Цена счастья

Дверь тихо закрылась и счастливая София за руку с Карлом сбежала с крыльца. Кэрол понаблюдала за ними из окна, но они исчезли из виду слишком быстро. Она бы с удовольствием никуда не отпускала Софию сегодня, завтра и вообще никогда. Но любовь к детям — эта та любовь, которая понимает: однажды, несмотря на все свои страхи и опасения, нужно дать им свободу. И Кэрол давала эту свободу Софии в разумных, конечно, пределах, скрывая свои чувства и эмоции. Она ещё долго бродила по дому и каждый раз улыбалась, видя следы присутствия дочки. Вот брошенная прямо на диване резинка для волос. Вот ноутбук на столике: если включить его, можно увидеть её страницу в фейсбуке, с которой она забыла выйти. На кухне стоит стакан с недопитым соком и надкушенное печенье, которое она не успела доесть. В ванной, как всегда, прямо в раковине валяется её зубная щётка. И если раньше Кэрол ругалась на нее за все эти мелочи, то теперь они делали её самой счастливой в мире. Только одно её тревожило. То, что Дэрила утром не оказалось дома. Он делил с ней её горе. Но она хотела поделиться с ним и счастьем. А он, решив, видимо, что его миссия выполнена, просто ушёл, не прощаясь. И Кэрол совсем не понимала: ушёл он потому, что считал, что больше ей не нужен? Или потому — думать об этом было больно — что она уже не нужна ему? А была ли нужна когда-то? Задумчиво смахивая пыль с подоконников, которыми она все эти дни не находила в себе сил заняться, Кэрол погрузилась в свои прежние мысли об их отношениях. А может быть, он, в самом деле, просто плыл по течению, следуя за ней и покоряясь её инициативе? А может быть, он даже с облегчением принял ее просьбу о раздельном проживании? А может быть… В дверь снова постучали. Дэрил обычно открывал своим ключом, и Кэрол лишь поморщилась, мельком взглянув на себя в зеркале: наверняка это Тобин. Пришёл, как только понял, что печальные времена закончились, и она снова в настроении флиртовать. С твёрдым намерением отправить его куда подальше раз и навсегда Кэрол распахнула дверь и растерянно отступила на шаг. — Ты потерял ключи? — спросила она у мнущегося на пороге Дэрила, который словно не смел поднять на неё глаз. Он неопределенно передёрнул плечом, не отвечая. — Как там мелкая? — спросил наконец. — Хорошо. Ушла гулять с Карлом. Утром о тебе спрашивала, а я даже не знала, что сказать ей, ты просто исчез. — Я у Мэрла был, — выдавил он. И Кэрол отметила, что он не сказал «дома». Все-таки не сказал. — Я тут это… Кэрол только теперь заметила, что на Дэриле лёгкая куртка совсем не по погоде, из-за полы которой он вдруг достал букет красных роз. — Это мне? — пришлось уточнить ей. Может быть, он их Софии принёс? Ну, а вдруг? Решил поздравить с возвращением. — А кому же ещё, — буркнул Дэрил и, помявшись, спросил. — Может, это… сходим куда-то? Ну, когда захочешь? Цветы и приглашение сходить куда-то были для него настоящим подвигом. Кэрол ошарашено смотрела на него, прижавшись лицом к нежным лепесткам роз, и не понимала, кто этот человек и куда он дел её Дэрила. — Если не хочешь, то ладно, — поспешил сказать он, не поднимая на нее глаз. — Хочу! Кэрол пришлось перехватывать его за рукав, чтобы он тут же не вышел, как уже собирался. — Хотя, если честно, после всего случившегося я не очень доверяю всем этим заведениям, — сказала она и, поймав его быстрый взгляд, улыбнулась. — Так что можем устроить романтический ужин прямо здесь. Тем более что София, я так понимаю, теперь все вечера будет проводить в обществе Карла. И да, кстати, ты случайно утром вещи свои не искал? Он настороженно пошарил взглядом по прихожей, где они оба все ещё стояли, словно подозревал, что его рюкзак лежит где-то у выхода. — Я думал, на работе их забыл. — Нет. Идём, я покажу тебе, где они. Идём-идём, — позвала Кэрол. Он послушно прошёл за ней на кухню, подождал, пока она поставит цветы в вазу, и поднялся наверх в спальню. Войдя в комнату, Кэрол поманила его пальцем к шкафу и настежь открыла дверцу. — Не понял, — перевел он на неё озадаченный взгляд. Его вещи были аккуратно развешены, а пустой рюкзак лежал на верхней полке. — Ты же хотел узнать, где твои вещи. Вот они, — сказала Кэрол и, вспомнив такие простые и в то же время сложные слова дочери о том, что Дэрилу нужно задавать прямые вопросы, выдохнула: — Или ты не желаешь больше со мной жить? — Я хочу, — тут же ответил он. — Но ты сама… — Да, я сама сказала, что нам нужно пожить раздельно. Я ошиблась. Ты простишь меня, Дэрил? — Да я и не обиделся, — хмыкнул он, все ещё не решаясь коснуться её. Или не желая? Кэрол снова вспомнила Софию и её утренний совет и, собравшись с силами, спросила то, что тревожило ее целых три года: — Дэрил, что я для тебя значу? Кто я для тебя? Он с искренним недоумением посмотрел на нее, а потом коснулся пальцами её щеки, нежно обводя контур лица. Она поймала его ладонь губами, целуя и улыбаясь при виде того, каким беспомощным в тот же миг стал его взгляд. — Всё. — Что всё? — Ты для меня — всё, — тихо сказал Дэрил и Кэрол счастливо улыбнулась. — Значит, ты меня любишь? — уточнила она на всякий случай. — Блин, женщина, у тебя что, были сомнения? — Вообще-то, ты мне ни разу этого не говорил. Кэрол подалась вперёд и прижалась к его губам, самым нежным и родным в мире, тут же откликнувшимся на поцелуй. Через пару минут рвано вздохнув куда-то ему в шею, она крепко приникла к нему всем телом. А он вдруг сказал невнятно прямо ей в макушку: — Так ты тоже. — Что я тоже? — Не говорила ничего такого. — Да? — Кэрол искренне удивилась, она почему-то думала, что говорила, хотя, вспоминая сейчас, могла допустить, что он в эти моменты спал и её не слышал. — Дурачок, конечно, я люблю тебя, как же иначе? Только, Дэрил, мужчина должен говорить это первый, запомни на будущее! — Нахрена? — тихо хмыкнул он. — Я уже сказал. Теперь можно в любом порядке. В первый раз я уже это никогда никому не скажу. — Это ты правильно, это ты молодец, — одобрительно пробормотала она и сосредоточенно занялась пуговицами на его рубашке. А Дэрил сдавленно зарычал, когда она не справилась дрожащими от возбуждения пальцами с очередной пуговицей, стянул рубашку через голову, так же быстро расправился со всей её одеждой, опустил ее на кровать и навис над ней. — Если тебе нужно, я буду говорить тебе все, что ты хочешь, хоть каждый час, и веники эти носить, и водить куда там надо или ещё что. Слышишь, Кэрол? Ты только говори, что тебе нужно. Я просто… я плохо в этом понимаю… Его взгляд был таким трогательным, а откровенность такой обезоруживающей, что Кэрол просто притянула его к себе, целуя так нежно, как только возможно, пытаясь вложить в этот поцелуй все свои чувства, впитывая так внезапно обрушившееся на нее счастье каждой клеточкой тела, вздрагивающего от наслаждения, которое могли подарить только самые любимые в мире руки. Только самый любимый в мире он. Они не вылезали из постели несколько часов, такого не было с ними даже в самом начале отношений. А потом Дэрил быстро проскочил на кухню, обмотав вокруг бедер свою рубашку и принёс из холодильника все, что нашёл для ужина — аппетит они заработали знатный. — Ещё не пришла, — выдохнул он, забираясь к уже схватившей кусок сыра Кэрол под одеяло и целуя её в плечо. — Уже темно за окном, — нахмурилась она, пытаясь не переживать за дочку. В это же мгновение на её телефон пришло сообщение: «Мам, я буду через полчаса, не волнуйся. Мы с Карлом были в кино. Там был мистер Диксон и Эми. Он сказал, чтобы я тебя предупредила перед приходом. Привет Дэрилу!» В конце стоял весёлый подмигивающий смайлик. — Вот ведь чертенок! — хмыкнул Дэрил, тоже прочитав смску, и многозначительно поднял брови. — У нас еще целых полчаса! — Поторопись, — рассмеялась Кэрол. И счастливей её сейчас, наверное, не было никого в целом мире.