко держа расслабленную руку Ньюта. *** Тяжело дыша, мокрые из-за прыжка в водоем и безумные от адреналина, парни спрятались от взрывов и выстрелов пушек за мраморной клумбой. Блондина лихорадило. Чувствуя привкус гнилой крови во рту, он пытался сохранять спокойствие. Податься панике сейчас равно самоубийству. Видя состояние Ньюта, Галли и Томас приподняли его за руки, помогая бежать и направились в сторону от бомбежки, что было безуспешно. Каждая улица, каждый квартал осыпало огненно-красным шквалом, отчего в глазах жутко рябило. Смотря на Ньюта, Галли обвинял себя в том, что не взял хотя бы одну ампулу лекарства. Бежавший впереди брюнет внезапно остановился в более-менее безопасном месте, выглядывая из-за угла на другую сторону улицы. - Я за лекарством, - пролепетал Галли, смотря на окровавленный рот друга. – Ждите здесь, никуда не уходите. Он рванул что есть сил в сторону Брэнды, Минхо помчался за ним, оставив Ньюта и Томаса наедине. - Я ни о чем не жалею, - сквозь кашель произнес блондин. Дрожащими руками он открыл свою шею и сорвал с нее металлический амулет. Томас смотрел на него не в силах что-либо сказать. - Возьми это. - Ньют… - Возьми! – блондин с силой пихнул в грудь Томаса амулет. – Пожалуйста, Томми, пожалуйста. Шатен схватил горящую руку парня, сотрясаясь от страха за своего блондина. Ньют положил в нее металлический цилиндр, словно выдохнув с облегчением. Шатен глядел на амулет в своих ладонях, переведя взгляд на плавно опустившуюся руку Ньюта. Внутри все сжималось, переворачивалось с ног на голову. Ньют не может умереть. Как это так? Это же Ньют. Добрый, разумный, такой любимый Ньют. Нет, Томас не верил, что все это происходит с ними. Это просто кошмар, не более. Ведь так? Содрогнувшись, Ньют начал беспрерывно кашлять, выплевывая сгустки потемневшей от инфекции крови. - Вставай, Ньют, - прошептал он, хватая того за талию и приподнимая. – Вставай, прошу. Мы выберемся. Голос Томаса дрожал, что не скрылось от почти ничего не понимающего блондина. Взяв себя в руки, шатен практически волок на себе Ньюта, двигаясь в сторону, куда буквально несколько минут назад убежали Минхо и Галли. - Не молчи, Ньют, - шипел Томас. – Говори со мной. - Я больше не могу Томми, - прошептал парень. – Оставь меня, беги. - Ты идиот? – парень сорвался на крик. – Никогда! Я обещал тебе, что все будет хорошо! – он не переставал кричать и идти вперед. – Ты должен выжить! Слышишь? Ньют уже не слышал. Блондин упал без памяти на асфальт среди разбитых стекол. - Ньют! – Томас кричал что есть сил. – Вставай же, Ньют! Собрав все свои сил, он подхватил блондина под мышки и поволок к друзьям, пытаясь докричаться до парня. Споткнувшись, Томас упал, повалив на себя бесчувственное тело. Пелена слез размывала все вокруг. Только не Ньют. Он не мог его потерять. Только не его. Обнимая со спины блондина, Томас звал друзей. - Галли! – шатен заорал во все горло. – Минхо! Внезапно парень встрепенулся, медленно повернув голову на сидящего сзади Томаса. - Ньют? Алые глаза смотрели с ненавистью, с неистовой злобой. Нет, это больше не Ньют. С нечеловеческой силой он перекинул через себя Томаса за руку, вывихнув ее ему. Шатен, приземлившись на спину, взвыл от боли. Ньют со звериным криком набросился на глэйдера. - Приди в себя! – Томас отбивался. – Ньют! Внезапное прозрение, и животный оскал пропал с лица блондина. Ясными, но все еще кроваво-красными глазами Ньют смотрел на Томаса. - Томми, - дрожа, прошептал он. – Прости меня. Прости. - Ничего, - он положил здоровую руку на плечо блондина. – Ничего, Ньют. Все в порядке. - Убей меня, Томми. Шатен прижал к себе ненадолго образумившегося парня, все еще лежа на спине, чувствуя, как осколки впиваются во все тело. Но это было неважно. - Мы выберемся, понимаешь? Смотря в темные глаза Томаса, Ньют обессиленно дышал. Чувствуя, как болезнь вновь берет верх, блондин весь напрягся. Выживет только один из них. И блондин уже давно добровольно отдал право на жизнь своему любимому Томасу. Резко выпрямившись, Ньют схватил пистолет, припрятанный заранее для такого случая. Быстрым движением приведя его в смертельное состояние, блондин приставил его к своему виску. - Не смей! – закричал Томас, выбив оружие из рук блондина. Секунды полета пистолета превратились в минуты. Ньют наблюдал за летящим в сторону оружием. Безумие вновь подступало. Животный рев. В голове одна последняя разумная мысль: «Томми не должен страдать». Но тело поступает по-другому. Руки машинально хватают нож, который вот-вот должен был воткнуться в грудь шатена. Рывком Томас вырывается из железной хватки Ньюта и, придерживая больное плечо, пытается уклоняться от нападения блондина. И вновь нечеловеческий крик. Ньют рывком летит на Томаса. Слышен звук проникновения холодной стали в плоть. - Томми? *** Металлические двери, конечно, худенькая девушка пробить не может. Но вот благодаря прекрасному слуху она была в курсе всех событий, творящихся за этой массивной преградой. В груди что-то ныло, но незримое, необъяснимое. Девушка еще в П.О.Р.О.К.е заметила жадные взгляды Томаса и Ньюта друг на друга, но пыталась не придавать этому значения. Но сейчас, слыша разговоры этих двоих, она не сомневалась – Томас и Ньют слишком привязаны друг к другу. Настолько сильно, что это не просто чувства. Это нечто большее, что люди именуют любовью. Да, так оно и было. Грустно улыбнувшись, она сжимала в кармане уже загрязнившегося пальто бинт, полностью пропитанный кровью Томаса. *** Тереза наблюдала за Ньютом на лестничном пролете в здании П.О.Р.О.К.а. Парень едва заметно дрожал. Смертельно бледная кожа блестела от капелек пота, слишком похудевшее лицо отражало прогрессирующую болезнь, хотя блондин пытался это тщательно скрыть. «Нужно попасть в лабораторию», - вторила про себя девушка, продолжая идти за Томасом и его друзьями. Она хорошо понимала, что кроме нее спасти Ньюта некому, но и уйти брюнетка не может: доверие к ней было навсегда потеряно – ребята ее просто так не отпустят. Сыворотка, выведенная на основе крови предыдущих глэйдеров, была неэффективна. Однако Тереза молилась про себя, чтобы кровь Томаса сумела победить инфекцию. «Неспроста Бренда здорова, - успокаивала себя брюнетка. – Ньют тоже будет здоров. Только бы успеть». Удача повернулась к ней лицом, когда она сумела запереть Ньюта и Томаса в здании П.О.Р.О.К.а с помощью охранной системы. Выводя сыворотку с помощью крови Томаса, Тереза тщательно, пытаясь не ошибиться в формуле, поддерживающей обеззараживающее свойство лекарства, принялась его сканировать на пробирках. - Невероятно, - брюнетка наблюдала, как инфекция погибает благодаря антителам в крови Томаса. - Просто невероятно. Она отодвинулась от мощного микроскопа, выдохнув с облегчением. - Только ради тебя, Томас. *** Легкие горели адским пламенем. Тереза бежала сквозь обстрелы, чудом оставаясь живой. В кармане девушка сжимала заветный шприц с лекарством. - Только бы успеть, - шептала девушка, пробегая мимо трупов людей, патронных лент, разрушенных зданий. Держа в руках гаджет, она видела на экране расположение Ньюта, на одежду которого заранее сумела прикрепить жучок. Она не останавливалась даже на долю секунды, зная, что каждая эта секунда может стоить жизни человека. Тереза бежала, сбив ноги в кровь. Квартал, затем другой – ее и Ньюта разделяла одна улица. Бомбежка оставалась позади, отчего гул от автоматных очередей затихал, а слух вновь возвращался. Экран показывал красную точку от жучка Ньюта за углом в ста метрах от Терезы. Нечеловеческий крик, внезапно раздавшийся на всю округу, звоном отдавался в ушах брюнетки. - Ньют! – девушка рванула еще быстрее. Пятьдесят метров. Ньют выхватывает нож. Тридцать метров. Томас отталкивает Ньюта и, стоя спиной и не видя Терезу, отбивается от него. Пятнадцать метров. Блондин стоит, словно чего-то ожидая. Не замечая брюнетку, он в упор смотрит на иммунного. Пять метров. Замахивается для смертельного удара. Словно в замедленной съемке, Тереза отталкивает Томаса, принимая всю злость, все безумие, что вложил в этот удар Ньют, на себя. Нож входит по рукоять, доходя до сердца. Заранее приготовленный шприц, только что воткнутый в шею Ньюта, медленно падает с опустевшей ампулой. - Томми? - прошептала Тереза, боковым зрением видя парня. – Я успела. Падая, девушка едва почувствовала руки Томаса, который ловил ее онемевшее тело, на своей талии и видела небольшое прозрение в глазах Ньюта. - Успела. *** Волны океана бились о прибрежные камни, повсюду разбрызгивая соленые капли. Вдохнув полной грудью свежий утренний воздух, парень потянулся руками к небу, выгибая спину, пытаясь хоть как-то растормошить затекшие после сна суставы. Пшеничные волосы мягко развевались на ветру, иногда попадая в глаза. Ньют то и дело хмурился от ярких лучей рассветного солнца. - Вечно ты просыпаешься раньше меня, - Томас, обнявший сзади, уткнулся в макушку своего любимого человека. - Мне нравятся здешние рассветы, - задумчиво произнес блондин. – Просто я хочу радоваться каждому дню, проведенному здесь с тобой, с ними. Томас многозначительно промолчал, после чего Ньют продолжил: - Я так благодарен ей, Томми, - он смотрел на морскую пучину, которая напоминала ему цвет глаз Терезы. Томас, присаживаясь на песок, потянул за собой Ньюта, который расположился рядом. - Ради тех, кто не сумел добраться сюда, мы должны быть счастливы. Помнишь? - Безусловно. - Я тоже ей благодарен, - шатен немного помолчал. - Я бы сошел с ума без тебя. Все же Ньют часто корил себя за смерть Терезы, ведь он собственными руками убил ее. Но улыбка. С какой же облегченной улыбкой она умерла. - Кстати, - Томас взглянул на вновь красовавшийся шее Ньюта железный амулет. - Ты так и не сказал мне, что там. - Все мои чувства к тебе, Томми, - он сжал в руках металлический предмет. - Они, похоже, берегут меня. Томас потянулся к губам Ньюта, прикрыв глаза. Недалеко от них стоял огромный валун, на котором красовалось прекрасное женское имя, так тщательно выведенное хрупкими руками блондина.