***
Купер ставит на пол последнюю коробку и шумно выдыхает. — Подожди, я попью воды, никуда не уходи, — бормочет Бетти, ловя на себе непонимающий взгляд Лодж, — в смысле..чёрт, я сейчас, в общем. Бетти снова краснеет и идёт на кухню, громко топая. — Идиотка, идиотка, идиотка, — шипит Бетс, наливая воды в стакан. — Ты про меня или...?, — Вероника за спиной, будто бы вырастает из пола, пугая Купер. Блондинка вздрагивает и проливает на себя воду. — Чёрт.. — Прости, я не хотела тебя напугать, — Ронни виновато поджимает губы, что накрашены в идеальную черничную помаду. — Всё в порядке, Вероника, — почти без эмоций произносит Купер, отходя от Лодж и уходит в свою комнату. «наверное, обиделась» — думает брюнетка, подпирая руками столешницу.***
Проходит часа полтора, когда Лодж заканчивает разбирать свои вещи. Всё выглядит отлично, кроме одного. За эти полтора часа, Бетти так и не появилась в поле зрения Лодж. Это, безусловно, беспокоит, а также заставляет чувствовать вину. Поэтому, Вероника осматривается, в попытках найти что-нибудь, что можно будет подарить Купер, чтобы она не обижалась. Выбор падает на милую панду, что держит в своих лапах сердечко. «миленько, думаю, ей понравится» — Лодж хватает игрушку и направляется к комнате Бетти. Вероника осторожно стучит в деревянную дверь. — Бетти, можно войти?, — ответа нет. Лодж ещё какое-то время думает, стоя у двери. Ронни аккуратно берётся за ручку и открывает дверь. В комнате темно, только свет фонарей с улицы освещает лицо Бетс. На серой кровати лежит Купер, свернувшись калачиком, это показалось Лодж таким милым, даже детским, что захотелось обнять блондинку, прижимаясь сзади и вдыхая аромат её блондинистых волос. Вероника уверена, они пахнут точно малиной. Девушка тихо проходит к кровати и пару минут любуется умиротворённым лицом Бетти, только чуть позже вспоминает, зачем пришла. Брюнетка осторожно кладёт мишку к рукам Купер, которая сразу прижимает его к себе, продолжая спать. Ронни улыбается и ласково накрывает Бетти мягким флисовым пледом, что лежит у ног Купер. Вероника не знает, что ей движет. Она знает одно — она счастлива.