Закономерность

      Ночью вся команда детективов не сомкнула глаз. Гермиона приехала в участок раньше всех. Утром она пыталась скрыть красные глаза и опухшее лицо после ночной истерики, вышло не очень: Гарри заметил, что что-то не так.       К семи часам утра все были на своих местах. Детективы со страхом ждали звонка, оповещающем их о новой смерти. Каждый был уверен, что на этот раз это будет их вина.       Драко за всё утро не проронил ни слова. Он просто сидел и просматривал свои записи в ежедневнике. На каждой странице были сведения о погибших. И его старых делах. Раскрытых.       Раздался звонок личного телефона Малфоя. Он подскочил и поднял трубку. По лицу было видно, что кто-то по ту сторону телефона огорчил мужчину ещё больше. Рон и Гарри вопросительно смотрели на него, когда мужчина положил трубку.       — Ничего, — сказал он и, захватив ключи, направился к выходу. Не объясняя ничего, просто ушёл.       Драко приехал в фирму отца и сразу поднялся к нему в кабинет. Выходя из машины, захватил папку отца, не тронутую после их разговора.       — Вот эта, — кинув одну из фотографий, которую вытянул в лифте, сказал мужчина и сел в кресло. — Дай её номер телефона, позже договорюсь о встрече. Сейчас у меня нет времени.       — Быстро ты, — ответил Люциус, взял фото в руки и улыбнулся. После дал ещё одну папку, где хранились записи о девушке. Малфой-младший взял её без особой радости и, уходя, остановился в дверях. — Сделай всё как можно скорее. — Дослушал и ушёл.       Драко сел в свой «шевроле» и открыл папку.       Астория Гринграсс*. Двадцать пять лет. Дочь одного из директоров крупнейшей фирмы США, занимающейся импортом и экспортом медикаментов. Данные о школе, университете и личной жизни. На другой странице были номера телефонов и адрес.       Драко тяжело вздохнул и проверил телефон. Ничего.       Малфой вернулся в участок и провёл там время до самого вечера в ожидании звонка, просматривая вновь и вновь фотографии и доску, на которой были заметки.       К концу дня ничего не произошло.       — Неужели мы ошиблись? И убийство Крама было последним? — сказала Гермиона Рону и Гарри, когда те собирались ехать домой. Мужчины пожали плечами и разъехались. Грейнджер осталась с Драко ещё на пару минут.       Детектив рассматривал девушку исподтишка и, встретившись с ней взглядом, снова уставился в свой ежедневник.       — Что, так и будем до конца наших дней молчать? — спросила Гермиона и встала рядом с Малфоем. Она смотрела на него сверху вниз и терпеливо ждала ответа. Наконец, он закрыл книгу и откинулся на спинку кресла.       — Ты должна уехать обратно, — тихо сказал он, не поднимая головы.       — Может, ты объяснишь причину?       Какое-то время они молчали. Драко первым прервал молчание:       — Я еду домой, — и, собрав свои вещи, ушёл, оставив девушку одну.       Так прошло несколько недель.       Детективы не разговаривали, исподтишка разглядывая друг на друга, выискивали информацию друг о друге, но старались совсем не пересекаться.       Дело на время закрыли из-за нехватки улик и долгого застоя. За несколько недель детективы раскрыли несколько дел, но работали порознь. Гермиона с Роном и Гарри, а Драко один, как и прежде. И вроде все должны радоваться: Гермиона работает с друзьями, а Драко никто не докучает. Но что-то тревожило каждого.       В очередной рабочий день Малфой сидел за своим столом и заполнял какие-то бумаги — решил-таки разгрести стопку на краю стола. Звонок его телефона заставил оторваться от столь «интересного» занятия. Отец. Драко поднял трубку не сразу и, раздражённо постукивая по столу ручкой, выслушал Люциуса и, наконец, сказал:       — Я позвоню ей сегодня и назначу встречу, раз тебе так это важно, — и даже не дослушав отца, бросил трубку. Он был зол и растерян одновременно, но его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций.       За ним наблюдал Альбус. Он позвал мужчину к себе в кабинет, заподозрив что-то неладное. Всё-таки он был единственным важным человеком в его жизни.       — Ты раньше не потакал его прихотям, что изменилось? — спросил Дамблдор и подал Драко только что заваренный для него кофе.       — Грейнджер, — ответил Малфой и посмотрел в стеклянную дверь. Девушка смеялась с детективами. Подумалось, что сегодня она отлично выглядит, как и во все предыдущие дни. Какая же она красивая, подумалось ему и он улыбнулся.       — Драко, ты не должен идти у него на поводу, — сказал Альбус и поправил очки на носу. — Поддашься один раз и он начнёт из тебя верёвки вить.       — В этот раз всё не так, — тихо протараторил мужчина и посмотрел в глаза Дамблдору. Малфой доверял ему больше, чем себе. Больше, чем кому-либо в этой жизни.       — Да ты никак влюбился, мальчик мой, — констатировал факт начальник отдела.       — Не неси чепухи. Просто Люциус хочет, чтобы я женился на одной из папиных дочек, для его собственной выгоды. В противном случае я даже представить боюсь, что он может сделать с ней, — сказал Малфой и, немного помолчав, уставившись на кружку на своих коленях, добавил: — Альбус, я не знаю, что делать.       Немного обдумав слова мужчины, Дамблдор сказал:       — Не отрицай очевидного, мальчик мой. Что делать с Люциусом я придумаю, но с Грейнджер ты должен разобраться сам, всё в твоих руках, — Малфой покачал головой, мол, нет. Мужчина рассказал, как вёл себя в последнее время. Он же не слепой: он замечал её красные глаза на утро, после каждой резкой фразы Драко.       Нет, она не была настолько слаба. Её не столько задевали его слова, сколько то, что он напрочь отказывается её принять. Она хотела с ним работать, говорить, смеяться с ним, видеть его улыбку и чувствовать его взгляд только на себе. Но ничего. И это дело. Первое дело в этом отделе не было закрыто. Какое-то время она и правда думала уехать, думала, что замахнулась на непостижимое.       — Не нужно этого, я вижу, как она наблюдает за тобой. Я хоть и старик, но я замечаю подобные вещи. Как-то же я стал начальником отдела по борьбе с преступностью, — улыбнулся он и подал Драко телефон. Малфой посмотрел на него, не понимая, зачем это. — Звони той женщине, с которой ты должен встретиться.       Малфой тяжело вздохнул, нашёл её номер и позвонил. После того, как отдал мобильный Альбусу, сказал:       — Сегодня в семь в кафе на Шери-стрит.       — Поужинай с ней, а потом мягко откажи, — просто сказал мужчина. — А я пока подумаю, что делать с Люциусом. — Малфой кивнул и вернулся на своё рабочее место. Он доверял Дамблдору всё, он знал, что если он ничем и не поможет, то хотя бы попытается.       Время неумолимо быстро летело к вечеру. Всё это время мужчина просто сидел и думал, смотря прямо перед собой и ничего не видя.       Мысли ходили ходуном в его голове, в висках стучало, пальцы предательски дрожали. Внезапно возникшие чувства к этой простушке, знакомство с очередной папенькиной сучкой, огромная кипа работы, о которой каждый день напоминала стопка бумаг в углу стола. Панические атаки стали чаще, но идти к мозгоправу не было ни сил, ни желания.       Гермионе было не легче: казалось, что Драко с каждым днём всё хуже и хуже, хоть он и не подавал вида. Но его пустой взгляд и излишняя неразговорчивость пугали. Конечно, и до этого он особо не высказывался, но не до такой же степени. Гарри, заметив частые вздохи и взволнованные взгляды Грейнджер в сторону Малфоя, сказал, что он всегда был такой: закрытый, холодный, отстранённый.       Ближе к пяти вечера детектив собрал вещи и ушёл. Ни слова, ни взгляда в сторону девушки не обронил.       Ему хотелось принять душ и привести себя в порядок: раз уж отказывать кому-то, то без зазрения совести и в прекрасном расположении духа.